Благородный принц - Девни Перри

стоит в гараже, но потом она поцеловала меня, и ну… я забыл. И теперь, когда Бёрди наблюдала за мной, я точно не мог отцепить грузовик, завести его в гараж и закрыть двери, только чтобы повторить все сначала.

— Будет ли нормально, если ты поедешь на плоту, пока мы не выберемся из города? — Это было не идеально, и мне не нравилось, что она будет без ремня безопасности, но это был, пожалуй, наш единственный вариант.

Скарлетт кивнула.

— Хорошо.

— Тогда давай убираться отсюда.

Мы забрали наши кофейные кружки с кухни, затем я вернулся в гараж, закрыв одну дверь, чтобы обеспечить Скарлетт хоть какое-то прикрытие. Затем я подвел ее к плоту, взял за руку и помог подняться.

— Извини, — сказал я.

— Все в порядке. — Она улыбнулась мне, затем устроилась в середине, втиснув свое маленькое тельце между сиденьями на резиновом полу.

— Все хорошо?

— Да. Это не так уж и не неудобно. Но не мог бы ты меня чем-нибудь прикрыть?

— Просто не высовывайся. Тебя никто ни за что не увидит.

— Я выгляжу нелепо, — пробормотала она.

— Ты прекрасно выглядишь. — Я коснулся ее ноги и поспешил к грузовику, желая убраться к чертовой матери из города.

Как только плот выехал из гаража, я нажал кнопку, чтобы закрыть дверь. Затем я поехал по улице, задерживая дыхание, пока ехал по городу. Только когда мы выехали на шоссе и позади нас никого не было, я, наконец, свернул на ближайшую остановку.

Когда я бросился к заднему сиденью, Скарлетт смеялась. Ее улыбка развеяла все мои тревоги.

— Что?

— На самом деле это было довольно забавно.

— Давай. — Я помахал ей рукой, следя за дорогой, чтобы убедиться, что мы одни, когда она вылезла и побежала к грузовику.

Когда она пристегнулась на пассажирском сиденье, а я сел за руль, я сразу же вернулся на дорогу.

— Теперь ты скажешь мне, куда мы направляемся? — спросила она.

Я взял ее за руку, переплетя свои пальцы с ее на консоли.

— Каждый год я отправляюсь на недельную рыбалку. На реке Смит есть совершенно уединенный плавучий комплекс. Туда нельзя въехать на машине, и он граничит с общественными землями, поэтому там нет частных домов или коттеджей. Неделя без электричества. Никаких сотовых телефонов. Никакой связи.

— Никаких мотоклубов или федеральных агентов.

Я ухмыльнулся.

— Точно.

— И ты не против покинуть участок?

— Не против. Мои старшие офицеры разберутся со всем, что возникнет. У меня хорошая команда. — И на данный момент не было случаев, которые требовали бы моего непосредственного руководства.

После смерти Кена Рэймонда самым волнующим событием в городе была драка в баре «Бетси». Драки там не были редкостью, но эта была уникальной, потому что в ней участвовали две женщины. Обеих дам отвезли в тюрьму, где они протрезвели и ушли смущенными и с похмельем на следующее утро.

Если бы случилось что-то серьезное, у меня были хорошие отношения с шерифом округа и ее заместителями. Она знала, что на этой неделе я буду на реке, и, как она делала каждый год, она будет рядом в качестве оперативного помощника. Я сделал то же самое для нее, когда она взяла свою семью в их ежегодную февральскую поездку на Гавайи.

— Как думаешь, ты сможешь продержаться со мной неделю?

— Я думаю, я могу делать с тобой все, что угодно в течение недели.

Я поднес костяшки ее пальцев к губам, проведя ими по ее гладкой коже, затем сосредоточился на дороге. Поездка до места высадки заняла около часа. Обычно во время поездки я расслаблялся и предвкушал поездку, но рядом со Скарлетт я, казалось, не мог избавиться от своих страхов.

Мои глаза постоянно бросались в зеркала, проверяя, нет ли машин, которые могли бы следовать за нами. Всякий раз, когда к нам приближался автомобиль, ехавший в противоположном направлении, я напрягался, надеясь, что мы едем слишком быстро и проезжающий не заметит великолепную блондинку на переднем сидении.

Наконец, приблизился поворот к реке, и я никогда не был так счастлив съехать с шоссе.

— Хорошо, красавица. Тебе придется заползти назад и не высовываться. Как только мы доберемся туда, я пересажу тебя на плот.

— Там будет много людей?

— Нет, — сказал я, сворачивая на гравийную дорогу. — Там будет рейнджер из парковой службы, который проверит мое разрешение. Это особый участок реки, и, чтобы рыбачить, тебе нужно оформить годовой пропуск. Обычно я рыбачу в августе, но мой приятель предложил поменяться на эту неделю. Будет холоднее, чем в августе, и уровень воды выше. Рыбалка будет не такой хорошей, но все равно будет весело.

— Я никогда не рыбачила.

— Ты будешь делать это на этой неделе. — Я потянулся за нас и взял синюю бейсболку, которую бросил в грузовик для Скарлетт. — Надень это.

Она надела ее поверх своих ярко-русых локонов, заправив длинные пряди за уши и завязав все это в конский хвост.

— Будут и другие рыбаки, но время запуска распределено, поэтому наши пути не пересекутся. Если мы встретим кого-то, просто улыбнись и помаши.

— А что, если нас кто-нибудь узнает?

— Тогда мы скажем им правду. Я взял свою девушку в поход и на рыбалку на неделю.

Скарлетт оглянулась, ее щеки вспыхнули.

— Мне нравится, когда ты называешь меня своей девушкой.

— Хорошо. Потому что мне нравится так тебя называть.

В маленьком городке вокруг было не так много одиноких женщин, и я нечасто ходил на свидания. У меня уже целую вечность не было девушки, если не считать Пресли. И даже с ней мы были больше друзьями, чем кем-либо еще. Два одиноких человека, которые ходили куда-нибудь поесть в пятницу вечером, вместо того чтобы в одиночестве возвращаться домой и съедать замороженную лазанью.

Скарлетт отличалась от Пресли, да и вообще от любой женщины.

Я жаждал ее общества. Я жаждал ее улыбки. Когда мы были в разлуке, я считал часы до того, как смогу снова быть с ней. Мое желание к ней было живым, дышащим зверем, которого я не планировал приручать.

Возможно, было рискованно приводить Скарлетт к реке, но я хотел поделиться этим с ней. Ввести ее в свой мир, потому что я не сомневался, что ей здесь тоже понравится.

Мои родители всегда ходили в походы вместе. Папа научил маму рафтингу и катанию на лодках. Она выросла в городе, и ее родители не были любителями активного отдыха. Потом она вышла замуж за папу, и все изменилось. Папа больше не ездил со мной к реке Смит. Он не делал этого с тех пор,