Джеки Коллинз - Сезон разводов

– Еще картошечки? – спросила Марта Чейни у своего красавца зятя.

– Нет, спасибо, – ответил Линк, качая головой. – Но должен признать, готовите вы превосходно.

Марта скромно улыбнулась. Она любила Линка, несмотря на то что он американец. Они с мужем были очень огорчены, когда Шелби уехала в Америку, чтобы продолжать карьеру, но покорились. Ведь кино так много значило для нее, да к тому же и талант в землю не зароешь. Но сказать, что они приветствовали это решение, было бы нельзя. Потом Шелби познакомилась с очень известным американским актером и вышла за него замуж – и старики поняли, что она никогда не вернется домой.

К удивлению Шелби, Линк вел себя образцово. Перед ужином он пропустил стаканчик шерри, а за едой выпил всего один бокал вина. Может, решил не ставить ее в неловкое положение?

Когда Марта поднялась, чтобы убрать со стола, Линк тоже встал и обнял ее за талию.

– Марта, вы потрясающая женщина! – с жаром воскликнул он. – Вы и ваша дочь – вы обе лучше всех.

– Спасибо, Линк. – Марта зарделась, пытаясь освободиться от его хватки.

– Итак, – обратился Линк к Джорджу, выпустив наконец тещу, – вы уже видели последний фильм вашей дочурки?

– Нет еще, – ответил Джордж и закурил трубку. – Но я слышал, она хорошо сыграла.

– О да, – сказал Линк и ехидно взглянул на жену. – Она отлично сыграла. Вам понравится, это стоящее зрелище.

– Линк! – возмутилась Шелби. Она уже предупреждала его, что не допустит, чтобы родители увидели этот фильм. Этого еще не хватало! Она не хотела расстраивать стариков, а созерцать собственную дочь в откровенной постельной сцене – это их точно не обрадует.

Но Линк уже настроился на скандал, и его было не остановить.

– Ты им рассказала о картине, а, дорогая? – спросил он невинным тоном.

Шелби бросила на него негодующий взгляд. Иногда он бывает невыносим. А сегодня – явно тот случай.

Кэт спала беспокойно, все время прислушиваясь, не пришел ли Джамп. Наконец ее разбудил звук ключа в замке, за которым последовало недовольное: «Твою мать!» Это Джамп споткнулся о собственный ботинок.

Кэт затаила дыхание. Интересно, что он скажет, когда обнаружит в постели ее?

Она слышала, как он ищет рукой выключатель. Потом комнату залил свет.

– Сюрприз! – воскликнула Кэт и села на кровати.

– Черт побери! – опешил Джамп. – Ты тут откуда?

Санаторий гудел. Сюда одновременно приехали три знаменитые особы, находящиеся в процессе развода. Через два часа после приезда Изабелла уже обладала полной информацией.

– Все, все знаю! – возбужденно заговорила она, влетев в номер. – Мне девочка в салоне красоты все рассказала. Угадай! Здесь Петра Флинн. Похоже, муженек ее здорово отделал. У нее фонарь под глазом и силиконовая грудь лопнула. Жуткая история! Приехала прийти в себя, прежде чем затевать развод.

Петра Флинн была красотка, снявшаяся в известном телесериале. Она славилась самой большой силиконовой грудью по эту сторону от Техаса.

– Правда? – Лоле было совсем неинтересно.

– И это еще не все, – продолжала Изабелла. – Здесь та девица… ну, ты знаешь… которая отсудила у миллиардера кучу денег на содержание ребенка, помнишь? Так вот, она тоже тут.

– Откуда ты нахваталась? – удивилась Лола.

– Легче легкого, – пожала плечами Изабелла. – Знай задавай вопросы. А еще, – она заговорщицки понизила голос, – здесь Серена Лейк!

Серена Лейк – бойкая кинозвезда, специализировавшаяся на ролях разбитных простушек. Она была замужем за преуспевающим кардиохирургом. С полгода назад она сбежала со своим партнером по съемкам, суперменом английского происхождения, имевшим репутацию отъявленного ходока. Брак Серены распался, после чего английский герой стремительно и на глазах у всех оставил ее у разбитого корыта, вернувшись к своей подружке в Лондон. Желтая пресса утверждала, что теперь Серена бьется, чтобы вернуть себе мужа.

– Ты с кем-нибудь из них знакома? – спросила Изабелла. Сплетни ее так распалили, что у нее заблестели глаза. – Можем собраться, устроить девичник, и они нам все расскажут. Как думаешь?

– Я думаю, нам с тобой лучше держаться уединенно. Лично я не имею ни малейшего желания слушать о чужих проблемах.

Изабелла поджала губы.

– Слава богу, у тебя с мужем все в порядке, – проворчала она, разглядывая наряды сестры, развешанные в шкафу. – А то это заведение можно было бы переименовывать в «Клуб разведенок». Как тебе идейка?

– Да, – бесстрастно отозвалась Лола. – Ничего себе идейка.

По дороге назад в «Дорчестер» Шелби не выдержала.

– Какой же ты подонок! – На глазах у нее блеснули слезы.

– Поздновато до тебя дошло! – съязвил Линк.

– Зря я за тебя вышла.

– Скажи погромче, дорогая, а то водитель не слышал.

– Мои родители – достойные люди. Им совершенно ни к чему слушать обо мне разные гадости.

– Какие гадости? – небрежно переспросил он. – Я только сказал им, что ты продемонстрировала всему миру свои сиськи. Это же не сравнить с тем, что делала Шэрон Стоун в «Основном инстинкте»! Хотя… думаю, если бы роль тебе понравилась, ты бы и там сыграла, а?

– Заткнись! – закричала Шелби. – Я не желаю с тобой разговаривать!

– Ах да, понятно, – ехидно протянул Линк. – Говорить гадости про меня в интервью можно, но боже меня упаси обсуждать твои роли с твоими же родителями! Это просто конец света. Очень извиняюсь, мисс Целомудрие.

Шелби ничего не ответила и отвернулась к окну. Она прекрасно знала, что для отца невыносима сама мысль о том, что дочь появилась на экране голой, а мать считает это настоящим предательством с ее стороны. Они не понимали, что это блистательный фильм, а откровенная сцена органично вписана в сюжет. Это было сделано не на потребу публике, без этой сцены фильм бы много потерял.

Черт бы побрал Линка! Кто его тянул за язык?

Остаток пути прошел в молчании.

– Я отправляюсь в казино, – заявил Линк, когда они подъехали к отелю. – Хочешь со мной?

– Нет, – отрезала Шелби и вышла из машины. Устала она его нянчить. Пусть себе едет играть, пусть останется без гроша, пусть его сфотографируют падающим с ног с перепоя, пусть пристает к бабам. Теперь ей наплевать.

Рядом с «Дорчестером» собралась группка поклонников. Меньше всего ей сейчас хотелось раздавать автографы, но было холодно, а швейцар предупредил, что эти безумцы могут тут и всю ночь простоять. Некоторые держали в руках ее старые фотографии, сделанные, когда она еще снималась на английском телевидении.

Шелби нацепила на лицо улыбку, подписала фотографии и только потом, ежась от холода, вошла в вестибюль.