Юлия Колесникова - Первый холодный день (СИ)

Когда математика закончилась, я смогла расслаблено вздохнуть. Но почему я была такой напряженной? Да потому что следующим в списке дел был ленч, от которого я не знала, что ждать. Как будет вести себя Рэнд? И как я? Сядет ли со мной, или все же еще продолжается день, который он дал мне на раздумья? Я подождала сестер Клеменс, который мне подмигивали так, будто я собиралась идти на свидание. Да и что они понимали — сестрам даже толком не было известно, что творилось в моей жизни. И мои скудные слова, сказанные им о Рэнде, не давали никаких объяснений. Что я с ума сошла! Главным сплетницам в школе, а может и во всем городе рассказывать о нас с Рэндом! Я не делилась бы подробности с ними и в другом случае, потому что не любила распространяться о своей личной жизни, но зная их, тем более не собиралась. Не смотря на дружбу, у них был какой-то волчий ажиотаж к сплетням, похуже желтой прессы. Как странно, что журналистом хотела стать Селин, а вовсе не они — такое потенциал! Кто бы сказал, что Элла хочет стать зубным техником, с Стелла найти богатого лоха, и нарожать ему кучу детей. Время от времени они обменивались мечтами, так что я не была уверена, кто из них в данный момент кем хочет стать.

Пока мы шли в столовую, меня утомлял какой-то философский разговор, который вели между собой сестры, ничего им не говоря, я улизнула в сторону, и спряталась в туалет, но не успела я закрыть дверь, как за мной тут же вошел Рэнд. От неожиданности я слабо вскрикнула, он же усмехнулся:

— Не ожидала? А я шел за тобой от самого класса математики! Ты меня даже не заметила, — последнее он сказал с укоризной. — Ну как подумала? Время еще есть, не торопись!

— Подумала, и еще буду! — я наблюдала с интересом за тем, как он аккуратно берет меня за руки, и распрямляет их с груди, где они были сложены, а затем аккуратно, и очень соблазнительно притягивает к себе меня. — Но что ты делаешь, ты же дал мне время?

— А я не сказал, что буду пытаться соблазнить тебя? — изогнув одну бровь, уточнил он.

— Нет, об этом точно разговора не было, — я едва заметно улыбнулась в ответ, в то время как мое дыхание начало учащаться. Я смотрела в глаза Рэнда, такие интересные и необычные и знала, как мне хочется его поцеловать. А также знала то, что мне нравиться, как он говорит о своем соблазнении.

— Значит, ты теперь знаешь, — пожал плечами он, будто за ним и не было ни какой вины.

— И как ты меня будешь соблазнять — учти я не фанатка мужского стриптиза!

— Например, буду показывать тебе, какой я желанный кавалер.

Я подозрительно прищурилась:

— То есть заставишь меня ревновать? А не рановато ли?

— Заставлю. И нет, не рановато, как раз вовремя.

Руки Рэнда медленно прошлись по моим предплечьям, и мне показалось, я чувствую его тепло сквозь кофту. И его близость совершенно не казалась мне преждевременной, или поспешной. Рэнд и так не спешил, он касался меня аккуратно и нежно, и у него не было резких телодвижений относительно моей груди, как например когда-то у Кевина, стоило нам поцеловаться. Наоборот. Рэнд медленно скользил вдоль одного моего плеча, подбираясь к шее, а затем за затылок, притягивая ближе к себе.

Губы его оказались возле самого моего уха, и мне сдалось что вот-вот у меня подкосятся, ноги, так как отчаянно теплая волна прошлась вдоль моего позвоночника, когда он прикоснулся к нему. Легонько прикусив мочку уха, он сказал:

— А еще я могу соблазнять тебя так. Действует?

Я бессильно кивнула, на самом деле толком не понимая, что он говорит.

— Не смотри на меня такими невинными и затуманенными глазами, — неожиданно резко выдохнул он, и я не поняла, что сделала не так.

— Почему? — прошептала я, так как голос мой охрип.

— Мне очень трудно удерживать себя от того, чтобы не целовать тебя иначе. — терпеливо сказал он, и прижал меня на миг к себе по всей длине своего тела, и тут же отстранил.

— Так целуй, — я не могла понять, как действительно по невинному, это звучит для него, и как соблазнительно.

Рэнд застонал, и обхватив мое лицо двумя руками, все же поцеловал меня очень нежно и спокойно. Этот поцелуй оставлял воспоминания, но явно не удовлетворял мое непонятное желание быть к нему ближе.

— С тобой трудно, — покачал головой он, и грустно улыбнулся. — Как же трудно с тобой сдерживаться!

Я не знала, что ему на это ответить. У меня был парень, и тот не самый лучший, который не щадил мои чувства никогда, и с которым я так и не переспала, как он не настаивал. И потому я не могла понять, почему Рэнду так сложно сдерживаться со мной, и в чем. Он же не боялся меня раздавить? Потому что я не была хрупкой.

Еще раз поцеловав меня, Рэнд выскочил прочь, я же осталась слишком смущенная и сбитая с толку, чтобы так сразу же выйти из туалета. Несколько минут я потратила на то, чтобы умыться. Это смыло с лица запах его одеколона. Но вовсе не вымыло из губ ощущение прикосновения его поцелуя! Словно тепло его лица все еще было так же близко, как я ощущала его, когда он был рядом!

Вышла я из туалета уже посвежевшая, и вовсе забывшая о том, что меня напрягали разговоры сестер, я зашла в столовую и тут же села за их столик. Странный эпизод с Рэндом не отбил во мне желания съесть что-либо. Я пошла за провизией, и пока стояла в очереди от нечего делать начала обшаривать зал скучающим взглядом. В нашей школе, в отличие от голливудских сериалов столовая не выглядела, как пол футбольного поля. Здесь было всего три высоких окна, да с 20–30 небольших столиков с лавочками, и все это стояло в тесной близости друг к другу. И я тут же заметила фигуру Рэнда, высокую, статную, подтянутую, вальсирующую между столиков, чтобы подобраться к одному и наиболее мне знакомому — тому, где сидела я и сестры Клеменс. В очередной раз Рэнд поверг их одновременно в смущение, недоверие, а так же заставил замолчать. Он поистине маг и чудотворец! Но спасет ли его это от того, что сестры сегодня напишут в своем блоге? Вряд ли! Я могла это гарантировать стопроцентно — сестры описывали в блоге все, что с ними случалось, вплоть до обломанных ногтей и выбитого зуба. То, что к ним подсел Рэнд Браз не останется не замеченным! С интересом наблюдая за троицей, я все же еще не чувствовал обещанной Рэндом ревности. Я же знала, что Зеркальные ему не нравятся, как раз за то, что они распространяют про него сплетни. Время от времени поворачиваясь в мою сторону, Рэнд быстро это понял. И потому ретировался от нашего столика, унося с собой свой поднос. Я как раз к этому времени смогла расплатиться и направлялась назад к девочкам.

— Ты видела! Тут твой ухажер был!

— Какой? — невинно поинтересовалась я, не желая попадаться на их удочку. Скажу — Рэнд? Они ответят — значит, вы встречаетесь! И уже на утро это станет свежаком, о чем будут переписываться все в коридорах, посылая смс или выставляя посты в блогах. Скажу пока нет — они ответят — аааа, значит, вы все-таки мутите! И это тоже обсудят в постах. Лучше включить мороз! Сделать вид, что не понимаешь о чем речь! Но сестры Клеменс были хитрее: