Твоя наследница - Рина Беж

ощущая, как тело деревенеет. Он слишком близко.

Непозволительно.

И явно меня разглядывает.

Понимаю, что накручиваю себя, но скольжение его темного взгляда по рукам, плечам, шее, спине… я его чувствую, словно прикосновения.

Очень хочется обернутся и попросить отойти, еще лучше — подняться к детям, которые устроили очередные догонялки наверху, судя по топоту, и дать мне прийти в себя. Выдохнуть, расслабиться. Потому что оставаться спокойной в такой ситуации совершенно невозможно.

Но страх показать свою беззащитность гасит этот порыв, заставляет оставаться на месте и пусть медленно, но продолжать резать помидоры.

— Решила пожарить ребятам куриное филе и приготовить овощной салат. Хотя вчера они меня заверяли, что вполне сыты после шариков с молоком, — проговариваю скороговоркой и, поскольку Цикал так и продолжает стоять у меня за спиной, поворачиваю к нему голову, натыкаясь на спокойный и внимательный взгляд.

— Тебе некомфортно рядом со мной? — спрашивает он вдруг, лишая возможности отвернуться.

— Я… нет… не знаю… — теряюсь от прямого вопроса. На секунду прячусь за опущенными ресницами, а затем решаю не юлить. Кому нужна ложь? — Немного.

— Ты меня боишься? — тут же следует новый вопрос, а Давид поднимает руку и неторопливо заправляет мне за ухо выбившийся локон.

— Не-ет, — произношу тихо, покачивая головой.

Вот уж чего нет, так это страха к нему, как мужчине. Скорее уж, страх быть вновь брошенной, осмеянной, обманутой и преданной.

— Хорошо, — легкая улыбка касается резко очерченных губ, мгновенно преображая Цикала и делая его моложе. — Я не хочу, чтобы ты меня боялась, Юля. Это лишнее и совершенно неуместное чувство. Так чем я могу тебе помочь?

Давид так резко прыгает с темы на тему, что я за ним реально не успеваю. Цепляюсь лишь за последнее слово, пытаясь собраться и придумать ответ.

Помочь…

Помочь…

Обегаю глазами кухню, не зная, что предложить мужчине, который явно не привык готовить самостоятельно. Впрочем, сам напросился.

— Займешься мясом? Я телячьи стейки размораживаю, — киваю в сторону мойки.

— Конечно, — следует уверенный ответ.

И в этот вечер Давид вновь задерживается у нас допоздна.

А я уже привычно накрываю стол к ужину не на четыре, а на пять персон.

Глава 24

ЮЛЯ

В пятницу погода налаживается, и мы выбираемся на прогулку с утра пораньше.

В этот раз решаю дать детям вольную — никаких платьев и туфелек. Можно шорты, футболки, кеды и кепки.

— Вау! Ма, ты тоже с нами будешь мяч гонять? — интересуется Амина, разглядывая мой необычный наряд и поворачивая головной убор козырьком назад, как чуть раньше это сделал Богдан.

Ну естественно, дочка привыкла к маме в платьях, юбках и на высоких каблуках, а тут кеды, бермуды, безрукавная блузка с завязанным на животе узлом и всё та же кепка, как у ребят.

— Почему бы нет? — подмигиваю ей. — Лишний раз побегать — для фигуры не повредит.

— Ты у меня и так самая красивая, — тут же следует ответ.

Моя попрыгушка обхватывает меня за талию и, задрав вверх свой курносый нос, мило улыбается. Ямочки на щечках так и сияют.

— Спасибо, родная, — целую ее в кончик носа, отчего она демонстративно фыркает, и предлагаю. — Берем мяч, еще бадминтон и грузимся в машину.

— Едем на стадион? — интересуется Надюшка, прихватывая до кучи скакалки. — Или на пляж?

— На стадион, — отвечаю, не раздумывая, — там вчера новые тренажеры устанавливали. Видела, когда заезжала в салон.

— О, круто! Испробуем, — с энтузиазмом потирает ладошки единственный в женском царстве мужчина.

И оказывается прав.

Выходит у нас круто.

То, что на спортивной площадке оказываемся рано, дает нам отличное преимущество — народ еще не подтянулся. И мы всей четверкой дружно, со смехом и подначками опробуем каждый снаряд, не дожидаясь очереди.

— А теперь своди ноги, своди! — командует Богдан, когда планки, на которые опирается ступнями Амина, разъезжаются в стороны.

— Не могу, — пыхтит дочь, но не сдается и не спрыгивает со сложной конструкции, которая ей явно велика.

— Руками помогай, — подключается Надюшка, обойдя подругу кругом, — жми эти ручки к центру. Ага, так. Верно. А давай я?

— Не, сама, — вертит отрицательно головой Амина.

— Молодец, я в тебя верю, — подбадриваю юную чемпионку и неторопливо шагаю на степпере.

Всё-таки классное место мы нашли. Тренажеры отличные, новые, разноплановые. Погодка супер. Солнце еще только начинает припекать, а ветерок славно обдувает. Ни шума толпы, ни гомона. Даже мои пострелы так увлеклись, что и про мяч, и про остальное снаряжение забыли. В глазах лишь блеск азарта и желание испробовать каждый снаряд и собственные силы.

— О смотрите, а это дядя Давид, — указывает пальчиком в сторону ворот Надя.

Опускаю бутылку воды, к которой только что прикладывалась, чтобы утолить жажду, и поворачиваюсь вместе со всеми.

— Ага, он, — и так отличное настроение моей крохи подпрыгивает до небес. — Я его встречу, — выпаливает она и сразу срывается с места.

— И я, — несется следом Богдан.

— Меня подождите, — ворчит мелкая Гроссо, пытаясь натянуть на ногу свалившийся кросс. — Ну как всегда, ускакали.

Тихонько посмеиваюсь на Надюшку и остаюсь на месте.

Цикалу только еще бегущей меня не хватает.

А что? Незабываемое впечатление на мужика точно бы произвела. Особенно, если бы, как Амина, к нему на руки залезла. Думаю, не уронил бы.

Хихикает моя внутренняя язва.

Я же лишь головой качаю, наблюдая за своей шустрой дочерью: обвила ручонками крепкую шею отца и что-то ему во всю эмоционально рассказывает, показывая в мою сторону.

Да, не стоит затягивать с признанием, делаю вывод.

Вижу же, что они тянутся друг к другу, как магнитики, и для Давида это не сиюминутный каприз, он действительно интересуется своим ребенком и заботится, как умеет, но почему-то последний шаг всё откладываю.

Так! Решено, вот вернутся Соня и Алекс с отдыха, переедем мы с Аминой домой — и сразу скажу ей правду.

Проговариваю установку мысленно и киваю, давая самой себе обещание.

— Юля, у меня предложение, — произносит после приветствия Цикал, когда вместе со всей командой мелких спортсменов подходит ближе. — Давайте сегодня, а точнее сейчас съездим в торговый центр за одеждой будущим школьникам.

Указывает он в сторону Богдана и Нади, которые, судя по довольным лицам, уже в курсе событий.

— Почему такая срочность? — спрашиваю ради интереса, хотя и сама планировала заняться этим вопросом завтра.

— У меня через четыре часа вылет. Нужно по работе посетить Италию. Вернусь только в понедельник к вечеру. И боюсь, что ты меня не дождешься.

Последняя фраза звучит двояко, но я отлично понимаю, что он не о наших отношениях говорит.

Конечно, нет,