Мэгги Дэвис - Шалая любовь моя

— Не отрицаю.

— Ты снова прибегаешь к грязным уловкам, — прокурорским тоном продолжала она. — Назначить меня на должность, о которой я не имею ни малейшего понятия, — отличный шанс унизить меня, не так ли? Затем, когда я все испорчу, ты вышвырнешь меня и сможешь пристроить своей содержанкой! Это всего лишь твой очередной ловкий маневр, признай честно! Я всего лишь очередное твое приобретение!

Лейси в гневе поддела ногой берет, валявшийся на полу, и в сердцах принялась топтать его. Майкл отступил на шаг и прищурился.

— Тебя повысили в должности только из-за твоих способностей. У тебя получается лучше, чем у большинства других обозревателей.

— Не хочу ничего слышать, — крикнула Лейси, зажимая уши ладонями. — Вечно я попадаю впросак!

— Я уверен, — ровным голосом произнес Майкл, — что ты быстро освоишься с работой младшего редактора, если захочешь. И если будешь трудиться над этим столь же упорно, как с самого начала стала работать в «Капризе».

— Это уловка, — выдохнула Лейси, подняв на него злые глаза. Его лицо было холодно.

— Никаких уловок. В журнале полным-полно дармоедов, потому-то и проверяют всех работников до единого. Ты же была на встрече с сотрудниками и слышала, что я сказал.

Лейси в замешательстве молча смотрела, на него.

— Статья о суперэкстравагантности оказалась свежей и оригинальной. Если ты можешь так писать, журнал нуждается в тебе, — продолжал он, подчеркнуто смерив ее взглядом от черных римских сандалий до пышных локонов. — И если ты подтвердишь серьезность своих намерений, забыв о своей страсти… к озорным проделкам.

— Ты шутишь, — неуверенно проговорила Лейси. — Не верится, что ты всерьез считаешь, будто я справлюсь с работой младшего редактора…

— Как тебе будет угодно, — пожал он плечами. — Но ты не выйдешь сегодня отсюда, одетая, как… попугай. Ступай переоденься.

— Нет, не отмахивайся от меня! Я хочу обсудить это с тобой.

— Позже, — взяв Лейси за руку, Майкл подтолкнул ее к спальне. — Я хочу, чтобы ты надела что-нибудь более приличное.

Лейси упиралась изо всех сил.

— Нет. Послушай… Я имею право самостоятельно выбирать, во что мне одеваться! Несмотря на твое мерзкое утверждение, я не сидела ни в каком баре! — смело выкрикнула она.

— В оперу не ходят с… с «Майклом Джексоном» на груди, — процедил он сквозь стиснутые зубы.

— В оперу?! — Даже сопротивляясь, Лейси помимо воли шагнула в спальню и приблизилась к кровати. — Ты хочешь сказать, что у нас теперь будет дуэт? Понятно, на прошлой неделе в углу на заднем крыльце «Лютеции», а сегодня в опере? И где же ты спрячешь меня на сей раз? В женском туалете? Набросишь на меня покрывало и прислонишь к стене?

Крепко сжав ее плечо рукой, он проворчал:

— Что за нелепость! Не собираюсь я тебя никуда прятать. Хотя, поверь мне, Лейси, учитывая твою… необузданную натуру, подобное искушение велико.

Вторая его рука тем временем отыскивала «молнию» синего платья «Пламенная королева диско».

— Необузданность?! — выпалила она, извиваясь. — Необузданность?! Только потому, что я не позволяю тебе запугать меня… вертеть мной как… как… игрушкой?

— Мы идем в «Метрополитен», — спокойно сообщил он, расстегивая платье и спуская его с плеч Лейси. — Будем слушать «Богему» с Плачидо Доминго. Билеты обошлись мне в целое состояние. Так всегда бывает, когда берешь их в последнюю минуту.

— Так, значит, на этот раз все произойдет в опере? — недоверчиво взглянула на него Лейси, подхватывая бюстгальтер обеими руками. «Майкл Джексон» братьев Фишман соскользнул по ногам и бесформенным комком упал на пол. — То есть ты веришь, что я не прыгну в оркестр и не начну приставать к скрипачам? Ты думаешь, что я смогу удержать себя в руках?

— Я никогда не обвинял тебя ни в чем подобном, — рассеянно отозвался Майкл, скользнув взглядом за упавшим платьем.

— Напрямую не обвинял, — воскликнула Лейси, — но постоянно намекаешь на это со дня нашей встречи!

Но Майкл уже не слушал ее. Он не мог оторвать взгляда от ее стройного тела, прикрытого лишь крохотным кружевным бюстгальтером и темно-синими бикини.

— Ты намерен стать профессором Хиггинсом, сделав из меня Элизу Дулиттл, это у тебя на уме, правда? — воскликнула Лейси. — У нас будет другой сюжет «Моей прекрасной леди», с хорошими ресторанами, тонкими винами, платьями от кутюрье, а теперь еще и Гранд-опера? Скажи же, так ли это необходимо для работы младшего редактора в «Капризе»? Или это соответствует твоим представлениям о программе обучения высококлассной содержанки? Разумеется, после того, как ты уволишь меня с работы!

— Лейси, — проговорил он строго, глядя на нее. — Ты снова в черном поясе с подвязками.

— Этот пояс входит в комплект диско, — отрезала Лейси. — Послушай, нам надо добиться полной ясности в одном вопро…

Майкл внезапно притянул ее к себе; антарктический лед его глаз растаял под воздействием бурных теплых течений.

— Лейси, ты сводишь меня с ума одним своим видом, — еле слышно пробормотал он, обеими руками обхватив бедра Лейси, страстно прижимая их к своим стройным, мускулистым ногам. — Ни одна другая женщина… — Он склонил к ней темноволосую голову. — Ни одна другая женщина никогда так меня не волновала.

И он прильнул губами к ее губам. Закрывая глаза, Лейси думала, что на сей раз поцелуй Майкла Эскевария окажется достаточно предсказуемым. Однако, как всегда, Лейси не угадала, что ее ждет. Каждый раз случалось что-нибудь неожиданное. Так и сейчас — разве можно было предугадать охвативший ее тело восторг, куда более сильный, чем все ипытанное прежде; его поцелуй, словно молния, прожег Лейси насквозь.

— О, Майкл, — задыхаясь, прошептала она, чувствуя, как его зубы покусывают ее нижнюю губу, как его язык ласкает теплую, сладкую глубину ее рта. Страстный трепет сотрясал ее тело с головы до ног. Майкл тоже дрожал, обнимая ее с такой силой, что у Лейси перехватывало дыхание. Его руки двигались, охватывая талию, оттуда скользнули к обнаженным лопаткам, большие пальцы погладили подмышки, и наконец ладони почувствовали тяжесть едва прикрытых кружевами грудей. Лейси вздрогнула, подавшись навстречу этому теплому плену. Затем длинный указательный палец поддел поясок с подвязками и медленно прошел по окружности, будоража прикосновением разгоряченную кожу.

Похоже, Майкла возбуждает все на свете. Ни с одной другой женщиной у него не было ничего подобного, вот как он сказал. Лишь она способна обратить президента и председателя совета директоров в бурлящий поток раскаленной лавы.

— Лейси… Прекрасная Лейси, — рокотал он. — Это как безумие…