Найди меня, милая (СИ) - Райт Виктория

— Я посмотрела в журнале — Ольга сегодня здесь. Можем ее навестить. — заговорила я шепотом, отведя капитана в сторонку.

Он лишь кивнул.

— Было бы неплохо. Кстати, — он огляделся, проверяя, не подслушивает ли нас кто, — есть у меня знакомый антиквар, я думаю, нам стоит к нему наведаться. Если кто-то хотя бы пытался сбыть саркофаг или ценные останки-мы будем знать об этом уже сегодня.

Я кивнула, соглашаясь.

— У меня как раз эта экскурсия последняя. Найдем Ольгу, а потом к вашему антиквару. Только вот я сомневаюсь, захочет ли Ольга говорить при мне…

— Вы то ей что сделали?

— Водила за нос, притворяясь Риткой- думаете мало? Учитывая, что Риту она терпеть не может уже очень давно.

Соболев почесал затылок.

— Попробуем все же ее разговорить. Мне интересно, какое вы произведёте на нее впечатление.

— Неизгладимое. Даже не сомневайтесь.

Я скрылась в подсобке, причесалась, переобулась и вернулась к Соболеву.

— Ольга должна быть на шестом этаже. Идемте?

— Идем.

Мы двинулись к лифту. Кстати, их в музее было два-один пассажирский, другой грузовой. В грузовом ездить я немного опасалась-за свое недолгое пребывание в музее я умудрилась однажды там застрять. И теперь старалась избегать поездок на нем. Но, как назло, пришел именно грузовой лифт, Соболев вошел в кабину, мне не оставалось ничего, кроме как последовать за ним и надеяться, что мы благополучно доедем. Соболев изучал кнопки с таким видом, словно видел их впервые.

— Сколько этажей в вашем музее?

— Считая цокольный-семь. Огромное здание, огромные ценности.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ — А на цокольном какой зал?

Я задумалась.

— Я спускалась всего один раз, но, по-моему, там нет зала. Кажется, Рита говорила, что там складские помещения и зал реставраций.

— Как интересно. — протянул Соболев.

Не очень понимая, что именно его привлекло, я с чувством облегчения вышла из лифта — мы были на месте. Кабинет Ольги находился в конце коридора. Мы неспешно двинулись по длинному красному ковру, устланному вдоль всего этажа. Кабинеты располагались по обе стороны от нас. Тут повсюду было высокое начальство. А у меня сложилось впечатление, что я в дорогой гостинице.

Остановившись перед кабинетом с надписью Синицкая О.В., я указала капитану на дверь и предложила первому войти в кабинет. Он покачал головой, постучал и вошел внутрь. Я протиснулась за ним. При виде нас жена Бориса Ивановича подняла голову от компьютера.

— Вам кого?

— Здравствуйте, Ольга Владимировна. — Соболев достал удостоверение из кармана и показал его удивленной женщине. — Капитан Соболев. Мне необходимо задать вам несколько вопросов.

Тут Ольга заметила меня и нахмурилась. Проследив за ее взглядом, Кирилл Сергеевич сказал:

— Кира Юрьевна любезно проводила меня в ваш кабинет. Иначе сам бы я точно потерялся. Надеюсь, вы не будете против, если она поприсутствует при нашем разговоре?

Это было сказано таким тоном, что у Ольги просто не было других вариантов, и она согласно кивнула. Не станет же она отказывать полицейскому в таком звании. Ольга предложила нам присесть, сама осталась за столом. Мы с Соболевым заняли два стула по другую сторону и как по команде растянули губы в улыбке. Ольга даже дернулась. И вообще мне показалось, что она изрядно нервничает. Хотя причин для беспокойства я не видела. Но она почему-то избегала встречаться со мной взглядом. И явно ерзала на своем стуле. Мне было интересно, заметил ли Соболев ее беспокойство, но он, словно бы нарочно, старался этого не видеть. А может так оно и было. Наконец, Кирилл Сергеевич заговорил.

— Ольга Владимировна, скажите, как давно вы работаете в музее?

— Почти восемь лет. А что? — Соболев не спешил ответить на вопрос женщины, и она стала нервничать еще больше.

Я с удивлением наблюдала как разные оттенки сменяются на ее лице. Зачем так волноваться, мне было невдомек.

