Случайный малыш для Миллиардера (СИ) - Громова Арина

— Ты чего это? Эй… Ань?

— Нет, нет… ничего.

— Подожди, ты плачешь! — он приподнял большим пальцем мой подбородок и посмотрел в глаза. — Что случилось?

Я еще раз всхлипнула и плотину прорвало: уронив голову ему на грудь, принялась рыдать, размазывая слезы. Оплакивая свое такое казалось бы возможное, но внезапно потерянное счастье.

— Я не беременна, Рустам….

— И что с того?

— Ну как… никакого ребенка не будет… Наверное, и наших отношений тоже… У нас же… контракт…

Он отстранился и на этот раз заключил мое лицо в свои ладони. Неожиданно улыбнулся, что буквально выбило меня из колеи и я даже перестала плакать.

— Глупая. Мне все равно, беременна ты или нет. Все равно на наш контракт. Я просто хочу быть с тобой.

— Это… ты это серьезно сейчас? Но ребенок… его же нет…

— ПОКА нет. Но времени его сделать у нас полно. Зачем нам какая-то клиника, у нас и так вроде бы неплохо все получается.

Я несколько раз моргнула, не понимая, шутит он или нет. А когда увидела, что его улыбка стала еще шире, улыбнулась тоже.

С сердца словно свалился тяжелый груз.

Я снова ощутила такое счастье… возможно, даже больше, чем было прежде, потому что теперь я точно знала, что ему важна именно я, а не ребенок по контракту.

=83=

— Привет, ты сильно занят?

— Для тебя как обычно.

— То есть абсолютно свободен?

— Именно.

Аня хихикнула на том конце трубки, и я тоже не смог сдержать улыбку. К чертям бизнес, когда любимой женщине требуется минута твоего внимания.

Мне было приятно, что она скучает и звонки никак не раздражали, наверное, даже наоборот — я ждал их. Хотя раньше, с другими женщинами, все было иначе. Меня нервировала их навязчивость, эти бесконечные полуголые селфи в смс, совершенно точно наигранный смех ответом на мой моментами плоский юмор. Чтобы понравиться. Угодить.

Аня не делала ничего подобного, она просто была собой. Такой, какая она есть. И именно это меня подкупало в ней больше всего. Ее прямота и детская непосредственность, ее желание любить самой и получать в ответ не меньшие чувства.

Наверное, я действительно влюбился. Впервые.

И я был рад ее слышать.

Откинувшись на спинку кресла, положил скрещенные ноги на стол и перехватил телефон чуть удобнее.

— Какие планы на сегодня? Может, все-таки поужинаем в том ресторане на пятидесятом этаже бизнес центра? Вид из окна на город тебе точно понравится, обещаю.

— Идея заманчивая, но перенесем ресторан на потом, хорошо? — и добавила загадочным голосом: — У меня для тебя есть сюрприз.

Сюрприз? Сюрпризы я люблю не очень, но если его приготовила она…

— И что требуется от меня?

— Приехать домой к восьми вечера.

— И только?

— Да! — в ее голосе скользила мягкая улыбка и вспомнив ее губы, я захотел поехать домой прямо сейчас. — Ни раньше и не позже. Сюрприз требует подготовки.

— Ну хорошо, ровно в восемь я приеду, — я уже хотел попрощаться и сбросить вызов, потому что на второй линии увидел звонок от человека, который никак не должен был мне звонить. Просто незачем. Но Анин голос заставил меня повременить.

— Рустам…

— Что?

— Я скучаю, — произнесла она, и я прямо воочию увидел, как она при этом покраснела.

Как и каждый раз, когда дело доходило до нежностей и признаний. Она делилась ими с большим удовольствием, но при этом все еще немного смущалась.

— Я тоже скучаю. До вечера.

Звонок на второй линии уже прервался, и я подумал, что, наверное, набрали меня чисто случайно. Перезванивать не было необходимости, мы уже все с ней решили. Лучше набрать цветочный бутик и заказать самый роскошный букет… Или лучше поехать туда самому и выбрать цветы лично.

От размышлений меня отвлек очередной звонок. С того же номера

Второй за несколько минут? Вряд ли это совпадение.

— Я слушаю.

