Я так больше не хочу - Галина Джулай

них ещё ничего не было. Как же мне хотелось сказать, что я знаю, как она прекрасна в постели. Какая она сладкая, искусная, но не пошлая.

— А если это не просто увлечение?

— Костя, это ее решение. Она выбрала меня. Будь мужиком, отойди в сторону. Я не хочу, чтобы мы ругались из-за женщины. Я вижу, ты сейчас на эмоциях, остынь, потом поговорим.

Он уходит, а я сметаю все со стола. То, чего я боялся, то, с чем могу не справиться, случилось. Хреново, больно. Ревность, зависть, отчаянье, безысходность… Все это волнами накатывало и накрывало с головой. Надо подумать… Остановить этот поток и подумать. Когда хотел подкурить руки тряслись от переизбытка эмоций, и остановить все это не получалось.

34

АРИНА

Кажется, я все же задремала. Мой телефон где-то так настойчиво звонил, я спросонья не сразу сообразила, что происходит. На ноутбуке все ещё шел фильм, комнату освещал лишь света от монитора. Звонок прекратился, и сразу снова зазвонил. Пошарила руками по кровати, и в складках одеяла нашла телефон. Костя. Светилось на экране. Звонок в очередной раз оборвался, а уже через секунду начался заново. Посмотрела на часы, начало второго. На экране высветилось четыре пропущенных, когда мелодия закончилась, их стало пять. Костя не сдавался и снова начал звонить.

— Да, — сдалась я и приняла вызов.

— Привет, — и тишина.

— Зачем ты звонишь? Ты время видел? — не выдержала я.

— Время? Оооо. Я тебя разбудил? — как-то растерянно, словно он, действительно, об этом не подумал.

— Да.

— Извини… Ты одна?

— Костя, к чему эти вопросы? Ты что, пьян? — короткий смешок.

— Я пьян? Неееет. Я бухой, — снова смеётся. А потом смех резко прерывается. — Мне сейчас так хреново. Так больно, и я не знаю, как с этим справиться… — он замолчал, и я тоже молчала. — Ты ещё там?

— Да.

— Поговори со мной, — от его тихого уставшего голоса, стало не по себе. Я словно сама ощутила всю его боль. В трубку дул ветер.

— Ты где?

— Не знаю. Я из клуба уехал, теперь стою… Где-то стою… Тут поле и… Кажется, я за городом…и тут холодно.

— Ты на машине?

— Да.

— В таком состоянии? Костя, ты же не ребёнок..

— Оооо, наконец-то ты это признала, — опять смешок. А потом серьезно. — Я не мальчишка, Арина, не мальчишка…

Снова повисла тишина. В трубке гудел ветер. А я не знала, совсем не знала, что ему сказать. Минуты шли, и никто не нарушал молчание. В динамике послышался щелчок зажигалки. Я слушала, как он дышит. Зачем? Глупость какая. Но положить трубку, отключить звонок не решалась.

— Я хочу, чтоб ты выбрала меня, — наконец-то сказал Костя. Внутри словно сдавило что-то, я даже поморщилась от неприятных ощущений. — Просто знай, я… — он замолчал. — Почему он?

Значит Захар рассказал. И что ему ответить? Что с Захаром я могу быть уверена в будущем. Что считаю его надёжным мужчиной. Что он подходит мне по возрасту больше, чем ты. Что с ним я чувствую себя собой, а с тобой теряюсь и веду себя неадекватно. Что не верю в твои чувства…

— Молчишь… Тебе нечего сказать? Тогда, просто скажи, ты правда этого хочешь? Хочешь быть с ним? Хочешь его?

— Костя, я не думаю, что должна это обсуждать с тобой.

— Да, пошла ты, — в трубке раздаются гудки.

Бессмысленно блуждаю глазами по комнате. Тоска раздирает грудную клетку. Я сделала ему больно… Переживет, одергиваю себя. Потом ещё, спасибо скажет. Вспомнила его вопросы, попробовала на них ответить. Правда ли я хочу быть с Захаром? Нет, я не чувствую в этом потребности. Я просто не хочу быть одной. Хочу ли я Захара? Не знаю. Мы даже не целовались толком. Но ведь физиологию никто не отменял. И, возможно, в процессе желание появится. Глупо, но прожив столько лет, я не могу похвастаться большим опытом. С Андреем все было по-другому. Я влюбилась в него, и долго моя любовь была исключительно платонической. Я любила образ. Мои чувства заставляли меня двигаться к цели, доказать, что я могу его добиться, оказаться рядом, и доказать, что я ему нужна. Каждый мой шаг был продуман. Я точно знала, что делаю и зачем. И, получив себе мужчину мечты, я была счастлива. Сгорала ли я от страсти? Скорее нет, я ощущала острую потребность в нем, больше на каком-то моральном, духовном уровне, чем физическом.

Мои мысли прервал новый звонок от Кости.

— Да, — я приняла вызов не задумываясь, и только ответив, подумала, что наверное не нужно было этого делать.

— Будь со мной, — услышала я в трубке. — Я не мальчишка, и ты для меня не игрушка. Я правда… Я влюбился… Я как последний придурок влюбился… Ты мне нужна… Я не могу, не хочу тебя потерять. Откажи ему… Будь со мной.

То, что я плачу я не сразу поняла. Только, когда не сдержала всхлип, до меня дошло, что я реву, слушая Костю. Прикусила ребро ладони в надежде, что он не заметил, не услышал. В трубке опять повисла тишина.

— Почему ты молчишь? — потому, что не знаю, что тебе ответить. Потому что ты пугаешь, то есть, меня пугает то, как я чувствую себя рядом с тобой. Я правда, не знаю, как с этим бороться. А еще, мне тысячу лет никто не признавался в любви…

— Костя… Пожалуйста, не мучай меня.

— Это все? Не мучить? — он горько рассмеялся. — То есть, я мучаю? А ты меня? Ты не мучаешь? — со злостью в голосе.

— Тогда, давай перестанем мучить друг друга. Забудем о том, что было, о существовании друг друга.

Вместо ответа в трубке раздались гудки. Отшвырнула телефон и снова разревелась. Господи, верни мне спокойствие, я снова хочу быть уверенной, хочу точно знать, что я делаю, и не хочу быть такой… Испытывать все, что сейчас распирает, раздирает и мучает изнутри, я даже названия этому не нахожу.

Ночь превратилась в кошмар, заснуть не получалось, а мысли беспрерывно возвращались к Косте. Утром, приведя себя в более-менее нормальный вид, я собрала небольшую сумку, взяла ноутбук и необходимые бумаги, вызвала такси и уехала на вокзал. Глупо было приехать, не узнав заранее расписание, но я так хотела поскорее уехать, что даже не подумала об этом.

Я купила билет на ближайший поезд. В дороге мне предстояло провести почти восемь часов. А перед этим, почти два часа на вокзале. Да, где угодно, лишь бы подальше… Подальше от чего? От кого? Если он все равно