— А с Маргаритой Лапиной вы когда познакомились впервые?

Ольга метнула в мою сторону гневный взгляд.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Когда эта пришла и сказала, что она и есть Маргарита. Раньше я о ней только слышала.

— И что же вы о ней слышали?

— Много хорошего. — кривая ухмылка озарила лицо Ольги. — Вам, наверняка, известно, что Лапина раньше была замужем за моим мужем. Сами подумайте, какие чувства я могу питать к такой женщине. Она мне никогда не нравилась.

— Почему же? Подумаешь, бывшая жена. Сколько таких же в нашем городе…

— Эта Маргарита самая настоящая стерва.

Я сжала руки в кулаки, пытаясь сдержать свой гнев. Да как она смеет. Вот наглая бабенка.

— Можно с этого места поподробнее? — попросил Соболев с милой улыбкой.

— Вы не против, если я закурю? — спросила Ольга.

— Пожалуйста.

Она достала из стола сигареты и зажигалку. Потом приподнялась, открыла окно. Морозный воздух ворвался в кабинет, Ольга пустила пару клубов дыма и, наконец, заговорила.

— С тех пор как мы поженились, эта Маргарита всегда строила ему козни. Потому что он не захотел жить с идиоткой, которая ничего не смыслит ни в истории, ни в искусстве. Просто красивая морда-вот и все, чем может гордиться эта ваша Лапина. За какие заслуги ее терпит начальство-сами догадайтесь. Вот поэтому она и получает все высокие посты, ей достаются важные командировки. А мой Борис Иванович сидит на кафедре уже больше десяти лет, а он ведь ученый. И все из-за этой стервы. — тут Ольга заметила хмурый взгляд с моей стороны. — Она, конечно, может кое-что и умеет, но большинство приписанных ей заслуг она добыла совсем не научным путем.

— Вы хотите сказать, что Маргарита состоит с кем-то из начальства в любовной связи? — я в первый момент даже не узнала свой голос. Меня так взбесила эта женщина со своей клеветой на Ритку, что я не сдержалась.

Соболев удивленно на меня взглянул.

— Задайте этот вопрос своей подруге. — ответила Ольга, выбросив окурок в окно и закрывая его.

— Ну, а сами вы как думаете, Ольга Владимировна? — настаивал Соболев.

Ольга снова села за стол и усмехнулась. Весьма неприятно, должна сказать.

— Я уверена, что в наше время таких высот в столь короткий промежуток можно добиться только одним путем. Через постель.

— Да как вы смеете! — я вскочила, не в силах больше сдерживаться. — Рита порядочный человек!

Ольга рассмеялась. Соболев резко поднялся.

— Спасибо вам, Ольга Владимировна, за содержательную беседу. Всего доброго.

— И вам. И передайте своей подружке, чтобы близко к моему мужу не подходила.

— Да сдался ей ваш старый хрыч! — прокричала я уже с порога- Соболев схватил меня за локоть и силой вывел из кабинета.

Только в лифте, куда меня весьма нелюбезно впихнул капитан, я смогла, наконец, отдышаться и немного прийти в себя.

— Пустите. — я дернула локтем. — Вот уж дрянь! Как она могла только сказать такое о Ритке. — возмущалась я, когда лифт остановился на третьем этаже, мы вышли и направлялись в подсобку.

— Зачем вы стали ее провоцировать? Разве мы за этим туда пришли? — накинулся на меня капитан.

Я вытаращила на него глаза.

— Я что должна была сидеть и слушать, как она поливает грязью мою подругу?

— Вы там были не для этого. Если бы я знал, что вы не способны держать себя в руках, никогда бы не взял вас с собой.

Я остолбенела.

— Вы что серьезно?

— Более чем. — Соболев провел рукой по волосам, вздохнув. — Кира Юрьевна, допрос должен проходить в спокойной атмосфере, иначе это балаган какой-то получается. А мы с вами расследуем серьезное дело. Тут эмоции ни к чему. В ваших же интересах мне помогать, а не устраивать истерики на пустом месте.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Я вошла в подсобку, и села на маленький диван. Соболев остался стоять у окна.

— Простите меня. Из-за моей глупости, мы так ничего и не узнали у Ольги. — я смотрела на спину Соболева. Он глядел в окно, я видела лишь его сжатые в замок руки.