Прими как есть (СИ) - Дарья Данина

перехватывая обеспокоенный и въедливый взгляд поспевающего Артёма.

Откуда он здесь?! Почему не на паре?

— Что здесь? — подойдя к ним, парень скинул с головы капюшон и враждебно посмотрел на Стаса. А тот даже не моргнул. Даже ухом не повёл.

— Ничего, Тём, — замотав головой, она сделала шаг к своему спасителю. Или же незваному зрителю. — Ничего. Всё нормально.

— Что-то незаметно, — надув грудь, Артём сделал ещё один шаг, тем самым задвигая Кристину за свою спину, — какие-то проблемы?

Он знал, кто перед ним стоит. Холодного, пожалуй, знают многие в университете. И Артём не был исключением.

— У тебя? — Стас окинул того самого валенка пренебрежительным взглядом.

Так, вот оно что… этот придурок здесь учится? Её одногруппник?

— У тебя! — явно нарываясь на проблему, парень шагнул ему навстречу. Но остановился, почувствовав, как Кристина цепляется за рукав его куртки в попытке остановить.

— Тём, успокойся! — прикрикнув, она покосилась на Холодного. Ноль эмоций на каменном лице. — Не ввязывайся! Слышишь меня?

Холодный усмехнулся, когда этот осёл послушно отступил. Провёл пальцами по тёмным, жёстким и слегка влажным волосам и, тряхнув головой, не упустил момента дать небольшой совет заступнику:

— Шёл бы ты отсюда, — ни грамма страха. Даже адреналина. Близость рыжей вызывала в нём гораздо больший всплеск эмоций, чем этот быковатый недотёпа. Он заранее знал исход. Этот парнишка только гавкать будет. Тёма… Этот Тёма всё прекрасно понимал. Он чуял, что в этом "соревновании" проигрывает. Он слабее.

— Слышь, ты?! — снова надулся, выдвигая вперёд нижнюю челюсть.

При всём своём внешнем спокойствии, Стас знал, что как только этот… Тёма рыпнется в его сторону, драки не избежать.

А может оно и к лучшему? Потому что спарринг партнёры его уже не устраивали. А кулаки чесались. Так сильно, мать его… Только проблем в универе не хотелось. Ни к чему это всё. Если паренёк хочет подраться, то они могут это сделать за пределами альма-матера.

— Артём! — Тина снова потянула своего дружка за рукав, — ты слышишь меня?!

— Это он? — друг перевёл на Кристину вопросительный взгляд. Его брови сошлись на переносице.

— Кто? О чём ты? — сердце забилось так, что готово было выскочить из груди. Она уже пожалела, что позволила себе эти разборки на учебном дворе.

— Это его рук дело? — небрежно кивнул в сторону Стаса, который, кажется, даже расстроился, что девчонке удаётся сдерживать своего бычка. — Фотки? Он разослал?

— Что?! Боже, Артём?! Что ты несёшь?! — задыхаясь от волнения, она перевела взгляд на Холодного. В глаза тут же бросились его руки, сложенные на груди. Заметила сбитые костяшки.

— А кто тогда? Что за разборки тогда здесь происходят? — недоумевая, Артём снова покосился на Холодного. А потом на Кристину. И чуть тише добавил: — он сделал тебе больно? — опуская взгляд на её руки.

А Стас просто наблюдал. Говорить ничего не собирался. Как и оправдываться. Просто стало интересно, почему она так отчаянно врёт своему дружку? Только недавно угрожала ему тем, что заявит, а теперь что? Сдулась?

— Нет, — уверенно заявила. И отцепилась от чужой куртки. — Никто не сделал мне больно. Никто никому не сделал. Слышишь?

Снова врёт.

Ведь Холодному было больно. Самую малость, но всё же.

Артём поджал губы. И, что-то пробормотав, взъерошил волосы на макушке.

— Ты можешь оставить нас? — она умоляюще посмотрела на своего дружка. А Стас, услышав её просьбу, удивлённо выгнул брови.

— Ты уверена? — Тупее вопроса этот тупица задать не мог. Холодный спрятал ухмылку за своей рукой, прикрывая ею рот и делая вид, что потирает губы.

— Я уверена, Тём. Мы с ним не договорили.

Серьёзно?

Ей мало?

Ему, если честно, тоже…

Но какой смысл?

Место совсем неподходящее.

— Договорили, — подведя черту, Стас обратил на себя их внимание, — Времени в обрез. В другой раз договорим, — он достал из кармана сигарету и спрятал её за ухом. Перехватил враждебный взгляд её защитничка, — и с тобой тоже. Если не передумаешь…

Глава 27

Кристина уставилась на Татьяну, словно баран на новые ворота. Противная и горькая слюна обожгла полость рта, невольно заставляя девушку скривиться. И, не зная, куда деть взгляд, она отвернулась. Сделала вид, что её сейчас очень беспокоит состояние ногтей. И правда… что может быть важнее?

— То есть, ты на сто процентов убеждена в том, что это не он? — подразумевая Холодного. — И выясняла ты с ним отношения совершенно по другому поводу. Так?

— Ну, говорю же, что не он, Тань! — отрезала девушка цепляя короткими ногтями торчащий заусенец.

А вот Артёму следовало бы укоротить язык. Какого лешего он начал трепаться о том, что видел?! Кто его просил в это вмешиваться?!

Единственным желанием, томящимся в груди большим и, подающим надежды, шаром — было просто раз и навсегда вычеркнуть последние два дня из памяти. Просто… этого не было! И точка! Закрыть тему и поставить жирный восклицательный знак! Ведь по возвращении из университета, она практически убедила себя в том, что ничего смертельного не произошло. Это и правда забудется. Неделя. Может, две. Хоть здесь этот урод был прав. На смену одним событиям приходят другие. Они сменяют друг друга, порой полностью вытесняя то, что совсем недавно было у всех на языках.

Было бы чудесно, если бы всё этим завершилось.

Ему больше нечем её шантажировать. Во всяком случае, она в это свято верила. Старалась не допускать ни единой мысли о том, что на задворках памяти его телефона могло остаться что-то ещё. Что-то, чем он сможет снова её шантажировать.

Жаль, что она так и не съездила ему по самодовольной роже!

— Тогда что происходило на улице? Что вы выясняли? Артём сказал, что ты была в ярости! Что мог сказать или натворить этот гад, чтобы ты пришла в бешенство? М? — Таня подозрительно прищурилась. Что-то ей подсказывало, что Кристина многого не договаривает. Что-то утаивает. Возможно, даже обманывает.

Белокурая девушка, впившись ладошками в столешницу, склонилась над Кристиной. Что заставило вторую поднять голову и всё же взглянуть в глаза своей подруге и соседке. Неловко заёрзав на стуле, Кристине тяжело сглотнула. Ей показалось, что она сидит на иглах. А в лице Тани она на секунду увидела инквизитора.

— Можно я как-нибудь в другой раз тебе расскажу? — нерешительно.

— В смысле? — не поняв такого ответа, Таня отодвинула стул и села напротив Кристины, — Крис? Это что-то серьёзное? Потому что, если да… блин, просто скажи! Я клянусь, что не буду трепаться. Может, я могу чем-то помочь? А? — округлив свои глаза, она взмахивала длинными накрашенными ресницами и ждала ответа.

— Тань, — улыбнулась. Кажется,