Старшая жена. Любовь после измены - Лия Султан

- А как сейчас дела с курсами в городе? – заинтересованно спрашиваю я. - Когда училась в школе, сама ходила на такие.

- А твои дети не ходили на курсы?

- Нет, я сама с ними занималась, а сейчас они в британской частной школе учатся. Там все обучение на английском.

- Круууто, я знаю эту школ, - чувствую в ее голосе восхищение. - Ну смотри, сейчас в городе много разных языковых школ: мелкие, средние, несколько крупных игроков, которые на рынке уже давно. В основном упор идет на английский, IELTS, казахский. Еще испанский почему-то популярен. О! И турецкий с китайским.

-Дааа, - качаю я головой. – У меня только английский, испанский, французский.

- Я вообще не понимаю, Айлин. При возможностях твоего мужа ты бы уже давно открыла свою языковую школу. А ты тормозишь! – смеется Мира.

- Да, ты права, - с грустью вдыхаю я. - я тормоз. Знаешь, я будто все проспала. Вот ты, и карьеру сделала, и замужем, и дети уже школьники. У меня, к сожалению, с работой все очень плохо. Но теперь хочу наверстать упущенное.

- Ну тогда я могу пожелать тебе только удачи! – улыбнулась Мира. – И обращайся, если что. Вдруг муж откроет тебе курсы, так я к тебе пару девочек пристрою на part-time job (неполный рабочий день).

- Договорились! – воодушевленно отвечаю я.

Да, удачи мне пригодится. Я понимаю, что ничего не понимаю. У меня есть немного опыта в преподавании, но он ничтожный. А вот на счет возможностей мужа, Меруерт была права. И если бы я вовремя подсуетилась, Рустам бы не отказал. Вот только сейчас уже другое время.

До дома взяла такси. Разговор с однокурсницей не только помог мне многое понять, но и отвлек от тяжелых мыслей. В сумке звонит телефон. Быстро достаю, смотрю на дисплей – Раушан.

- Привет! Я выехала, - говорю сходу.

- Айлин, - чуть ли не палача говорит наша помощница.

- Что случилось? – внутри все холодеет.

- Я сама не понимаю,- голос ее дрожит. – Девочки вернулись раньше времени. Они были заплаканные. Пробежали мимо, ничего не стали говорить и закрылись в комнате. Они там плачут.

- Тааак, - нервно сглатываю, - я скоро буду.

В голове рой мыслей – одна страшнее другой. Судорожно ищу в контактах номер мужа. Набираю. Только гудки.

Не может же быть, чтобы они узнали обо всем вот так – не от меня и не от него. Набираю еще раз. Отвечает.

- Рустам! Девочки вернулись домой заплаканные и закрылись в комнате. Ты что-нибудь об этом знаешь?

На том конце провода сначала тягостное молчание, а затем тяжелый вздох. Такой тяжелый, что мне кажется, будто меня придавливает им, как бетонной плитой.

- Это вышло случайно, - убитым голосом прошептал он. – Я уже еду домой.

- Рустам, с*ка! Я убью тебя! Сначала тебя, потом твою шлюху! Ненавижу вас! – ору я на весь салон и сбрасываю звонок.

Таксист лишь испуганно смотрит на меня в зеркало заднего вида.

Глава 20

- Анель, Лаура! Откройте, это мама! - стучу в дверь без остановки.

Прижимаюсь щекой к двери. Меня колотит не то от гнева, не то от страха. Я боюсь того, что узнаю, хотя понимаю, что самое ужасное уже случилось. И теперь мне надо найти слова, чтобы объяснить им, как это все случилось. Как я могла это допустить.

Слышу, как щелкает замок. Анель открывает дверь и смотрит на меня красными, опухшими глазами. За ее спиной, на кровати, лежит Лаура и плачет в подушку. Мое сердце обливается кровью и в этот момент я действительно готова убить за слезы своих детей.

- Мама! – Анель падает в мои объятия и дрожит, словно ее знобит.

- Что случилось, солнышко? Расскажи мне. Пойдем, - веду ее за руку и усаживаю на кровать. Лаура поворачивает голову и смотрит на меня невидящим взглядом и всхлипывает. Я сажусь на колени у изголовья кровати, глажу младшенькую по волосам, целую лоб, щеки, ладошки.

- Жаным, поговорите со мной. Пожалуйста… – хрипло спрашиваю, хотя, кажется, знаю ответ.

- Мы были в «Есентае», в кафешке, - дрожащим голосом начинает Анеля. – Потом вышли на площадку перед центром пофоткаться. А рядом с нами бегал маленький мальчик. Я еще подумала: какой хорошенький, кучерявенький. Его еще мама все время одергивала. А потом мы услышали, как он кричит: «Папа! Папа пришел!» И так громко, что нам самим стало интересно, что там за папа такой. Мы посмотрели в его сторону, а там был наш папа! – слезы текут по ее хорошенькому личику.

- Он присел на корточки и раскинул руки, а мальчик прямо прибежал к нему. И папа его крепко обнял и поцеловал! А когда они встали, то к ним подошла какая-то женщина и поцеловала папу в щеку. А Азиза спросила: «А что ваш папа токалку завел?» И я так хотела убежать оттуда, но Лау крикнула на всю площадь: «Папа».

- И что он? – ледяным голосом спрашиваю я.

- Он повернулся в нашу сторону и увидел меня и Лау. Он сразу же в лице изменился, передал мальчика той женщине. А я схватила Лау за руку и мы убежали. Я слышала, что папа нас зовет, но не могла остановиться. Он бежал за нами, а я увидела на остановке автобус, и мы запрыгнули в него. Я видела в окно, как папа бежал за автобусом, - она снова плачет и закрывает лицо ладонями

- Мама, Лау так плакала, я не знала, что делать. Весь автобус на нас смотрел. Мы даже не знали, куда едем. А потом мне позвонила Азиза. Она предложила подвезти нас домой. Мы вышли на первой же остановке и Азиза с водителем нас забрала.

Я умылась слезами, утопила в них свое сердце и остатки разума. Их боль – это моя боль. Их разочарование – мое разочарование. И я только сейчас поняла, что Рустам предал не только меня, но и их. И я не должна еще больше топить его перед ними. Не должна говорить гадости об отце. Не должна. Но так хочется!

Поднимаюсь на ноги и сажусь рядом с Анель. Крепко обнимаю ее и подставляю свое плечо, чтобы она выплакалась.

- Мама, ты знала, что у папы есть токал? – отстранившись, спрашивает