Дикая женщина - Патти Берг

class="p1">Она отрицательно покачала головой:

- Вы были великолепны весь день, но я бы еще хотела поговорить кое с кем.

Он не спорил.

- Может быть, сегодня вечером…

- У меня есть планы.

- Тогда я позвоню завтра.

Она вежливо улыбнулась, не желая говорить ему, что ей это не интересно. К несчастью, в последние несколько часов она сделала что-то, что доказывало обратное.

Оркестр продолжал играть, несколько пар кружились на веранде, и Лоурен искала единственного мужчину, с которым хотела танцевать.

- Вы видели Макса? - спросила она Медведя, который стоял за стойкой бара. Он выглядел чертовски привлекательно в своем смокинге.

- Возникли проблемы на вечеринке Фабиано. Он попросил меня присмотреть за всем здесь.

Ее сердце упало.

- Он уехал?

- Около минуты назад. - Он поставил бокал на стойку. - Хотите выпить? Я делаю великолепный мартини.

- В другой раз, спасибо.

Она пронеслась мимо друзей и знакомых, мимо матери, которая старалась привлечь ее внимание. Только бы догнать его!

Гладкий мотоцикл с черным фургоном с яркой надписью «Рожден свободным» отъезжал от обочины, и она побежала за ним.

- Макс, остановитесь, пожалуйста.

Фургон продолжал двигаться назад, медленно маневрируя между дорогими машинами.

- Макс! - прокричала она опять.

Он не остановился, мотоцикл выехал на дорогу. Она сильно запыхалась, когда поравнялась с окном водителя, стекло было опущено.

Макс отстегнул галстук. Он был без пиджака, и верхняя пуговица рубашки была расстегнута. Он выглядел прекрасно, и она пожалела, что не могла запрыгнуть в фургон и уехать с ним прочь.

- Я надеялась, что смогу поймать вас.

- Для чего?

Она не могла не заметить раздражение в его голосе.

- Потому что нам надо поговорить.

- У меня нет времени.

- Я знаю. Медведь сказал мне, что есть срочное дело на вечеринке Фабиано, что вы должны мчаться туда, но… - она слабо улыбнулась, - но, может быть,мы могли бы поговорить позже. Может быть, вы приедете сегодня вечером, и мы потанцуем?

Он цинично рассмеялся:

- Вы упражнялись для нашего танца в дюжине танцев с Джеральдом Харкоуртом.

- Я бы танцевала с вами дюжину танцев, если бы вы были рядом, если бы вы не отклонили мое предложение, когда я вас приглашала.

- Вы были заняты.

- Я развлекала моих гостей.

- Одного гостя!

Она положила руки на дверь и наклонилась ближе:

- Вы ревнуете!

- Да, черт побери!

- Но почему? Джеральд такой надутый!

- Чип тоже надутый, но вы вышли за него замуж. Потом были Лиланд, Питер и бог знает кто еще. Черт возьми, Лоурен, ты управляешься с мужьями и любовниками легче, чем я вожу мотоциклы и машины.

- Ты недостаточно знаешь о моих браках или об остальной моей жизни, чтобы обвинять меня.

- Я не должен обвинять тебя. Это всегда с тобой. Твой экс-супруг всегда около тебя. Ты живешь в доме, который он купил тебе.

- Это только дом, Макс. Большой, пустой, одинокий особняк, который не имеет для меня никакой сентиментальной ценности. Это только место, где я живу, где я отдыхаю, не больше. А что до Чипа, я не люблю его больше. Может быть, моя жизнь совсем не похожа на твою. Тебе может не нравиться то, как я развлекаю своих гостей, или то, как провожу свои дни. Но это моя жизнь, и не я собираюсь отказываться от нее - не имеет значения, насколько сильно я хочу тебя.

Он уставился на нее, и оглушительная тишина и все их различия, не говоря о ее прошлом, построили стену между ними.

Она убрала руки с дверцы фургона и сделала глубокий вдох, чтобы вернуть самообладание.

Он был жесток, ревнив и совершенно не подходил ей, и она не позволит, чтобы он увидел, какую боль причинил ей.

- Спасибо тебе за все, что ты сделал, чтобы свадьба Бетси прошла с таким успехом, - сказала она и, не дожидаясь мстительного ответа, повернулась и пошла обратно к дому, прочь от мужчины, который мог сделать ее по-настоящему счастливой, и прочь от мужчины, который впервые в жизни оставил в ее душе чувство большой потери.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Лоурен прогуливалась по оранжерее, заботливо рассматривая орхидеи, тыкая пальцем в каждый горшок, чтобы проверить, сырая ли почва и не нужно ли полить растения. Выращивание цветов всегда помогало ей избавиться от переживаний, но сейчас она ничем не могла заглушить головную боль и боль разбитого сердца. Она вздохнула, когда отщипнула увядший бутон от лимонно-желтого венерина башмачка, жалея, что не может так же легко отбросить прочь и страдание, которое она испытывала из-за потери Макса.

К несчастью, в жизни все было не так просто. Она об этом слишком хорошо знала.

Лоурен услышала разговор матери с Чарльзом в соседней комнате, но не обратила на него внимания, продолжая осторожно вытирать пыль с испещренных прожилками листьев мягкой хлопковой тканью. Когда Чарльз поднялся по главной лестнице, Селеста вошла в оранжерею. Она посвежела после двухчасового дневного сна и сеанса у личной массажистки Лоурен.

- Свадьба прошла прекрасно, дорогая, - Селеста села в белое плетеное кресло и изящно скрестила ноги. Она пригладила юбку аметистового костюма и обыденно откинулась в кресле назад, наблюдая за работой Лоурен. - Цветы были прекрасные, музыка шикарная, а платье Бетси просто потрясающим.

Лоурен вытерла полотенцем руки и пошла вдоль раскрашенной тропическим рисунком панели, которая скрывала высаженную в горшки рассаду.

- Бетси мне сказала, что она никогда не была так счастлива, - произнесла она, садясь напротив мамы.

Легкая улыбка коснулась туб Селесты.

- У Дики и Бетси так много общего, им так много предстоит. Господь хранит их, я надеюсь, этот брак будет первым и последним в их жизни.

- У них есть все шансы.

- Я слышала, что Чип занимался тем самым на приеме.

Лоурен нахмурилась и взяла чашку тепловатого чая, мысленно возвращаясь обратно к их с Чипом свадьбе.

- Он брал кровати приступом и во время нашего приема.

- Это просто слухи, которые ходили в то время по кругу.

- Боюсь, что нет. Он дал нам шесть месяцев, ни дня больше. Он бы заработал много денег, если бы держал пари, но никто не думал, что наш брак продлится так долго.

- Я от всей души прошу прощения, дорогая. Я не знала.

- Это уже в прошлом, - сказала Лоурен, делая глоток чая. - Веришь ли, мы с Чипом