Мерил Сойер - Поцелуй в темноте

– Вот Фаренхолты, – сказал Вал, указывая на экран, – а вот сумочка Ройс, рядом с салфеткой и карточкой.

– Отлично! Давай проверим следующие кадры, чтобы определить, когда к сумочке прикасались. Ройс сказала Митчу, что оставила ее на столе, а нашла на кресле.

Пошли кадры с милыми женщинами в туалетах 50-х годов – монахинями, подругами сестры Розмари, делавшей съемку. Наконец в кадр попал Митч. Пол был поражен напряженным выражением на его лице. Камера проследила за его взглядом – как и следовало ожидать, он смотрел на Ройс Уинстон.

Немного посидев перед экраном, Пол спросил:

– Как Ройс относилась к Митчу, когда они впервые встретились? Кажется, это было лет пять тому назад?

– Да, пять с небольшим. Ройс была от него без ума. Она звонила мне накануне отлета в Италию, чтобы сообщить, что встретила того, о ком мечтала. Она даже вернулась раньше времени из отпуска, чтобы повидаться с ним. Но тут ее отец, как назло, угодил в аварию, в которой погиб его лучший друг. Следующая их встреча состоялась в суде, где Митч выступал обвинителем ее отца.

Пол попытался представить, что было бы, если бы Ройс и Митч начали встречаться. Из этого мог бы выйти толк. Митч был настоящим одиночкой, превыше всего ценившим свободу, но Ройс сумела бы его переделать. В ней чувствовалась итальянская живость, вкус к жизни. Именно этого не хватало трудоголику Митчу.

– Из этого все равно ничего не получилось бы. – Видимо, Вал умела читать чужие мысли. – Ройс никогда не найдет мужчину по своему вкусу, потому что никто все равно не будет для нее так хорош, как отец. – На экране пошли следующие кадры, и она сказала: – Вот Талиа: она смотрит на драгоценности.

– И Кэролайн Рэмбо. Кто это с ней радом?

– Итальянский граф. Не помню, как его зовут.

Пол подумал, что граф выглядит гладким до прилизанности, как и положено родовитому представителю континентальной Европы.

– Ройс говорила, что у него поддельный акцент, – вспомнила Вал.

– Ей виднее, она провела в Италии не один год. Я наведу о нем справки.

– Вот здесь задержись! – потребовала Вал, а Пол нажал «стоп-кадр». – Видите, Элеонора и Уорд стоят рядом со столом, на котором видна сумочка. Похоже на то, что ее трогали?

– Сейчас узнаем. Я ввел в память первый кадр с сумочкой. Сделаем наложение. – Оба кадра совместились на отдельном мониторе. – Нет, к ней еще не прикасались. – Он задействовал ускоренный просмотр. Приборы показывали, что над пленкой никто не колдовал. Появились Фаренхолты, занятые беседой со знакомыми; Уорд не отрывал глаз от Кэролайн.

– Знаешь, что мне кажется странным? – Вал сама нажала «стоп-кадр».

Пол отрицательно покачал головой, вспоминая их поцелуй. Он был готов отложить работу и отвезти ее к себе домой.

– Кэролайн Рэмбо красива. На будущий год, когда ей стукнет тридцать пять, она унаследует многие миллионы. Зачем ей так добиваться Брента?

Он поерзал; его нога случайно коснулась еебедра. Он все больше изнывал от нетерпения.

– Наверное, она в него влюблена. Опт снова встречаются. Этот подонок Ингеблатт усеял их фотографиями весь свой позорный листок.

– Маловероятно, – ответила Вал. – У большинства тридцатипятилетних женщин биологические часы, выражаясь словами Ройс, превращаются в мину с часовым механизмом. Кэролайн уже давно пора замуж.

– Возможно, она – своеобразная натура. Ведь ее родители: умерли, когда ей еще не исполнилось двадцати. Рэмбо и Фаренхолты всегда были закадычными друзьями. Наверное, они единственно близкие ей люди.

Вал покачала головой; ее роскошная грива замерцала в голубоватом свечения монитора.

– Все равно не возьму в толк, почему она не отходила от Брента, даже когда он объявил о своей помолвке с Ройс.

– Послушать тебя, Ройс подставила имение Кэролайн.

– Нет. Однажды я была в гостях у Фаренхолтов вместе с Ройс и Брентом. Там была Кэролайн. Похоже, она питает искреннюю симпатию к Ройс. Зато Фаренхолты, особенно Уорд, были с Ройс очень холодны. А Ройс не их тех, кто прощает такое обращение.

– Возможно, дело в деньгах Брента…

– Нет. Я слыхала от Ройс, что Брент владеет лишь небольшим трастовым имуществом. Все деньги принадлежат Элеоноре. Они перейдут к Бренту только после ее смерти. Так или иначе, деньги никогда не значили для Ройс слишком много. Зато Брент ходит за матерью, вернее, ее кошельком, как на поводке. Полагаю, что и Уорд в таком же положении, поскольку деньги принадлежат только Элеоноре, и Уорд не может истратить ни цента без ее разрешения.

– Наверное, она щедро одаривает Уорда и Брента?

– Так-то оно так, но в их кругу тот и другой без ее денег – пустое место. Думаю, она любит сына и не стала мешать его планам жениться на Ройс, хотя лично она предпочитала Кэролайн. – Вал выразительно посмотрела на Пола. Ее прекрасные глаза глядели серьезно. – Что-то тут не вяжется.

– Согласен. – Он был бы рад подробно обсудить с ней все это дело: она была проницательна, разбиралась, как и он, в путанице человеческих взаимоотношений и улавливала малейшую фальшь. Однако он не мог на это пойти, пока она фигурировала среди подозреваемых. Одновременно одной ее близости и проявленного к нему интереса хватило, чтобы Пол испытал вожделение.

Вал пустила пленку. Через несколько кадров на экране появилась Талиа. Она по-прежнему находилась поблизости от драгоценностей.

– Есть ли основания подозревать Талию? – спросил Пол, пока на экране разворачивалась следующая сцена: Ройс знакомила Вал с Митчем.

Немного поколебавшись, Вал ответила:

– Нет.

– Поделитесь со мной своими соображениями. – Он снял куртку и галстук и устроил их у себя на коленях, чтобы Вал не видела, как он на нее реагирует.

– Человека невозможно хорошо узнать. Иногда питаешь себя иллюзией, что разбираешься в человеке, а потом случается что-то совершенно неожиданное… – Пол догадался, что она имеет в виду свой развод. – Талиа была в восторге от того, что к ней проявляет интерес Брент. Внезапно Брент ее бросил… Ройс не хотела с ним встречаться, пока Талиа не настояла. Не думаю, чтобы Талиа была способна как-то навредить Ройс. Ведь всякий раз, когда ей требовалась помощь, рядом оказывалась Ройс – настоящая подруга.

У Пола были на сей счет сомнения, но он сказал:

– Давай смотреть дальше. Кажется, в зал входит актриса?

– Да. К этому моменту толпа стала просто страшной. Вопиющее нарушение правил противопожарной безопасности.

– Безобразие! Камера уже не может сфокусироваться на отдельном человеке. Завтра я разобью все по кадрам и сделаю титры с именами тех, кто подходил близко к драгоценностям. – В данный момент ему больше всего хотелось отвезти ее домой и продолжить целоваться, а может, зайти еще дальше.