Цена первой ночи (СИ) - Гринь Ульяна Игоревна

— Нина, принесите мне протокол последнего совета директоров.

Я аж вздрогнула от неожиданности. Говорил Игорь, но странно… будто через динамик. На миг я зависла, потом увидела, как мигает огонёк на селекторе возле городского телефона. Оглянувшись на дверь, подошла. Как ему ответить? Кнопки, микрофон… Протянула руку к селектору, но тут же отдёрнула. Ну нафиг, сломаю ещё! И Нины на месте нет…

— Нина, вы оглохли? — раздражённый голос моего рабовладельца заставил меня ещё раз нервно вздрогнуть. Ну нет Нины, что я могу сделать? И где искать протокол, я тоже не имею понятия. Эх, ладно, была не была.

Я постучала в дверь кабинета и нажала ручку. Игорь сидел за компьютером. Не глядя, сказал глухо:

— Вас только за смертью посылать.

— А Нины нет на месте, — ответила я.

— Хм, — сказал Игорь, посмотрев мне в глаза. Встал. Улыбнулся. Повторил: — Хм, хм.

— Чего ты хмыкаешь?

— Это даже хорошо, что Нины нет на месте, — Игорь подошёл поближе, шагнул к двери и повернул в замке ключ. Я отступила к стене со смешком:

— Нет, ты этого не сделаешь!

— Очень даже сделаю, — мурлыкнул он, расстёгивая пуговку моего пиджака.

— А если Нина вернётся?

— Пусть… Она ничего не узнает.

Ещё одна пуговка. Я невольно потянулась к Игорю, словно на запах его одеколона. Пиджак сполз с плеч будто сам по себе. Прохладная ладонь скользнула под блузку.

— А вдруг кто-то придёт…

— Я гендир, мне всё равно.

Губы легко коснулись шеи, пальцы зарылись в волосы. Я забыла о двери, о том, что мы в офисе, что может постучаться кто угодно… Дрожь пробежала по телу. Боже, нет, не надо! Игорь, пожалуйста!

Конечно, он не услышал. Просто поднял меня, понёс к столу. Повернул к себе спиной. Я молчала, просто тая, как кубик льда в стакане для виски. И как кубик льда, меня положили животом на стол. Застёжку на брюках расстегнули. Обнажили попу.

— Игорь, подожди…

— Тш-ш-ш, малыш, молчи.

— Ну, не так…

— Именно так.

Меня что-то колет в грудь, и я стараюсь уйти от мешающего предмета. Игорь пошарил в ящике стола и достал презерватив. Этот парень ловок в надевании презервативов… Сразу виден опыт, потому что мне это сделать удалось вчера ночью с третьего раза… Игорь натянул кондом одной рукой. Вторую ладонь просунул под меня, между грудей, к ямке ключиц. Властно обнял пальцами мою шею…

Два пальца скользнули в промежность, приласкали клитор, проникли во влагалище, распаляя и заставляя стонать.

— Тебе нравится, малыш?

— Перестань… Да…

— Скажи громче.

— Да!

И вместо пальцев в меня вошёл член. Господи… Да, мне нравится, мне нравится до одури… Я хочу заниматься любовью с Игорем каждый день, пять раз в день, в любом месте, там, где он скажет… Я хочу его!

И с каждым толчком внутри я хотела его ещё и ещё, я хотела его глубже, чаще, я хотела кричать от наслаждения, цепляться за стол, выгибаться похотливой кошкой…

Селектор замигал красной кнопкой вызова, запищал пронзительно. Я вздрогнула, а Игорь словно не заметил ничего. Мужской голос позвал из динамика:

— Разумовский, ты у себя?

Только этого не хватало! Это же техдиректор! Черников! Я попыталась вывернуться из-под Игоря, но он прижал меня к столу крепче:

— Т-ш-ш! Плевать на них!

— Мы же на работе…

— Плева-ать, — он наклонился и шепнул мне на ухо: — Я только начал!

— Нет, я так не могу…

— Разумовский, что за бардак, где твои секретарши?

— Нафиг пошёл, — прошипел голосу Игорь, продолжая двигаться. А меня отчего-то пробило на смех. Ну правда, что за дурацкая ситуация! Мы тут, на столе, а за дверью стоит другой сотрудник…

— Перестань! — я вывернулась из-под Игоря и отскочила в сторону. Он схватил меня за руки и подтянул к себе:

— Мы же не закончили!

— Я так не могу!

