(не)военная тайна, или Выжить в тайге и не забеременеть (СИ) - Касс Вероника

— Крутяк, Наська, весело там у тебя.

— Да уж, в гробу я видала такое веселье. Теперь давай ты.

— Н, что я могу тебе сказать? — Сеня замолчал, что-то промычал и, тяжело вздохнув, все же начал: — Ты сидишь там?

— Слушай, говори уже, не надо тут всяких театральных пауз и приемов.

— Ну, смотри, я предупредил. В общем, это была мамина инициатива — отправить тебя в такую глухомань. Как раз там у нее кто-то знакомый. — Я молчала, да и что мне было на это ответить? — А вот что в итоге все переигралось с твоим окончательным местом службы — это уже так захотел отец.

— И что? — обессиленно шепнула я. Какая разница, кто первый, кто второй, — все едино… Мои родители решили проучить меня. Жестоко проучить.

— Я думал, тебе будет интересно. Мама планировала тебя на месяцок туда, лишь бы ты про Слесаренко думать перестала, а отец уперся рогом, говорит, что ты и там неплохо устроилась. Да и пользы больше от тебя будет там, чем здесь. Что он мог иметь в виду, как ты думаешь?

— Сень, понятия не имею. Да, если честно, и не хочу. Не хочу я копаться в их мотивах и планах. Если скажу, что мне все равно, то совру, но я хочу, чтобы мне было наплевать на это.

— Насть…

— Сень, у меня уже ночь почти, я спать хочу.

— Прости, сестра, блин, Наська. Я не хотел тебя еще больше расстраивать.

— Да-да, ты просто хотел получить информацию.

— Ну, прости меня, дурака. Да и вообще, любопытство не порок.

— А большое свинство, Арсений. Я не обижаюсь, но правда очень спать хочу.

Я чмокнула трубку и сбросила вызов. О словах брата следовало подумать, но не сегодня — сегодня мне оставалась прямая дорога в кровать. Спать. Спать. Спать.

Глава 16.1. Хорек в шоколаде

Дизель привезли, как и обещали, на следующий день, ближе к вечеру. К ночи его уже запустили, и на следующее утро заработала глубинка с водой. Но нам возвращаться не разрешили.

— Поживите там еще денек, — звучало из телефонной трубки.

Калинин был непреклонен и никаких моих доводов не хотел слышать: нечего вам здесь делать, и все. Я теряла терпение. Связь и наличие целых трех магазинов совсем не радовали… Мне хотелось обратно в мой ставший уже родным лес.

Пыхтя как тот ёжик, вышла из здания заставы и наткнулась взглядом на сидящую в курилке Вику.

— Ты чего? — удивилась я.

Девушка хлюпнула носом и, так и не выкинув сигарету, отвернулась от меня.

— Вот только давай без нотаций. Мне Ромки хватает.

Я присела рядом и тихо произнесла:

— Я не собиралась тебя поучать, просто очень удивилась, застав тебя здесь. За три с половиной месяца я ни разу не видела, чтобы ты курила.

— Значит, хорошо скрывалась, — усмехнулась Виктория и, наконец-то сделав последнюю затяжку едкого дыма, затушила сигарету.

— И?

— Что и, Настя?

— Ну-у-у, я же вижу, что что-то не так.

Куркова повернулась и серьезно посмотрела на меня.

— Тебе оно надо?

Только сейчас я заметила, что у Вики слегка припухший и красный нос и такие же красные глаза. Как говорится, на мокром месте.

— Пойдем погуляем, поговорим. — Не дожидаясь положительного ответа, я поднялась с места и потянула девушку на себя. Она не стала противиться и просто молча пошла следом.

Мы отправились к воротам, затем вышли за территорию, и, лишь когда я чуть не свернула на дорогу, ведущую в село, Вика схватила меня за локоть и потянула в противоположную сторону, на протоптанную лесную тропинку.

Все же лес здесь был безумно красивым — что летом, что зимой. Сейчас усыпанные снегом высокие ели словно освещали наш путь, тогда как солнце спешило сесть за горизонт.

— Не боишься замерзнуть? — Я первой нарушила тишину, накинув поверх шапки капюшон пуховика.

— Если бы мы пошли в Калинду, то замерзли бы намного сильнее. Сейчас по короткой тропинке дойдем до КПП, кое с кем поговорим и пойдем или поедем обратно.

