Сандра Браун - Женские фантазии

— Я позвоню миссис Алдер.

Элизабет уже пошла было звонить, как ее вновь остановила Лила:

— Не стоит, я уже звонила. Вечером она сидит с кем-то еще.

— Там действительно что-то горит или мне кажется? — спросил Тед.

— Печенье!

Лила, Мэган и Мэтт разом бросились на кухню, Тед и Элизабет — следом. Черный густой дым валил из духовки.

— Лила, как это могло опять случиться?! — в отчаянии воскликнула Элизабет.

— Ты же знаешь, я не умею готовить.

— Тогда зачем стала делать печенье?

— Чтобы занять детей, пока ты одевалась для «большого выхода»!

Во время шумной перепалки Тед спокойно вытащил из духовки дымящийся противень.

— «Большой выход»?

Сквозь черное едкое облако Тед вопросительно посмотрел на Элизабет. Она поджала губы и выставила вперед подбородок. Она не обязана ничего объяснять, и плевать на осуждающее выражение его глаз.

Вопрос насчет «большого выхода» вообще можно было снять с повестки дня. Становилось очевидно, что никакого «выхода» не будет вовсе.

— Слишком поздно звонить и искать няню, — угрюмо сообщила Элизабет. — Думаю, никуда я не смогу пойти. Если только…

Элизабет выжидающе посмотрела на Лилу.

— Прости, Лиззи, но я не могу.

— Пожалуйста, Лила. Мне так неприятно обременять тебя второй раз за день, но ты ведь знаешь, как важна для меня эта встреча.

— Нет, Лиззи. Не потому, что я не хочу тебе помочь, но сегодня день рождения у моей бывшей пациентки, и, если я не приеду, она обидится.

Элизабет опустила голову. Какой бы циничной ни была Лила, все, что касалось ее работы, было свято.

— Конечно, ты должна идти. Кажется…

— Я останусь с детьми.

Голос его был тих и спокоен, но для всех, кто находился в это время на кухне, он прозвучал как гром среди ясного неба. Лила одобрительно взглянула на Теда. Элизабет приоткрыла рот от удивления. Дети, обезумев от радости, наперегонки бросились к нему.

— Вот классно, Тед!

— Можно мы искупаем Малышку? Мама не хочет, чтобы мы это делали, потому что после этого весь пол в ванной залит водой.

— Можно мы посмотрим фильм для взрослых? Мама велит нам ложиться спать рано, а самое интересное показывают, когда мы уже в постели.

— Ты умеешь делать пиццу?

Он отвечал на все вопросы, но при этом не сводил глаз с Элизабет.

Лила выступила вперед, впервые в жизни взяв на себя роль арбитра. Ей было ясно без слов, что Теду и ее сестре надо побыть наедине.

— Пошли, ребята. Мне надо собираться на день рождения. Пойдем наверх, вы поможете мне отнести вещи.

— Ты останешься с нами? — с надеждой спросила Мэган Теда.

— Да, я остаюсь.

Мэтт и Мэган разом запрыгали и захлопали в ладоши, а потом вприпрыжку понеслись за Лилой. Элизабет и Тед продолжали смотреть друг на друга. Наконец она задала вопрос:

— Ты уверен, что хочешь этого, Тед?

«Еще как не хочу», — говорил его взгляд. И дело не в том, что ему претило становиться нянькой. Теду чертовски не нравилась сама идея «большого выхода». Однако он вполне владел голосом, когда ответил:

— Услуга за услугу, разве нет?

— Я тебе очень благодарна.

Он кивнул, как человек, обладающий весьма сильной волей и сейчас употребивший всю эту волю на то, чтобы сдержать гнев.

— Можете продолжать, — сказал он, мотнув головой в сторону лестницы. — Закончите прическу и будете готовы как раз к его приходу.

— Мои волосы уже причесаны.

У Теда от удивления вытянулось лицо.

— Это что, так и должно выглядеть?

Элизабет раздраженно тряхнула спутанными кудрями.

— Они уложены с муссом и залиты лаком.

— Мусс на голову?

Еще до того, как она успела высказать ему все, что думает по поводу его безграмотности, в дверь позвонили.

— Это, наверное, он.

Элизабет развернулась и пошла открывать, надеясь, что у Теда хватит такта удалиться на кухню. Но, как обычно, то, чего нам больше всего хочется, как раз и не получается.

Она открыла дверь в тот момент, когда Адам позвонил во второй раз. Его улыбка была простодушной и бесхитростной, несмотря на то что на самом деле он являлся сгустком страстей, но сам об этом не ведал.

— Привет, Адам. Заходите.

— Простите за опоздание. Первый раз я пропустил дом, и мне пришлось объехать кругом весь квартал, до того как…

Адам замолчал, заметив Теда, который стоял, вальяжно прислонившись к косяку двери, ведущей на кухню. Всем своим видом он заявлял права на этот дом и все, что в нем находилось, включая женщину, с которой собирался отужинать его потенциальный соперник. «Черт побери, — подумала, Элизабет, — не прошло и пятнадцати минут, как он здесь находится, а как освоился!»

Элизабет слегка закашлялась, в тревоге переводя взгляд с Теда на Адама и обратно.

— Адам, это мой сосед Тед Рэндольф.

Адам первым сделал шаг навстречу. Тед неохотно отделился от стены. Последовало формальное рукопожатие.

— Тед помогает мне сегодня с детьми. Поскольку сестра в последний момент отказалась…

Элизабет надеялась, что ее гость достаточно воспитан для того, чтобы не ждать от нее дальнейших объяснений.

— О да, понимаю. Спасибо вам, мистер Рэндольф.

Улыбка, способная растопить лед в двадцать футов толщиной, в случае с Рэндольфом не сработала.

— Пожалуйста, — с каменным лицом ответил Тед.

Адам протянул Элизабет букет роз.

— Это вам.

Элизабет приняла подарок.

— О, они… чудные!

В этот момент дети спустились вниз. Словно персонажи мультфильмов, они замерли и прижались друг к другу, увидев нового гостя. Потом подошли к нему с уважением, смешанным с опаской. Элизабет представила детей.

— Добрый вечер, мистер Кавано, — произнесла Мэган.

— Добрый вечер, мистер Кавано, — эхом откликнулся Мэтт.

Элизабет вздохнула с облегчением. Маленькие разбойники ее не подвели.

— Эти цветы точь-в-точь такие же, как те, что принес Тед. Должно быть, они купили их в одном месте.

— Я готова была его убить.

Теперь, когда прошло несколько часов с той злополучной минуты, ей легко было говорить об этом и смеяться, вспоминая слова Мэтта. Но тогда Элизабет было не до смеха. Тогда ей хотелось исчезнуть или проснуться, с радостью убедившись в том, что весь этот позор случился не с ней.

Адам, улыбаясь, смотрел на нее. На столе горели свечи, им было хорошо и приятно вместе.

— Я знал, что вам неловко, но самому мне было смешно: я человек с чувством юмора. — Адам покрутил в руке бокал с бренди. — К сожалению, не могу сказать того же о вашем соседе, мистере Рэндольфе. Он даже не попытался улыбнуться.