— Мы не закончили… — и прижал меня к стене, поднимая за ягодицы. Оказавшись в воздухе, беспомощно ухватилась за его плечи, принимая снова в себя член, и засмеялась от настойчивости моего рабовладельца, от того, как безжалостно он меня использует, чтобы насытиться, от странного чувства двойственной морали, приверженцем которой я неожиданно стала. Да, дорогой, бери меня всю в этом чёртовом кабинете! И пусть весь мир подождёт за запертой дверью…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Мир подождал. И дождался. Селектор всё мигал, но прекратил выплёвывать слова. Игорь стащил презерватив и завязал его узелком, бросил в корзину в маленькой умывальной комнате. А я подтянула трусики и брюки, заметив:

— Уборщица найдёт.

— И захочет родить от меня бебика? — усмехнулся Игорь. — Пофиг, малыш.

— Прошу тебя, не делай так больше, — мягко сказала, коснувшись рукой его плеча.

— Интересно, почему, — пробурчал он, застёгивая пуговицы на брюках. — Тебе же понравилось.

— Я не поклонница таких всплесков адреналина, дорогой мой, — и я чмокнула его в щёку. — Наверное, мне надо идти?

— Возьми блокнот и карандаш, я скажу тебе, какие документы мне нужны, поскольку Нины нет.

— Думаешь, я знаю, где искать документы?

— Они все подшиты в папках, которые в шкафу. Найдёшь.

— Ты прямо как твоя секретарша… — пробормотала, осматривая отлично заточенный карандаш. Игорь обернулся:

— Как это?

— Так это, — передразнила. — «Язык до Киева доведёт». А в твоём случае: «Ищи да обрящешь».

— Любовь, — строго сказал Игорь, — я вообще не в курсе, куда Нина складывает бумаги. Но у неё есть система. Тебе надо просто её найти.

— Проще найти саму Нину.

— Как желаешь, но документы нужны мне срочно.

Босс-самодур, ага. Я записала подробно названия и даты нужных бумаг и вышла в приёмную. Предварительно выглянула, конечно, увидела, что никого нет, и выскользнула мышкой. Вздохнула, окинув взглядом безразмерные полки шкафов, набитые папками, и пошла читать надписи на корешках.

Нина влетела в кабинет, когда я вытаскивала очередной отчёт из очередной папки. Секретарша поставила сумочку в шкафчик и наехала на меня:

— Ты зачем роешься в бумагах?

— Меня попросил шеф, — удивлённо ответила я.

— Он меня вызывал?

— Да, но вас не было на месте.

— Чёрт! Дай сюда список!

Я с огромным удовольствием отдала ей и список, и тонкую стопку уже найденных документов. А сама пошла к кофеварке. Сделаю себе кофеёк, пока Нина не припахала меня к чему-нибудь? Включила машину и услышала вопрос:

— Это для шефа?

— Нет, для меня.

— Охренела?! — уставилась на меня Нина. — Это кофеварка директора! У тебя есть законный перерыв на обед, тогда и пей кофе! А пока…

Она кивнула подбородком на кипу писем, лежавших на маленьком столике у двери:

— Открой и рассортируй по темам. А потом пойдёшь на почту и отправишь все вот эти.

Пф… Некоторые слишком много на себя берут. Ну ладно, жаловаться не стоит. Заодно прогуляюсь, всегда можно сказать, что на почте очередь! И кофе попью, а лучше крепкого, очень крепкого чая. Чифирька!

Сделав всё, что мне велела Нина с письмами, я взяла запечатанные конверты и спросила:

— А у кого взять деньги для марок?

— Заплати сама, я тебе отдам потом. Не забудь чек.

— Уж не забуду, — пробормотала я, сунув конверты в сумочку.

Спустившись на первый этаж и узнав у охраны, где ближайшее почтовое отделение, я вышла на улицу. Чудесная погода, не слишком обычная для города, стоявшая уже несколько дней, заставила меня поднять лицо к серовато-голубому небу, улыбнуться пёрышкам облаков, вдохнуть плотный, знакомый запах Невского. Что-то в груди сжалось, так противно… Как тогда, когда нам сообщили о необходимости операции для Аришки. Как тогда, когда я должна была идти продавать свою девственность. Как тогда, когда на меня обрушилось неумолимое предчувствие беды. Что-то случится. Не дай бог, с Аришкой…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Достав телефон, я минуту колебалась. Почти двенадцать, наверняка процедуры с утра, возможно зондирование уже сделали. Надо звонить, я не буду ждать, пока Катька очнётся.

Гудки заставляли сердце биться через раз, а я считала их и кусала губы. Может, ещё не закончили… Может, есть осложнения? Ну, подними же трубку, курица! Я же волнуюсь!