Людмила Леонидова - Хмельная музыка любви

— Что ты такое говоришь? — испугалась за подругу Женя. — Сама еще совсем слабая, и за ребеночком смотреть нужно, а ты моими делами решила заняться.

— Все равно молока нет, я его не кормлю. А в своем деле ты без меня не обойдешься.

Всегда принимавшая решения сама, сейчас Женя послушалась, и подруги, дождавшись Наташиного мужа, отправились на поиски Саввы.

Они долго стучали и звонили в дверь квартиры. Кто-то закрыл ее на другой ключ. Никто не отозвался.

— Так, — присев на ступеньки лестницы, решала, что делать дальше, Наташка. — Адрес его загородного домика помнишь?

— Терема того? — удивилась Женя. — Конечно, нет. Я там раз всего была и то…

— Как же так? У тебя же отличная память, эх ты, бизнесвумен! — застыдила ее Наташа.

— Дорогу до бензоколонки запомнила. — Женя наморщила лоб. — А там… мы сначала вперед поехали, потом пришлось назад возвращаться, с бандитами сражались. Да и дорогу мне как-то ни к чему было запоминать, я же не за рулем! — Она печально помотала головой: — Наверное, не найду.

— До бензоколонки найдешь? — наседала Наташа.

— До бензоколонки, наверное.

— Поехали.

Дорогу, к собственному удивлению, Женя нашла быстро.

— Ой! — всплеснула руками девочка-заправщица, узнав Женю. — Это опять вы? А я про вас потом вспомнила. Помните, я говорила, что вас по телику показывали. Так вы бизнесом занимаетесь, а не танцами никакими.

— Да-да, бизнесом, — думая о своем, рассеянно согласилась Женя. — Откуда вы про танцы взяли?

— Так ведь ваш знакомый, тот мужчина, что у бабки Зверихи развалюху купил, мне про это сказал.

— Какую развалюху? — не поняла Женя.

— Ту, вместо которой терем построил, он даже меня на чай приглашал.

— Тебя? — удивилась Женя.

— Ну да, — подтвердила девчонка. Но, решив, что сболтнула лишнего, сказала в свое оправдание: — Вы же тогда с ним вместе были, не слышали?

— Значит, ты можешь показать, где этот терем? — обрадовалась Наташа.

— Конечно, это там, за речкой. — Заправщица неопределенно махнула рукой.

— А речка где?

— Вы на машине?

— Да.

— Могу показать, только нужно в объезд, а если хотите короче — только вброд.

— Нет уж, вброд не пойдем, — решила Женя. «Набродилась», — подумала она про себя, а вслух проговорила: — Поехали, покажешь объезд.

— Я колонку бросить не могу. И кассу тоже, — ответственно произнесла девушка.

— Хочешь, я посторожу? — предложила Наташа, показывая на место за прилавком. — А ты пока ей покажешь.

— Посторонним кассу доверять нельзя, — преисполненная чувством долга, замотала головой девчонка. — Если хотите, дождитесь мою сменщицу.

— Я не могу, у меня ребеночек маленький, на мужа оставила, — попробовала, как могла, упросить заправщицу Наташа.

— Так вы на электричке в Москву возвращайтесь, я сама вашу знакомую провожу, — с готовностью вызвалась заправщица. — Вот придет сменщица, и мы мигом, а если сами попробуете, заплутаетесь тут в наших дорогах.

На том и договорились. Женя подбросила Наташу до станции и вернулась за девчонкой.

— Ты не нападай на него так уж! — перед тем как сесть в электричку, напутствовала на прощание подругу Наташа. — Мужики, они от ласки тащатся, что угодно готовы сделать, повинись, ты же виновата перед ним, а если выступать начнешь, в позу встанешь — шиш!

Женя клятвенно пообещала, что советом Наташи не пренебрежет, выступать не будет, а насчет ласки промолчала.

Вернувшись на бензозаправку, она застала скучающую без дела заправщицу.

Чувствовалось, что грубые водители грузовиков ей порядком поднадоели, хотелось поболтать с кем-нибудь из городских.

— Он давно не показывался, ваш мужчина, — просто так, от нечего делать, начала девчонка.

Немногословная Женя кивнула.

— Вы, наверное, поссорились, а? — вновь завела она разговор. Не услышав ответа, сама сделала вывод: — И вы виноваты!

— С чего ты взяла? — не выдержала Женя.

— С чего с чего!.. Вы же его ищете, не он вас.

— Правильно рассуждаешь, только я его по делу ищу.

— Знаем мы эти дела. Только мне все равно, покажу, где дом, и все! — Девчонка, как это делают дети, положив на грязный прилавок голову и заскучав, уставилась в маленький телевизионный экран, подвешенный высоко на стенке. Ее темные, с удлиненным разрезом, глаза смотрели сверху вниз. — А мне он нравится, ваш большой мужчина, — призналась она. — Только старый очень. То есть, хочу сказать, для меня. Я ведь только что школу закончила. Для вас — в сам раз. Вы ведь тоже не молодая.

«Не молодая да еще беременная», — печально подумала про себя Женя.

— По сравнению с тобой, конечно, — вслух обиженно проговорила она, впервые сочтя это за недостаток. И, не желая больше обсуждать свои дела, посмотрела на часы: — Так когда заявится твоя сменщица, ей не пора?

— Опаздывает, — грустно сказала девчонка. — Она всегда опаздывает. Наверное, мужа колотит.

— Она всегда его колотит? — приняв это за шутку, полюбопытствовала Женя.

— Ну да, всегда! — согласилась девчонка. — Почти каждый день. — И с жаром добавила: — Знаете, как устает!

— Зачем же она тогда его колотит?

— Он всегда пьяный притаскивается, а она его за это бьет.

— Разве можно кого-то бить? — возмутилась Женя, впервые услышав, что кто-то на кого-то в семье поднимает руку.

Обыденно безразличное отношение к этому девочки удивляло.

— Она любит его, вот потому бьет. — Повторяя чьи-то слова, девчонка вздохнула.

— Ничего не понимаю.

— Ну как? Если бы ей было все равно, так пусть бы себе нажирался, а ей вот нет, — растолковала девчонка, словно Женя была нерадивой ученицей. — Он когда напьется, к бабам нашим, ко всем без разбору, пристает. Да-а, — в подтверждение своих слов протянула она. — Не верите? Бегает за всеми, где поймает, там на них и ложится. Когда трезвый, не помнит ничего, тихий такой, все делает, как ей нравится.

— Кому?

— Сменщице моей Марусе. Не устает повторять: «Марусечка, дай я тебе помогу, дай то и то сделаю». Смирный, послушный такой. Вот! — Девчонка, словно обремененная тяжелой судьбой женщина, горестно покачала головой: — За это она его и любит.

Влетевшая в магазинчик бензостанции толстая баба оказалась той самой Марусей. Не обращая внимания на Женю, она бранилась и кричала, словно продолжала ссору с мужем. Собираясь под аккомпанемент ее ругани, девчонка, по привычке сочувственно кивала.

— Ты куда? — остановившись на мгновение, когда они с Женей приготовились покинуть стекляшку, удивилась сменщица. Видно, привыкла, что девчонка слушает о ее семейных дрязгах все до конца.