Линда Чейтер - Дьявол по имени Любовь

Они двинулись вдоль края бассейна, и я последовала за ними. Мне вовсе не хотелось слушать грязные сплетни о Харли и Джессике, но я надеялась найти настоящий напиток.

У стола с закусками выяснилось, что алкогольные напитки здесь выдавал ослепительно красивый молодой лакей, и я с наслаждением осушила бокал белого вина.

— Теперь Харли почти не говорит со мной, — со вздохом продолжала Джессика, заняв место у края бассейна и положив на свою тарелку новую порцию копченой лососины с только что поданного блюда. Наклонившись к подруге и понизив голос, она возбужденно поведала: — Тебе никогда бы и в голову не пришло такое, но мама говорит, что сегодня он притащил с собой какую-то потаскушку. Дешевую маленькую сучку, «золотоискательницу». Во всяком случае, я так думаю, потому что она официантка.

— Ну, я бы от этого не лишилась сна, — откликнулась подруга. — Харли экономит на этом деньги.

Он ведь не должен ей платить, верно? — Она принялась хихикать. — У мужчин такие же желания и такие же шалости, как и у нас. Верно, Джесси?

Джессика энергично кивнула:

— Да. — Она сунула в рот еще один кусок лососины. — Вероятно, новая подружка Харли — копеечная шлюха и выдаст себя, как только заговорит.

Оглянувшись вокруг и убедившись, что никто за мной не наблюдает, я подошла к ней вплотную и изо всей силы саданула ее локтем в спину.

— М-м-м!

Джессика качнулась вперед, вскрикнула и, не удержавшись на своих каблуках-шпильках, упала в бассейн.

— О Господи! — завопила ее мамаша. — Джесси тонет! Все бросились к бассейну, охваченные желанием полюбоваться редким зрелищем.

Не желая разделить участь незадачливого курильщика, я смешалась с толпой. Оглянувшись назад с безопасного расстояния, я увидела, как из бассейна выловили куль мокрой одежды, с которою текла вода. Другие с отвращением взирали на недоеденные куски лососины, плававшие среди искусственных водяных лилий вперемешку с содержимым желудка Джессики.

Я не видела Харли, пока не стихла суматоха. Вернувшись к столу с закусками, я попросила еще белого вина. Две изысканно одетые холеные женщины накладывали себе на тарелки деликатесы.

— Элинор, этот сливочный сыр и пирожные просто роскошные, — усмехнулась одна из них. — Я не могу отказать себе в таком удовольствии.

— А я не могу оторваться от икры и бисквитов, дорогая, — ответила ее подруга, решительно размахивая ложкой.

— Если уж нарушаешь диету и не думаешь о калориях, почему бы не получить наслаждение? А как твоя новая диета?

— Ну, ты же знаешь меня, Элинор. — Первая дама пожала плечами. — Я должна скрупулезно соблюдать ее. Стоит превысить норму хоть на одну калорию, и меня разносит, как шар. — Она обернулась. — И все же следует делать хорошую мину при плохой игре и соблюдать приличия. Было бы невежливо пренебречь этим роскошным угощением.

— Но ведь всегда есть возможность прибегнуть к чрезвычайным мерам, да, Сильви? — Элинор толкнула подругу в бок локтем И скромно поднесла тарелку ко рту. — Лопай, а потом принимай слабительное — вот и вся наука.

Сильви покраснела.

— Я не…

Элинор коснулась ее руки.

— Знаю, что ты не… Но никак не возьму в толк, как тебе удается сохранять такую стройность.

— А разве это так? — спросила Сильви, охорашиваясь. — Может, все дело в моем новом платье? Тебе нравится?

В пурпурно-красном платье с подкладными плечами она походила на вратаря на футбольном поле.

— Ты в нем выглядишь лет на десять моложе, — не слишком уверенно отозвалась Элинор.

Сильви вздохнула:

— Я купила это платье к вечеру в честь дня рождения Уоррена, и мне пришлось похудеть почти на десять фунтов, чтобы влезть в него. А он даже не заметил, что оно новое. Иногда я думаю, что мне незачем суетиться.

— Знаю, дорогая. — Элинор отщипнула виноградину от грозди па столе и отправила ее в рот. — Я уж решила все бросить и сдаться, когда Арни в прошлый раз завел интрижку. Но нельзя осуждать мужчин за их шалости, если сама не делаешь усилий нравиться им. Я сидела на новой диете, ходила в парикмахерскую и испробовала на себе новую партию омолаживающих кремов «Лапиник». — Она постучала по тощей шее кончиком розового ногтя и одарила подругу понимающей улыбкой. — И сейчас чувствую себя намного лучше.

Должно быть, сама того не сознавая, я придвинулась к ним слишком близко. Внезапно Элинор схватила меня за руку.

— Если вы подслушиваете, — она притянула меня к себе, — то хотя бы представьтесь. — Элинор оглядела меня с откровенным любопытством. — Кто вы такая? И с чьим мужем флиртуете?

— Я ни с кем не флиртую. Я приятельница Харли.

— Харли Брайтмена? — Элинор изумленно подняла брови. — Значит, он предпочитает делать тайну из вашей «дружбы».

— Это ваш естественный цвет волос? — Сильви скользнула ко мне. — Очень красивые волосы.

Я кивнула, стараясь не смотреть на ее прическу, напоминавшую засахаренные фрукты, — плод достижений современной химии.

— Вы и не представляете, как вам повезло, дорогая, — уверенно заявила Сильви. — А знаете, сколько времени и денег я потратила на парикмахеров?..

— Но ведь каждый цент окупился, — заметила Элинор, стараясь утешить подругу. — Кое-кто пользуется преимуществами, дарованными природой, но за стиль всегда приходится платить. — Она обратилась ко мне: — Скоро вы убедитесь в этом, моя милая. Пока вам удается обходиться своими ресурсами, но в нашем возрасте «естественный вид» не даст ничего хорошего.

Посмотрев через плечо, я увидела Харли, погруженного в беседу с хозяйкой. Он махнул мне рукой, сделав знак присоединиться к нему, но Элинор загородила мне дорогу.

— Раз уж мы познакомились, дорогая, давайте немного посплетничаем. Поделитесь с нами последними новостями о «Лапиник». — Правда, что Харли собирается открыть новую линию кремов для лица? Это очень гадко с его стороны. Я все еще на первой стадии полного двухгодичного курса омолаживания кожи, и мне совсем не хочется бросать дело на полдороге.

— Боюсь, я ничего не могу вам рассказать об этом, — ответила я. — Я не очень давно знакома с Харли.

— Понимаю. — Элинор бросила на меня сочувственный взгляд. — Думаю, вы не читали статьи в «Лос-Анджелес уикли»?

— Возмутительно! — воскликнула Сильви. — Я плачу девяносто пять долларов за флакон «Полного омоложения кожи», а сучка-журналистка имеет наглость утверждать, что это средство не лучше обычного кольдкрема.

— В таком случае почему вы не используете обычный кольдкрем? — поинтересовалась я. — Вы сэкономили бы на этом.

Она с ужасом посмотрела на меня.

— Разве можно рисковать, накладывая на лицо эту дешевую пакость? Я пользуюсь только самыми лучшими кремами и довожу до вашего сведения, что могу это себе позволить!