— Рустам Тигранович? Это Ольга Евгеньевна. Тихомирова. Врач из клиники репродуктивной…

— Я понял, — прервал я ее. Слушать любезности не были ни малейшего желания, мое время слишком дорого стоит. — Что вы хотели?

— Нам нужно встретиться и поговорить. Лично. Это крайне важно.

— Поговорить? О чем? Мы уже разорвали контракт, больше я в ваших услугах не нуждаюсь.

— Я не предлагаю вам услуги, речь пойдёт об Анне.

Услышав ее имя я моментально напрягся. Приятное послевкусие от недавнего разговора сменилось тревогой.

— Что именно об Анне?

— Я расскажу вам все только при личной беседе. Потом вы сами поймете почему.

Я мог бы послать ее и забыть этот нелепый разговор, но что-то заставило меня отказаться от этого решения. Может быть та самая врожденная чуйка, которая позволила мне когда-то возвести бизнес с нуля и не просто не прогореть в сложное время, а выстроить целую империю.

— Сегодня в шесть тридцать. Ресторан "Парус". Не опаздывайте, — я скинул вызов и задумался. Что такого эта врачиха может рассказать мне об Ане, чего я еще не знаю?

Я знаю о ней даже больше, чем она сама: собранное когда-то досье исключает вероятность пропуска каких-то важных деталей ее биографии.

Скорее всего под предлогом разговора о моей женщине она просто решила втюхать мне какие-нибудь услуги. Если это окажется так, их клиника мигом лишится главного спонсора.

=84=

Что я ценю в людях — это чувство ответственности, поэтому, подъезжая к "Парусу" к назначенному времени решил, что если Тихомирова опоздала, не буду ждать ни минуты. История о том, что у нее есть для меня на самом деле какая-то стоящая информация казалась притянутой за уши. Но даже не попытаться не выяснить, что же там за срочное дело такое, я не мог.

Тихомирова оказалась на месте — сидела за крайним столиком у окна. На столе стакан воды и мобильный телефон, больше ничего.

Увидев меня она явно разволновалась, собралась встать, но я остановил ее порыв взмахом руки и, выдвинув стул, сел напротив.

— Я вас слушаю.

— В общем, я даже не знаю с чего начать, дело очень деликатное… — она отвела взгляд, явно намереваясь растянуть беседу до бесконечности. — Даже не знаю с чего начать…

— Ближе к делу.

— Хорошо, — она шумно выдохнула и взяла в руки свой телефон. — В общем, я была с вами не совсем честна, Рустам Тигранович.

Я нахмурился, ибо вранье это еще один пункт, который я не выношу в людях.

— Не была честна на последнем осмотре?

— Вообще. Практически с самого начала. Вернее, с момента, как появилась Анна Лазарева… Ваша Анна, не суррогатная мать прописанная в контракте.

Любое упоминание об Ани из уст посторонних людей отзывалось внутри каким-то странным чувством собственничества.

Да что она может знать такого!

— Кажется, вы говорили, что произошла ошибка? — начал я сдержанно, но прожигая ее наверняка недобрым взглядом. Тихомирова вся словно сжалась, но продолжила:

— Ошибки не было. Все это с самого начала было тщательно продуманным и проработанным планом Анны.

Наверное, впервые в жизни я не знал, что на это ответить. Настолько эта нелепица не клеилась с действительностью. С Аней, которую знаю я. Нежной, милой, совершенно бесхитростной.

— Простите, но все это попахивает бредом.

— Я не вру! — горячо возразила она, хотя кровь к щекам по-прежнему не прилила. — Это чистая правда. Я не знаю, откуда она узнала о том, что вы обратились в нашу клинику, откуда узнала имея суррогатной матери — это мне неизвестно, клянусь. Но однажды она пришла ко мне и попросила совершить эту якобы "случайную" подмену.

Я молчал, переваривая полученную информацию. Отказываясь категорически верить.

Этого просто не может быть. Чушь. Ну как…

— Хотите сказать, что пошли ей навстречу на бескорыстных началах?

— Нет. Она мне заплатила.

— И много?

— Прилично.

Взгляд ее бегал, что могло означать как и то, что она врет, и то, что она меня просто боится. Еще бы, она же понимает, к чему может привести эта ее "правда".