Показной блеск - Девни Перри

черт возьми, я думаю? На ней фломастером была написана катастрофа. Но я не собирался проводить день без нее.

— С этим не будет проблем? Разве это не семейный праздник?

Я кивнул.

— Так и есть. Но это не займет много времени. Мы поедем в Браунинг. Скажем «Поздравляем». Подарим цветы и познакомимся. Потом мы вернемся.

— Ты уверен?

Нет.

— Да.

— Хорошо. Я заскочу душ. — Она наклонилась, запечатлела поцелуй на моих губах, затем неторопливо направилась в ванную, на ходу снимая майку и бросая ее в кучу грязной одежды, которую она сложила рядом с одним чемоданом.

Когда в ванной включилась вода, я потер лицо руками, размышляя, должен ли я забрать свое приглашение обратно.

Моя семья при одном взгляде на Софию мгновенно насторожилась бы. Не потому, что она была белой девушкой не из резервации. А потому, что она была белой девушкой не из резервации, которая приехала на пассажирском сиденье моего грузовика.

Я встал и пошел в сторону ванной. Ужас скрутил меня изнутри. Ни в коем случае этот день не закончится счастливыми улыбками.

Я не хотел возвращаться домой, но у меня не было выбора. И поскольку я должен был ехать, я не хотел ехать один.

Вероятно, было нечестно позволить Софии попасть в такую ситуацию. Это действительно было нечестно — не предупредить ее.

Я вошёл в ванную, наблюдая за ее размытым силуэтом из-за матового стекла двери душа.

— Я думаю, тебе нужно знать, во что ты ввязываешься.

— Ты о чем? — крикнула она.

— Ты же знаешь, у меня разногласия с семьей. Они, вероятно, будут не слишком рады меня видеть.

Она рассмеялась.

— Ты имеешь в виду, что они не будут слишком рады меня видеть.

— Ну, в общем, да.

Дверь скользнула в сторону, и она высунула мокрую голову наружу.

— Ты хочешь, чтобы я осталась здесь?

— Нет, — признался я.

— Тогда считай, что я предупреждена. Твоя семья будет удивлена, что я приеду. Моя семья была бы удивлена, если бы я тоже привезла тебя домой.

Я не думал об этом с такой точки зрения. Это была приятная фантазия — думать, что социальных барьеров не существует, что богатые люди не опасаются бедных и наоборот.

Хотя я думаю о наших двух семьях, мы недооценивали ее семью. Из того, что рассказала мне Тея, они были довольно приземленными, учитывая их богатство.

Единственной, кого она когда-либо опасалась, была София.

Здесь не о чем беспокоиться.

— Они будут вежливыми, — пообещал я.

— Даже если это не так, все будет хорошо. Я бы хотела посмотреть, откуда ты родом.

Нам пришлось бы ехать через самую худшую часть города, чтобы добраться до больницы. Это, вероятно, само по себе заслуживало еще одного предупреждения, но я не собирался полностью отпугивать ее.

Как бы эгоистично это не было, я хотел каждую минуту Софии до конца ее поездки.

Даже если это означало взять ее с собой, чтобы познакомиться с моей семьей.

* * *

— Поздравляю, Коко. — Я наклонился к больничной койке и поцеловал сестру в щеку.

Она действительно не заметила, как я попытался ее обнять. Она была слишком занята, уставившись на Софию с отвисшей челюстью. Так же, как и все остальные женщины в комнате.

Папа был единственным, кто смотрел на меня. Его взгляд прожигал мою кожу, как лазерный луч.

Я проигнорировал их и потер костяшками пальцев розовую щечку моей племянницы, которая спала на руках у своей матери.

— Привет, малышка. — Удачи.

Мне было стыдно признаться, что я плохо знал своих племянниц и племянников. Теперь у Коко было пятеро детей. У моей сестры Розен было четверо мальчиков которых я не видел уже несколько месяцев. Младшему сыну Розен было десять месяцев, и я видел его 2 раза: на церемонии имянаречения и сейчас. Малыш сидел на полу в углу и жевал пластиковую погремушку.

Этот малыш не знал меня. Черт возьми, я даже не знал, говорили ли они обо мне. Учитывая, как папа все еще свирепо смотрел на меня, я сомневался, что они начнут после сегодняшнего.

Я дотронулся до носа ребенка, а затем встал с кровати, чтобы поприветствовать всех остальных.

— Привет, мама. — Я поцеловал ее в лоб. В ее черных волосах появилось больше седых волосков с тех пор, как я в последний раз приезжал домой. Ее длинная коса была перевязана одним из кожаных ремешков, которые папа всегда делал для ее волос.

— Дакота. — Она наклонилась ближе и тихо заговорила:

— Сегодня семейный праздник.

Папа что-то проворчал, и краем глаза я заметил, что Розен энергично кивнула. В этих больничных палатах не только пахло антисептиком, их акустика означала, что все слышали заявление мамы.

Включая Софию.

— Это София Кендрик. Она…

— Коллега. — София отступила от дверного проема и прошла дальше в комнату. Ее плечи были отведены назад, а подбородок вздернут. Она была похожа на ту Софию, которую я видел на ее семейных фотографиях, как будто она была настороже.

Умно.

— Я просто приехала посмотреть ваш город. Я подожду снаружи. — Она посмотрела на меня. — Я буду в комнате ожидания.

Я кивнул, не сводя с нее глаз, пока она удалялась в коридор. Сегодня она снова надела зимние сапоги на высоком каблуке. Ее джинсы были черными, а свитер кашемировым. Сегодня она купила бриллиантовые серьги, которые, вероятно, стоили больше, чем медицинское оборудование в палате. Мое предупреждение в душе, должно быть, вдохновило ее надеть какую-нибудь броню.

Ради Софии, я был рад этому. Но когда дело касалось моей семьи, это, вероятно, только усугубляло ситуацию.

В тот момент, когда ее шагов больше не было слышно, моя семья собралась вместе.

— Зачем ты привел сюда незнакомую женщину?

— Это семейное мероприятие.

— Серьезно, Дакота? У меня только что родился ребенок.

Я уже открыл рот, чтобы сказать им, что это была одноразовая акция, когда другой голос заполнил комнату.

— Привет.

Мой позвоночник напрягся, когда я медленно обернулся и увидел свою бывшую девушку, Пету, входящую в комнату с букетом розовых роз.

— Ты как раз вовремя. — Коко обняла ее одной рукой после того, как Пета поставила цветы на столик. — Дакота только что приехал, так что мы можем начинать.

Пета встретилась со мной взглядом, знакомым годами, которые мы провели вместе. Знакомым, но не успокаивающим. Он не был домом.

— Привет. — Она улыбнулась и подошла к нам.

— Привет. — Я наклонился, чтобы поцеловать ее в щеку, но она потянулась к моим губам. Мне повезло увернуться и коснуться уголка ее рта.

Это было неловко, и мы оба отошли друг от друга. Ее глаза