Владимир Купрашевич - Женька, или Безумный круиз

Через полчаса бесплодных усилий ее стало клонить ко сну. Морозец потихоньку начинал доставать – ноги теряли чувствительность, а тело становилось непослушным. Чувствуя, что пропадает она, жалобным голосом, спросила, не пора ли домой. Тот с удивлением посмотрел на нее.

– Да ты что! Только пришли. Потерпи хотя бы с часок.

Сейчас начнет клевать, – он взглянул на часы. – Минут через десять.

– Она что, у тебя запрограммирована? – попыталась пошутить Женя, потом попросила Василия хоть чего-нибудь, чтобы согреться.

Василий, уже поднялся было к ней, но вдруг кинулся обратно. Женя успела заметить, как задралась кверху и дернулась вниз голубая ручка удочки. Василий перехватил ее в тот момент, когда она почти скрылась в лунке. Через несколько секунд у его ног стала выделывать акробатические номера крупная рыбина, Женя подошла посмотреть на полосатого красавца. Настоящая. И большая!

– Ну вот, а мне не везет! Я же говорила, – уже с обидой произнесла она, не сводя глаз с добычи.

– Новичкам везет всегда. Сейчас и ты поймаешь. Еще не такого!

Женя недоверчиво хмыкнула, и молча, отправилась обратно. Василий, поворочавшись на сидении, поднялся.

– Я сейчас, на разведку. Как там у них. Недолго.

Женя посмотрела ему вслед. Он направился к рыбакам, которые мельтешили вдалеке. Три неразличимые ранее фигуры обрели более четкие очертания, хотя лиц по-прежнему было не разглядеть. Две вполне понятные, третья, что пониже выглядела как-то неуклюже.

Женя, оставшись одна, без какого либо успеха подергала удочку, зевнула и незаметно задремала. Проснулась она от того что ее что-то дернуло за руку. Жена распахнула глаза, Потянула удочку, которую и во сне продолжала цепко держать, леска потянулась легко, она уже хотела положить удилище на лед, как резкий рывок вниз и тяжесть на конце снасти мгновенно переключили ее на действие. Не выпуская удочку, она упала на колени, поймала натянувшуюся леску и принялась осторожно вытягивать пульсирующую нить, которая в эту минуту казалась ей совсем тонкой и ненадежной. Через несколько попыток в лунке показалась голова окуня, она сбросила рукавицы и онемевшими пальцами выволокла долгожданного горбача. Сама! Она готова была завопить от восторга, подняла голову и увидела ухмыляющегося Василия.

– Ну вот! – все что сказал он вместо ожидаемых дифирамбов.

Женя едва не заплакала от обиды. До Василия, наконец, что-то дошло, он шагнул к Жене, оценил, наконец, ее добычу одобрительной ухмылкой, (хоть так то!) потом шагнул к своему месту и, махнул рукой.

– Что? – не поняла Женя.

– Удочку утащили, – посетовал он.

Женя посмотрела в ту сторону. Голубой удочки, которой он ловил, на льду не было.

– Ну, да и ладно, – успокоил себя Василий. – Но первый трофей надо обмыть. Иначе клева больше не будет. Окушок – то у тебя славный. Мой, пожалуй, поскромнее…

– Да ладно! – довольная рассмеялась Женя. Ее оживил не столько трофей, как похвала этого по уши деревянного мужика. Женя оглянулась (у кого бы еще вызвать чувство зависти) присмотрелась к группе рыбаков, продолжающих толпиться на том же месте, где были и раньше. Они уже там развели костер и собрались вокруг огня.

– У мужиков, видно, не ловится, – сказала она.

Василий, не оборачиваясь, высказал свое предположение.

– Вымокли видно. Они там проруби долбят. Пойдем к моему столу.

После водки с бутербродом Жене стало существенно теплее. Она даже попыталась расстегнуть полушубок, но Василий не позволил.

– Ну как, нравится рыбалка? – спросил он.

– Уже интереснее – призналась Женя.

– Штука заразная, – согласился Василий и снова повернул голову в сторону рыбаков.

Женя тоже посмотрела туда и к своему удивлению не досчиталась одной фигуры, именно той, которая показалась ей странной.

– Куда он делся?! – удивилась она.

– Кто? – не понял Василий.

– Ну, там же был третий…

Василий снова вернулся взглядом к рыбакам.

– Наверное, расправляет сеть, внизу…

Женя ничего не поняла, но Василий посмотрел на часы и кивнул в сторону ее сидения.

– Давай на рабочее место. Сейчас самый клев начнется.

Вернувшись к себе, Женя принялась дергать удочку, что было сил, потом ей это быстро надоело, и она сменила ритм, на монотонный. Однажды ей показалось, что удочку легонько потянуло. Она решила, что крючок цепляется за водоросли, стала поднимать блесну в расчете освободить крючок, как вдруг резкий рывок изогнул хлыстик дугой, и рука Жени ткнулась в лед. Помня наказ Василия, удочку она удержала, но не знала, что делать дальше.

– Ой, я не вытащу! – закричала рыбачка, и капитан в одну секунду оказался рядом.

– Не давай слабину, не давай слабину, – забормотал он.

– Она дергает, как… собака, – закричала Женя.

– Наверное, щука, – словно сторонний наблюдатель прокомментировал Василий. Потом сорвал с себя шапку и бросил на лунку.

Рывки сразу заметно ослабли, и Жене удалось вытянуть леску на целый метр. Василий, к ее возмущению никакого участия в вываживании не принимал, словно она всю жизнь только и делала, что занималась этим. Женя уже собралась накатить на него, но он уже перехватил прозрачную нить и принялся помогать рыбачке, то отпуская снасть на некоторое расстояние, то снова, настойчиво подтаскивая в лунке. Наконец шапка приподнялась. Женя сбросила ее и отшатнулась. Из лунки торчала большая щучья морда, с приоткрытой зубастой пастью.

– Тащи, – предложил Василий, – Твоя рыба…

– Так уйдет же!

– Уже не уйдет. Надень перчатку и тащи за жабры. Только осторожно.

Женя опасливо просунула руку между хищницей и кромкой лунки и с усилием вытянула на лед рыбину, показавшуюся ей просто огромной.

Щука, вероятно, хватив воздуха, пару раз трепыхнулась и распласталась на льду. Женя не сводила с нее глаз и не могла поверить, что такое чудо поймано ею.

– Давай, я отнесу ее в ящик! – вызвался Василий.

– Вот уж нет. Щука моя?

– Ну, без сомнения…

– Значит должна быть со мной. А ты лови свою… А почему она не могла бы удрать?

– Так у щуки нет заднего хода! Василий отправился к своему ящику. Там он настроил новую снасть, подцепил старую проверенную блесну и уже через пару минут выдернул еще пару горбачей.

– А у меня почему-то окуни больше не ловятся. На такую оглоблю разве окунь клюнет… – услышал он за спиной голос Жени.

Василий хмыкнул.

– Давай поменяю блесну. Есть у меня серебряная.

Он пристегнул к ее удочке блестящую побрякушку. Усевшись на стульчик, Женя принялась повторять движения, какие делал профессионал. Обезьянничание не дало результата, но синхронность движений, вдруг, не к месту, напомнила, что прошлую ночь они так и проспали спина к спине. По ее вине…, да неважно, по чьей…Просто обидно, что потеряно время, а теперь еще эта рыбалка. Далась она им… Еще и не клюет.