Кэтрин БРИТТ - ЛЮБОВЬ ВСЕСИЛЬНА

– Доминик! – Возможно, она сказала это вслух, но не была уверена.

Он выглядел еще более привлекательным, чем когда-либо, в безукоризненном вечернем костюме. Черты его загорелого отточенного лица подчеркивались темными волосами. Низкий голос с ироническими интонациями заставил задрожать каждый ее нерв.

– Добрый вечер, мисс Флойд, – нараспев, но несколько резковато произнес он. Стальные глаза смотрели на ее покрасневшее лицо. – Я вижу, вы не настолько устали после утомительного дня.

Первое желание, охватившее ее, было убежать. Она никак не ожидала, что именно он заедет за ней. И она поняла, что это был тот вечер, на который он приглашал ее. Что может он подумать о ней? Но времени для отступления не было. Ее лицо дрожало, но она нашла в себе силы собраться. Прижав худенькую руку к сжимающемуся горлу, Мартина, едва улыбнувшись, произнесла:

– Добрый вечер. Спасибо, я чувствую себя хорошо. Он до боли крепко сжимал ее дрожащие пальцы, когда помогал садиться в лодку. Потом сел рядом. Гондола заскользила по поверхности воды. Мартина сидела, сжав руки на коленях, чтобы как-то прийти в себя. Короткий взгляд на его твердую челюсть и четкий профиль не помог ей. Она снова попыталась взять себя в руки.

– Я передумала. – Она приостановилась. Но, прежде чем она придумала, что сказать, они были уже в пути. – У меня не было никакого представления о том, что… – У нее перехватило дыхание.

– Что я был приглашен тоже? – продолжил он безжалостно, глядя на нее.

У нее было ощущение, что она идет по натянутому канату. Щеки горели. Она могла либо согласиться, либо солгать. В конце концов, она сдалась.

– Синьора Августа была так очаровательна, когда звонила. Я ни разу не видела ее. Она ведь действительно подруга Юнис?

К ее облегчению, с холодным выражением лица, которое было так характерно для него, он поддержал предложенную ею тему.

– Лука Августа знаком с Бруно с детства. Он и его жена – одна из самых лучших пар, которые я знаю. – Он спокойно посмотрел на нее. Продолжая разговор в той же манере, он поинтересовался:

– Что касается Марко, неужели вы так серьезно относитесь к своим обязанностям?

Она застыла.

– Что вы имеете в виду?

– То, что сказал, – коротко ответил он. – Бруно был бы недоволен, если бы узнал, что вы проводите с ним все свое время, лишая себя удовольствий.

– Я чувствую себя нормально, – упрямо твердила она.

– Проводя вечера с книгой? Не верю. А если это так, значит, есть кто-то, о ком вы скучаете, – с чувством возразил он.

«Только вы», – хотелось ей сказать.

– Но ведь это не больше чем на неделю, – заметила она.

– На какое время вы приехали сюда?

– На месяц.

У него вырвался нетерпеливый жест.

– Кончается вторая половина недели. А вдруг Бруно с Юнис задержатся?

Она бросила на него быстрый взгляд.

– Буду с Марко до их возвращения. Наступило напряженное молчание. Потом он небрежно заметил:

– Жаль, что случилась ветрянка. Если Марко заболеет, ему захочется, чтобы вы были рядом.

– Откуда вы знаете… – начала она. Его брови насмешливо приподнялись.

– О ветрянке? Сосед Бруно, граф де Савордери, мой друг. У него двое совершенно очаровательных детей. Ветрянка у младшего, Бенито, моего любимца.

С жалостью подумав о малыше, которого она никогда не видела, Мартина спросила:

– Вы любите детей? Он прищурился.

– Вас это удивляет?

Она смутилась, но тем не менее продолжала:

– А у синьора Августы есть дети?

– Да. Два сына. – Он улыбнулся с едва заметным дружелюбием. – Вас это устраивает?

– Думаю, они доставляют счастье синьору Августе и его жене, – ответила она уклончиво.

Он с интересом посмотрел на нее, полуобернувшись на сиденье.

– Вы сделали много для Марко. Майя ревновала бы, будь она здесь.

– А дядя Бруно? Марко преклоняется только перед мужчинами.

– Бруно очень похож на брата Паоло – голосом, манерами. Марко видит в нем отца, отсюда и привязанность.

– Если все это так, не хотела бы синьора Вортолини быть вместе с ним? – Вопрос прозвучал с горечью.

– Мне кажется, она думает об этом, но примет решение позднее, особенно если решится снова выйти замуж. Любовь к другому поможет ей забыть трагедию, а Марко опять станет частью ее жизни.

Мартина задумчиво улыбнулась.

– Марко – великолепный маленький мальчик. Но некоторые мужчины не переносят детей от других мужей. С ужасом думаю, что это может произойти и с ним.

– Вы не хотите, чтобы мать Марко снова вышла замуж?

Мартина похолодела.

– Меня это не касается, не так ли?

– Согласен. – Он посмотрел на нее, раздумывая. – Вам не нравится, как синьора Вортолини относится к своему сыну. Вы никогда не были влюблены, иначе вы поняли бы человека, потерявшего близкого. В настоящий момент его мать все еще в растерянности, не в себе. С Паоло ушла часть ее жизни. Время лечит. Но окончательно может помочь только счастье с другим человеком, освободив от горечи, сидящей внутри, включая отношение к собственному сыну.

– А Марко? – спросила она.

– Некоторые мужчины, как вы говорите, могут не воспринять его. Другие – наоборот. Я же люблю его, как собственного сына.

И неожиданно от того величия, которое окружало их, на Мартину повеяло холодом. Она сцепила руки, внутренне вся содрогнувшись. Более откровенно он не мог сказать о своих намерениях. У нее уже давно были подозрения на этот счет.

Глава 8

Дом, где жило семейство Августов, был один из тех хорошо сохранившихся дворцов, которыми владели Доминик и Бруно. Хозяева встретили их у дверей в гостиную на первом этаже.

Внешне синьор Августа выглядел типичным венецианцем, с удлиненным носом, темными, глубоко сидящими глазами, с четко очерченными бровями и тонкими губами. Он был того же возраста, что и Бруно. Коренастый, очень обаятельный человек.

Синьора Августа – такая же смуглая, маленького роста, очень подвижная женщина. С настороженными карими глазами, необыкновенно выхоленными руками, она тепло улыбалась Мартине.

– Buona sera, мисс Флойд, – приветствовала она ее. – Мой муж. Лука.

– Я так много наслышан о вас от Юнис, – произнес дон Лука после представлений. – Хотел увидеться пораньше, но мы только что вернулись из Швейцарии, где учатся наши дети.

Оставив Доминика с мужем, синьора Августа, слегка придерживая Мартину за локоть, представила ее остальным гостям. Царила приятная, дружеская атмосфера. Дона Августа с мужем напоминали Мартине ее родителей. Чувствовалось, что им хорошо вместе. Это сквозило во всем – в поведении, в разговоре, Доминик подтвердил, что это одна из лучших пар. Ей показалось, что ее родители тоже могли бы понравиться ему.