(не) Верь мне (СИ) - Носкова Екатерина

— Нет, — твердо ответил, понимая, что они все-таки решили использовать Чернову. — Я не позволю.

— Да, Костя, — серьезно ответил мужчина. — Он хочет документы, которые бы нас подставили, помогли бы ему получить наш участок… Он их получит. Но ничего не сможет сделать.

— Глеб, ты не понимаешь какой это риск для Черновой? — спросил, чувствуя, как где-то в глубине души поднимается не только злость на Глеба, на ситуацию в целом, но и страх. Сильный такой страх за безопасность моей девушки.

— У нас нет другого выхода, — продолжил настаивать на своем начальник службы безопасности. — Шеф согласен, что это отличный вариант. Так мы и себя обезопасим, и Стрельца подставим.

— А еще мы жестоко подставим невиновную девушку, — сам не заметил, как из-за переполняющих меня негативных эмоций, перешел на крик. — Я категорически против этой идеи.

Несколько секунд Глеб молчал, и я уже решил, что он со мной согласен, но я ошибался.

— Это приказ начальника, — как жесткая пощечина, прозвучали его слова. — У тебя нет выбора. Я просто решил, что ты должен быть в курсе.

Не прощаясь, начальник службы безопасности сбросил вызов. Несколько секунд смотрел на потухший экран, а потом не выдержал и громко выругался. Документы, канцтовары, подставки — все это полетело на пол.

Глава 25

Анастасия

Чем ближе был юбилей компании — тем беспокойнее становилось мое состояние. Утром, не успев еще толком проснуться, чувствовала, как подрагивают колени от тревоги. Частично это было связано с предстоящим мероприятием. И вот что интересно, и что я не могла понять, почему мне так важно не провалить это задание. Я ведь не планирую работать в этой компании, после того, как решится вопрос со Стрельцовым. Но, тем не менее, мне безумно хотелось организовать мероприятие на высшем уровне.

Сама не заметила, как втянулась в это дело. Мне понравилось подбирать цветы для украшения зала, решать план мероприятия с организацией праздников. Понравилось, и выбирать меню. С шеф-поваром ресторана мы спорили до искр перед глазами, но, в конце концов, пришли к общему мнению.

Я чувствовала настоящий азарт от этой работы, и то, что по разным организациям приходилось добираться на общественном транспорте — меня ни чуточку не расстраивало.

Я находила в этой работе особый шарм, и испытывала небывалый подъем сил.

Костя говорил, что Глеб, начальник службы безопасности, будет меня возить на работу, но мне было жутко неудобно просить мужчину, у которого и без того много дел, еще и катать меня по городу. Поэтому пришлось уговорить мужчину, не обращать внимания на просьбу Константина Владимировича. А мужчина и недолго сопротивлялся. Практически сразу он согласился с тем, что я вполне могу и сама ездить.

И все было бы прекрасно, если бы не это мерзкое, липкое чувство, что за мной следят.

На следующий день, после визита людей Стрельцова, я не сразу решилась выйти на улицу. Что поделать, в квартире я чувствовала себя в большей безопасности, хотя и понимаю, что входная дверь не станет препятствием для таких людей, как Стрельцов и его помощники.

В то утро, я долго стояла в коридоре и не решалась повернуть ключ. Смотрела на замок и уговаривала себя, что ничего со мной не случится… До тех пор пока я нужна Стрельцову.

Однако, повторив себе в сотый раз, что все будет хорошо, я все-таки вышла на улицу. Наверное, со стороны я напоминала параноика, который сбежал из психиатрической лечебницы. Я постоянно оглядывалась по сторонам, вздрагивала, при виде огромных черных внедорожников, и в каждом прохожем мужчине видела людей Стрельцова.

Чувствовала я себя, как перепуганная мышка, которая в любой момент ожидает появление большого и злого кота. Это злило, и очень сильно. Наверное, злость и помогла более-менее справиться с этой манией. Однако это чувство не исчезло — оно лишь притупилось.

Сегодня мой рабочий день не был в бегах. Я сидела в офисе и сверяла списки приглашенных. Сами приглашения я отправила уже давно, и вот сейчас посыпались ответы от политиков, бизнесменов и прочих влиятельных личностей. Точнее это секретари и помощники этих людей присылали ответ — будет ли их начальство присутствовать на мероприятии.

Я просидела за этой работой уже больше часа, когда позвонила секретарь и пригласила меня к начальнику.

Хорошо, что к этому моменту я уже успела обработать почти все ответы. Распечатала списки, взяла свои записи, где были расписаны все детали организации мероприятия, пошла отчитываться.

Вызов к начальнику не стал для меня неожиданностью, ведь до праздника оставались считанные дни.

Проходя мимо кабинета, где висела именная табличка “Суворов Константин Владимирович” не смогла сдержать тяжелого вздоха.

Я скучала по этому мужчине. Было трудно жить в его квартире, везде видеть его вещи и при этом общаться только по телефону.

И то... Это общение в последнее время было очень странным. Костя был немногословен, больше расспрашивал меня о работе, как я провожу досуг, да и вообще о разных вещах. Когда я интересовалась в ответ, он обходился несколькими предложениями и потом завершал разговор.

Я с нетерпением ждала его возвращения, не только потому, что соскучилась, но и потому, что мне не терпелось рассказать ему о визите людей Стрельцова. Можно было это сделать и по телефону, но судя по нашему общению, он был слишком загружен работой.

А я тосковала по нему, и томилась в ожидании сходить на первое полноценное свидание. Но о дате своего возвращения Костя молчал.

— Что-то ты долго, — проговорила Татьяна, секретарь начальника. А я и не заметила, как добралась до нужного кабинета, настолько утонула в своих размышлениях о мужчине.

— Документы готовила, — кивком головы указала на толстую папку в моих руках.

— Проходи скорее, — поторопила она меня. — О тебе уже спрашивали.

Поблагодарила женщину, и прошла к двери. Почему-то неожиданно меня охватило странное волнение, и не самое приятное.

Мотнула головой, отгоняя от себя панические мысли и решительно постучала. За дверью послышалось приглушенное “Войдите” и я прошла в кабинет.

За столом сидели двое мужчин. Один из них был наш непосредственный директор, а вот второго я видела впервые, но он точно кто-то очень влиятельный. По крайней мере его поза говорила о том, что все мы тут лишь букашки, а он царь и бог. Его костюм разительно отличался от костюма директора, и по одному взгляду было понятно, что стоит его наряд в разы дороже, чем у начальника.

— Проходите, Анастасия, — сказал Анатолий Семенович, жестом указывая на стул.

Кивнула и смогла сделать всего несколько шагов, когда заметила еще одну фигуру. Мужчина стоял возле окна, спиной ко мне, и стоило подойти ближе к столу, как он медленно повернулся.