Расплата за спасение (СИ) - Кондр Светлана

– Косяк сына и я спрошу с него за это.

– Не надо ничего спрашивать. Мы для него обуза. Я ни в коем случае не упрекаю вашего сына, у Назара своя жизнь, у нас своя. Мы не его проблема. Я сама могу позаботиться о себе и сыне.

В разговоре, я отвлеклась от дороги и осмотрелась только когда мы сделали крутой поворот.

Машина припарковалась у дома голубой расцветки. Одноэтажное строение казалось добротным, крепким, но как и его хозяин было обласкано временем.

Доски несли следы морщин от ушедших лет в виде маленьких трещин. Дом – опрятный, краска не облупившаяся, ставни, как и во всей округе – красивые и резные. И судя по дымоходной трубе – теплый и надежный во все времена.

Спереди тянулись массивные ворота, размерами выше меня на метр. Зайдешь за такие и почувствуешь, что точно оказалась под защитой, а слева от нас стоял забор из мелкого штакетника, за которым пряталась красивая раскидистая черемуха…

– Мама, мама, смотри как у дяди Назара. Только тут они не в клетке, – крикнул Клим и я привстала, чтобы увидеть, на кого показывает сын.

Вокруг машины бегало несколько куриц и важно вышагивал петух.

– Да, милый. Точно.

– Юль, я не могу вас отпустить, поживите у нас. Мы очень хотим познакомиться с вами поближе. Знаю, Клим обидел тебя иначе ты бы не надумала бежать, и я еще поговорю с этим паршивцем по этому поводу, но в чем виноваты старики?

– Мам, давай останемся?

Глава 36

Юлия

Владимир Александрович вышел из машины и открыв дверь со стороны Клима, подал руку своему внуку.

– Пойдем, мой хороший, – маленькая ладошка встретилась с большой, и сын вылез.

– Цып-цып, – подозвал Клим курицу, но та не спешила к нему на встречу, а лишь смешно дергала бестолковой головой рассматривая диковинного гостя то одним, то другим глазом.

– Осторожно, она может клюнуть, – предостерег дед внука. – Особенно берегись петуха, он их защищает.

– Дочка, выходи, – по-отечески сказал мужчина, так ловко усыпивший мою бдительность.

Как я могла противостоять этому? Никак.

Мне ничего не осталось кроме как покинуть автомобиль вслед за остальными. Уйти все равно не получится, не отпустят. А бежать, схватив сына не могу. Он испугается, да и от кого подаваться в бега? От людей, которым Клим приходится родной кровью – внуком. Они не виноваты в таких непростых отношениях между мной и Назаром, и я не должна из-за этого лишать сына общения с дедушкой и бабушкой. Эти люди хотят знаться. Признают Клима и пусть скрипя сердцем, но я дам им и ему возможность познакомиться поближе.

К нам подъехал мужчина на велосипеде и остановился.

– Карпов, привет! – он пожал руку нашему новому знакомому и мимоходом кивнул мне. – Ты сегодня на рыбалку идешь?

Карпов?

Я прижала к себе Клима.

– Нет, Вить, к нам дочка с внуком приехали. Вот, с вокзала привез.

– О! Мое почтение, – мужчина снял кепку и слегла поклонился мне, показывая седую макушку. – Понимаю. А я не знал, что у тебя есть дочь.

– Да как же? Я тебе рассказывал. Опять склероз одолел? Она за границей живет.

– Запамятовал, – тот почесал затылок.

– А на рыбалку я пойду, но не сегодня. К тому же прости, друг, но я хочу сходить с внуком. Пойдешь со мной? – спросил Владимир Александрович и присел около Клима.

– Пойду, – звонко ответил сын. – Я люблю рыбу, особенно селедку.

– Мой мальчик, – дедушка обнял Клима, и сын ответил взаимностью.

– Без обид. Все понимаю. У самого внуки есть, – это он адресовал уже мне, как бы давая понять, что признал родную кровь Карповых и понимает, что семейные узы сильнее договоров и дружбы. – Ладно, бывайте, а я в савхоз.

– Давай.

Мужчина сел на велосипед и как только отъехал скрипя педалями, я произнесла:

– Карпов?

– Я тебе все объясню, не волнуйся.

Я не сдвинулась с места и не дала сделать это и Климу.

Во мне вновь появились сомнения, но паспорт...