— Все-то ты знаешь, даже лесные тропы, — засмеялась я, но Вика моего веселья не поддержала.

— Мы как-то с Антоном здесь жили несколько дней, по возвращении из отпуска. Река сильно разлилась, и не было никакого транспорта. На КПП сейчас начальник, недавно только поехал какие-то вопросы решать. Так что не должен без нас уехать, а мы проветримся и поговорим, если ты так хочешь.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— А ты не хочешь? — слегка повысив голос, возмутилась я. Вместе со словами изо рта повалил пар, еще чуть-чуть — и вечерний мороз начнет обжигать.

— Да, ты права, мне и так ничё.

Вика спрятала голые руки в карманы короткого пуховика и прибавила шагу, я же собралась с мыслями и выкрикнула ей в спину:

— Опять будешь Роману обо всех своих бедах рассказывать?

Вика остановилась и молча подождала, пока я её нагоню. Лишь потом девушка, поймав мой взгляд, сазала:

— Кажется, я уже тебе говорила, что нет смысла его ревновать.

— И все же, — продолжила я гнуть свою линию.

— Уж прости, но с тобой откровенничать мне как-то не с руки. Ты правда неплохая девчонка, и, если у вас все сложится с Ромкой, я буду искренне за него рада, ну и за тебя, само собой, — усмехнулась Куркова, а я поняла, что ей глубоко фиолетово на меня и на то, как сложится моя жизнь. Тогда как будущее Романа её действительно волновало.

— Почему, Вик?

— Что почему? — мотнула головой моя собеседница и пошла дальше, я не отставала.

— Почему ты так о нем заботишься, почему вы так близки?

— Слушай, Ворон, не нуди. Я тебе еще в сентябре говорила об этом. Мы дружим с детства, мы не просто одноклассники. Еще одна девочка и два парня, и спроси у каждого из нас, никто не даст другого в обиду.

— И все же?

— Да что ты заладила как мартышка? — Вика в очередной раз остановилась и, достав покрасневшие от мороза руки из карманов, схватила меня за плечи крепкой, практически мертвецкой хваткой. — Ты не на том акцентируешь внимание, — жестко и зло проговорила она, глядя мне в глаза. Её серые омуты казались сейчас расплавленным оловом, бездонные, затягивающие в свою бездну провалы. — Давно подошла бы к нему и все прояснила. Бери свое счастье и свою судьбу в свои руки. Калинин — золотой мужик, упустив которого единожды, второй раз вернуть уже не сможешь. Но он дал тебе шанс. Так и используй его, не тупи, Ворон.

— Да что ты… — запнулась я, до того было неожиданным поведение Курковой, — Шанс он мне дал, — сквозь губы съерничала я, — я ничего такого и не…

Куркова меня тряхнула, капюшон, так же как и шапка, слетел с головы, и я только сейчас поняла, что Вика для своей комплекции достаточно сильная девушка. Плюсом ей, конечно, шел её бесконечный для девушки рост, но несмотря на это я могла сделать ей подсечку или вывернуть руку — да уйму приемов я могла использовать, чтобы освободиться от её захвата. Разозлила для этого меня соседка уже достаточно, но следующие её слова заставили меня затаиться.

Глава 16.2

— Ромка терпеть не может таких вот выскочек, пострадал от одной уже, я вообще удивилась, что он переступил через собственные принципы не связываться с такими, как ты. — Рыжая зло улыбнулась. — Особенно после того, что ты отчебучила.

— Какими, как я?

— С родословной непростой, особенно военной.

— Но у него же у самого родители…

— Да при чем здесь это? Дело в том, что вас, таких вот золотых девочек, совсем по-другому воспитывают.

— Неправда, — мотнула головой, пытаясь сделать свои слова более убедительными.

— Неправда? — приподняла рыжие брови Куркова.

— Неправда!

— Не уверена.

— Неправда! — закричала ей в лицо, пытаясь выплеснуть всю ту боль, которая плескалась во мне, стоило лишь вспомнить родителей и то, как они меня воспитывали, точнее сказать, дрессировали. — Неправда, Вика!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Отлично, — девушка меня отпустила и отвернулась, — доказывать будешь.

— Что? — Я не стала её догонять, опустилась, чтобы поднять шапку. Пусть Куркова для начала все объяснит.