Лавирль Спенсер - Сила любви

Ли вышла из гаража с бейсбольной битой и крикнула:

– Всем внимание! Набираем команды для волейбола! Мы с Кристофером – капитаны!

Она подошла к Кристоферу и запустила биту в воздух. Он поймал ее, схватив почти у основания, и вопросительно посмотрел на Ли, не понимая, что она задумала.

– Начнем? – спросила она, бросив на него озорной взгляд.

– Пожалуй. – Он схватил биту правой рукой.

Она взялась повыше левой.

Правой.

Левой.

Правой.

Так они добрались до самой макушки биты. Ли прикрыла ее ладонью и самодовольно улыбнулась.

– Я первая. И я выбираю Джуда.

– О, да вы и в самом деле коварны, – пробормотал он с шутливым упреком. И тут же парировал: – Джои!

– Папа.

– Миссис Хилльер. Нельзя же, чтобы муж и жена оказались в одной команде! – заявил Кристофер. – К тому же миссис Хилльер прекрасно орудовала жезлом. Готов спорить, что из нее получится классный игрок.

– Ради всего святого, зовите меня просто Пег, – сказала миссис Хилльер, присоединяясь к команде Криса.

– Барри.

– Дженис.

– Сильвия.

– Эй, мы, кажется, договорились, что муж и жена не могут быть в одной команде!

Они еще долго и весело пикировались, отбирая себе игроков. Не успели закончить, как в саду откуда ни возьмись появился Нолан Стиг – высокий, худой, мускулистый.

– Эй, Нолан наш!

– Нет, наш!

Нолан выпятил грудь и широко раскинул руки.

– Я, похоже, нарасхват? – подыграл он. – Так берите же меня… берите!

Оказалось, что вместе с Ноланом пришел и его рыжеволосый кузен Руффи, гостивший у брата, так что каждой команде досталось по одному Стигу.

Игра началась на редкость неудачно. Многие из игроков попросту не владели мячом. К тому же возникло слишком много споров из-за разметки площадки, так что в конце концов границы ее обозначили четырьмя теннисными тапочками.

Когда первый же мяч полетел в направлении клумбы, Ли завопила:

– О, не-е-т, только не в цветы!

Все замерли, проследив за тем, как мяч безжалостно обрывает головки желтых лилий. Ллойд выудил мяч, ступив прямо в клумбу; водрузил упавшую лилию за левое ухо, пробормотал: «Сожалею, дорогая» – и вернулся на площадку.

В следующий раз, когда мяч полетел в клумбу, звучал уже хор голосов: «О не-е-ет, только не в цветы!» Потом этот возглас стал своеобразным сигналом к бою и вызывал всеобщий смех, а Ли, грациозно передергивая плечами, простирала руки к небу.

Джуд оказался непревзойденным прыгуном, и каждый раз, когда он стоял у сетки, команда Ли выигрывала мяч. Джои тоже был не промах, и игра постепенно выровнялась. Пег Хилльер неплохо играла на боковой линии, отбивая самые высокие мячи и тем самым спасая команду. Дважды случилось так, что Ли и Кристофер, играя на передних флангах, в погоне за мячом наткнулись друг на друга, ударившись грудью. Во второй раз Крис свалил ее с ног да вдобавок еще наступил ей на левое колено, приземлившись вслед за ней.

– Извините, с вами все в порядке? – Он подал ей руку и помог подняться.

– Да, все нормально. – Прихрамывая, она пробормотала:

– Ну и болван же ты.

– Вы уверены? – Он стряхнул с ее спины прилипшую траву.

– Тебе еще достанется от меня за это, – с шутливой угрозой в голосе добавила она. – А сейчас давай-ка возвращайся на свою сторону.

Игра закончилась, когда рыжеволосый кузен Руф-фи получил первую травму – принимая мяч, он сильно ушиб живот.

– Пожалуй, пора заняться бифштексами, – сказала Ли, направляясь к террасе, на ходу утирая лоб.

Кто-то включил насос, и из шланга полилась вода. Все жадно потянулись к ней. Затрещали крышки открываемых банок с пивом и содовой.

– А кто займется кукурузой?

Откликнулись Барри и Сильвия. Из чана с соленой водой они выудили початки кукурузы и разложили их на решетке жаровни. Надев несгораемые перчатки, они переворачивали початки по мере их готовности, а рядом Оррин и Ллойд колдовали над жарившимся мясом, от запаха которого у всех потекли слюнки.

А из кухни все несли блюда с едой. Солнце уже переместилось, и столы пришлось передвигать в тень.

Оррин объявил:

– По-моему, часть бифштексов уже готова.

Сильвия содрала листья с первого пожелтевшего початка и смазала его маслом.

– Кукуруза готова!

Все медленно потянулись к пункту раздачи кукурузы и оттуда – к жаровне с мясом, над которой вился ароматный дымок.

– Кто-нибудь хочет чаю со льдом?

– Мам, давай я разолью. – Дженис взяла из рук матери холодный чайник и раздала всем бумажные стаканчики.

Ли одной из последних наполнила свою тарелку картофельным салатом, печеными бобами, всевозможными соленьями и мясом. Она подошла к столу, за которым сидели Крис с Джои и Джудом и еще несколько человек.

– Эй, подвинься-ка, – сказала она, слегка подтолкнув Криса бедром. Он отодвинул свою тарелку, и Ли уселась на скамейку рядом с ним.

– Как кукуруза? – поинтересовалась она.

– Ммм… – Он был весь вымазан в масле. Усмехнувшись, он вновь набил полный рот и аппетитно жевал, поставив локти на стол.

Она последовала его примеру и вскоре уже вгрызалась в маслянистые желтые зерна. Он потянулся к солонке, посыпал солью свою кукурузу, и, когда ставил баночку на место, его теплая голая рука случайно коснулась ее руки.

Оба тотчас же отдернули руки и уткнулись в тарелки, пытаясь сделать вид, что ничего не произошло.

Сидевшие напротив Джуд и Джои спорили о своих музыкальных пристрастиях, сравнивая рэп и кантри.

Из-за соседнего стола донесся возглас Дженис:

– Мам, печеные бобы просто бесподобны!

– И картофельный салат тоже, – добавил Кристофер. – Нам, холостякам, не часто выпадает возможность отведать такие лакомства.

– Даже тем, кто умеет готовить? – спросила Ли.

– Я готовлю самые примитивные блюда.

– Это мама научила меня делать картофельный салат. У нее есть свой секрет его приготовления.

– Какой?

– Надо добавить немного уксуса в соус.

Ли крикнула:

– Правильно я говорю, мам?

– Что такое? – Сидевшая за соседним столом Пег обернулась.

– Я говорю: в картофельный салат надо добавить уксус.

– Правильно. Твой салат ничуть не хуже моего, милая.

Ллойд обходил столы, подливая всем чаю со льдом. Подойдя к Ли, он нежно похлопал ее по плечу.

– Замечательный пикник, дорогая.

Из-за соседнего стола донесся голос одного из кузенов:

– Эй, тетя Ли?

– Что, Джош?

– Правда, что, когда тебе было одиннадцать лет, ты на дедушкиной машине въехала в окно местного магазинчика?