Лесли Пирс - Камелия

Другие девчонки раздевались, кричали друг на друга, смеялись и шутили, разглядывая лифчики и трусики. Но внезапно Маргарет Давенпур, девушка с фигурой королевы красоты, но с характером ведьмы, заметила, что Камелия прячется в уголочке и старается остаться незамеченной.

— Снимай свою одежду, верблюд! — крикнула она. — От тебя несет прямо сюда!

Двадцать девочек замерли, услышав крик Маргарет. Казалось, температура в комнате поднялась градусов на десять.

— Да, снимай ее! — крикнул кто-то другой, и внезапно Камелия была окружена.

На нее уставились злорадные лица, одноклассницы начали скандировать: «Снимай!» Жадные руки потянулись к юбке, чтобы сорвать ее с Камелии.

Она отбивалась, но их было слишком много. Кто-то сорвал с нее юбку, оголив ее жирные бедра. Раздался истерический смех.

Никогда раньше Камелия не переживала такого ужаса. Одноклассницы больше не были для нее девочками, они превратились в жестокую толпу. Она оказалась в ловушке. Кто-то пытался натянуть ей на голову рубашку, кто-то оттягивал резинку трусов.

— Толстый верблюд! Толстый верблюд! — кричали они, сбив Камелию с ног и стягивая с нее рубашку и нижнее белье. Она лежала на полу, отчаянно пытаясь прикрыть руками свою наготу, и всхлипывала от стыда, а они разглядывали ее белье, смеялись, а потом вывесили его как флаг.

Это издевательство прекратилось только после того, как вмешалась учительница, но чувство унижения осталось. Лежа на гостиничной кровати, Камелия думала о том, что сегодняшние события только добавили горечи в эту чашу.

На следующее утро выпало еще больше снега. Боль Камелии притупилась благодаря роскошной обстановке комнаты. Дуги относился к ней очень заботливо. Он заказал завтрак, а потом кормил ее тостами, макая их во взбитый желток. Затем они нежно занялись любовью, тщательно прикрыв зеркало. Они наслаждались роскошью и комфортом, вместе приняли ванну, вытерлись мягкими полотенцами. Они знали, что у них достаточно денег, чтобы потом пойти пообедать в каком-нибудь шикарном местечке.

Дуги признался, что ночь была подстроена главным привратником.

— Зеркало сюда поставили не для грязных целей, — объяснил он, как будто это имело какое-то значение. — Скорее всего, эта комната была частью номера люкс, и ее использовали для бизнеса. Однажды во время генеральной уборки привратник это обнаружил, и с тех пор это его дополнительный заработок.

— Ты когда-нибудь приводил сюда других девушек? — спросила Камелия.

— Сам я не участвовал, — ухмыльнулся Дуги. — Но был посредником.

Сейчас, днем, Камелии было намного легче. Она никогда не сможет простить его полностью, но этот случай ее многому научил. Ей надо быть уверенней и держаться за Дуги, даже учиться у него. Роль жертвы не входила в планы Камелии.

— Я хочу, чтобы так было всегда, — проговорила она, сладко потягиваясь голышом прямо перед окном. — Если ты не расскажешь мне обо всем, я найду того, кто это сделает.

— Я всегда знал, что ты авантюристка, — засмеялся Дуги. Он голый сидел на кровати, скрестив ноги. Темные волосы свисали до плеч, как у спаниеля короля Чарльза.

— У меня было много учителей, — усмехнулась Камелия. — Видел бы ты мою мать в действии.

Внезапно она заговорила о Бонни, смеясь и вспоминая разные случаи. На этот раз Дуги было интересно, он смеялся вместе с ней. Должно быть, это и стало переломным моментом в их отношениях.

— Однажды один парень пригласил ее на выходные в одно шикарное место, — рассказывала Камелия, немного удивляясь тому, что сравнивает себя с матерью. Когда-то эта история просто шокировала ее. — Они из-за чего-то поссорились, наверное, потому, что он не хотел бросать свою жену. Он ушел, оставив Бонни одну. Угадай, что придумала моя мать, чтобы преподать ему урок?

— Ждала, пока он вернется, чтобы отрезать ему пенис? — ухмыльнулся Дуги.

— Нет, никакой жестокости. Она украла полотенца, халаты, даже простыни. Положила свои трусики в карман его пальто и обчистила комнату. Не потому, что ей хотелось взять эти вещи. Просто она хотела его пристыдить. Думаю, что больше он никогда не оставлял женщину одну в отеле.

— Так вот почему вчера вечером ты была такой классной? — Дуги задумчиво посмотрел на Камелию. До вчерашнего вечера он и не подозревал о том, насколько она изменилась. Она стала жестокой, какой-то безжалостной. И он не был уверен, что ему это нравится.

— У меня были хорошие учителя, — ответила она резко. — С каждым днем я становлюсь все больше похожей на свою мать.

Глава седьмая

— Что за черт! — Дуги вскочил с кровати, разбудив при этом Камелию.

— Что такое? — спросила она сонным голосом. Кто-то с грохотом поднимался к ним по деревянным ступенькам.

Был ноябрь, с ночи в отеле «Джордж Хотел» прошло одиннадцать месяцев. Несмотря на обещания Дуги, они все еще жили в квартире на Ноттингем-корт. Мистер Тарруп все так же с вожделением смотрел на Камелию и норовил ущипнуть ее всякий раз, когда появлялась возможность. Камелия все так же обворовывала магазины и шарила по карманам.

Не успела Камелия поднять голову с подушки, как Дуги уже открыл тяжелые деревянные ставни.

— Кто это? — прошептала она. — Зачем ты открываешь ставни?

— Это полисмены, дура, — прошипел он в ответ. В комнате стало светло, и Камелия хорошо видела, как Дуги одевался с молниеносной скоростью. — Меня нет. Не открывай двери. Пусть они взломают ее, чтобы у меня было время скрыться. Скажи им, что я ушел после десяти. Они не наблюдали за домом, иначе выследили бы меня раньше.

В голове Камелии вертелось много вопросов, но Дуги приставил палец к губам, приказывая молчать. Шаги раздавались уже на площадке за дверью.

— Как только станет спокойнее, я с тобой свяжусь, — прошептал он, натягивая пальто. — Закрой окно и прикрой за мной ставни. Сделай это тихо, чтобы они ничего не поняли. И ради бога, дай мне время скрыться.

Когда раздался первый стук в дверь, Дуги вытащил из-под кровати спортивную сумку, перекинул ее через плечо и открыл окно. Потом он с ловкостью кота забрался на подоконник.

— Скоро увидимся, — прошептал он и спрыгнул на крышу внизу. — Закройся и держи себя в руках.

Камелия видела силуэт Дуги на покрытой льдом крыше: длинные ноги, темные волосы, развевающиеся над пальто, рука, поднятая на прощание. А потом он исчез.

Стук в дверь становился все сильнее.

— Полиция! Открывайте!

Камелия быстро закрыла окно, ставни и, вернувшись в кровать, натянула одеяло на голову. Она дрожала от страха, сердце готово было выпрыгнуть из груди.