Щеколда звякнула и дверь в высоком заборе открылась. Мы все посмотрели на проем, в котором показалась хрупкая светловолосая женщина небольшого росточка, примерно моего, с улыбкой на устах и с собравшимися в глазах слезами.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– А я думала, мне показалось, что машина подъехала, – тихо сказала она и перевела взволнованный взгляд на Клима.

– Мать, встречай гостей, – ответил Владимир Александрович, и подняв моего сына на руки подошел к жене. – Знакомься – Клим.

– Клим. Здравствуй, – она взяла ручку внука и поцеловала её.

– Здравствуйте, – малыш смутился.

– Это Юленька, – отец Назара обернулся ко мне.

– Здравствуйте, – я кивнула тоже немного смущаясь, приветствуя маму Назара.

– Дочка, очень рада с тобой познакомиться. Я – Елена Валерьевна.

Слово – «Дочка» из её уст, сделало мои глаза мокрыми.

Они так по-доброму это говорят, что невозможно не растрогаться. Люди, увидевшие меня в первый раз, принимают как родную и в их словах нет лжи. Это чувствуется. Они правда рады познакомиться с нами.

– Идем, идем, – Владимир Александрович подошел ко мне и приобняв, подтолкнул ко входу.

Мы зашли во внутренний двор, и первое на что я обратила внимание так это на большую арку, с которой так аппетитно свисали грозди черного крупного винограда. Красота какая. Сразу захотелось протянуть руку и оторвать ягодку чтобы попробовать.

– Мама, смотри, виноград висит.

– Да, вижу, – завороженно ответила я.

– Я обязательно угощу вас сегодня, он сладкий-сладкий, – проговорил хозяин. – Мы делаем из него крепкое вино и изюм, который Аленушка добавляет во вкуснейшие булочки…

Прежде чем мы вошли в дом, я успела заметить, насколько здесь ухоженный и чистый дворик. В нем хорошо сочетались деревянные постройки, некоторые из которых походили на загоны для животных и пышные кусты гортензий, красных роз и клумб с разными сортами цветов. Похвала хозяевам, здесь очень красиво.

Поднявшись по ровным деревянным ступенькам, ни одна из которых не прогнулась и не пискнула, мы вошли в дом. В нос сразу ударил чарующий аромат уюта из смеси горячего хлеба, трав и приторного меда обласканный теплом домашнего очага. Раскрыв ноздри, я втянула поглубже тонкой струйкой запах сказки из детства и осмотрелась.

Прихожая оказалась большой. С одной стороны стояли два больших сундука, слегка прикрытые кружевной шторкой, а с другой находились стол и шкафчик со стеклянной витриной.

Владимир Александрович сел на сундук и принялся снимать с Клима кроссовки, я тоже разулась.

– Как добрались? Нормально все? – спросила у меня Елена Валерьевна.

– Скажем так, мне и в голову не могло прийти, где мы сегодня и у кого окажемся, – честно ответила я, еще не до конца придя в себя от такой встречи.

– Понимаю, мы и сами немного в шоке. В приятном. Мы очень рады, что вы приехали. Надеюсь тебе и Климу у нас понравится, и конечно на то, что вы еще не раз вернетесь сюда. Двери нашего дома всегда открыты для вас.

Я не знала, что ответить, поэтому просто кивнула.

Мы прошли в просторную комнату.

– Юля, располагайся, – сказал Владимир Александрович указывая на диван, покрытый мягким светлым пледом в мелкий цветочек. Отец Назара сел первым, подавая мне пример. – Не стесняйся, будь как дома.

Я присела рядом.

– Пойдешь ко мне на ручки? – спросила Елена Валерьевна, наклонившись к Климу.

– Да.

Она подняла его на руки и вместе с Климом опустилась в кресло.

– Значит мама назвала тебя Клим? – спросила Елена Валерьевна у сына.

– Это мое имя. Мама говорит, что оно самое красивое в мире.

Улыбка на лице женщины засияла с еще большей силой.

– Знаешь, я полностью согласна с твоей мамой. Своего сына я тоже когда-то назвала Климом и он, когда был маленьким, очень походил на тебя. Такой же красивый и милый. Вот, посмотри, – Елена Валерьевна взяла с этажерки рамку и показала Климу. Мне тоже стало любопытно посмотреть.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– Я похож на папу, – гордо заявил мой мальчик, не особо интересуясь снимком, а рассматривая все вокруг.