Измена. Месть из прошлого - Мия Герц

согласна, почему бы и нет. Это будет приятным бонусом.

От непонимания услышанного меня бросило в дрожь… С кем и о чем он сейчас говорит? Чтобы прояснить ситуацию, резко открываю дверь и выхожу к нему.

Сорок пятая глава

Антон, увидев меня, делает знак, чтобы я молчала. А я и так не знаю, что сказать. И как сейчас вообще себя с ним вести.

— Хорошо, я тебя услышал. Держи меня в курсе, — он убрал телефон и пошёл в мою сторону, с хищным блеском в глазах. — Моя девочка…

Выставляю руку вперёд, чтобы не подпустить его к себе.

— Что такое? — он внимательно смотрит на меня.

— Как ты можешь обсуждать это по телефону, а потом…

— А что я такого обсуждал, Полина? Да, я спал с Натальей, и ты прекрасно это знала. Так что тебя вдруг удивляет?

— С Натальей? — недоумённо спрашиваю у него.

— Тебе рассказать обо всех, кто был у меня до тебя? — как-то резко спрашивает он.

Отрицательно мотаю головой.

— Тогда что? Валентин сказал, что они нашли пару грешков, благодаря которым можно заставить Наталью начать сотрудничать с нами.

— Валентин? — чувствую себя какой-то глупой куклой.

— Ну да, мой друг, Валентин. Они забрали её к себе, в следственный комитет, на допрос. Он предложил с её помощью получить доказательства того, что Страда тебе изменяет. Но ему нужно было знать все обстоятельства нашего с ней, так сказать, общения, — он нахмурился, а потом посмотрел мне прямо в глаза. — А ты о чём подумала?

— Я… — мне вдруг стало нечем дышать, и я пожалела о том, что вообще решила открыть эту дурацкую дверь. — Я думала, ты…

— Ну! — поторопил меня он.

— Я решила, что ты обсуждаешь нас с тобой…

— Что?!

— А что я могла подумать, услышав такое? — вдруг вспылила я.

— Ну уж явно не то, что я могу себе позволить вот так говорить о наших с тобой отношениях, — он с какой-то дикой злостью смотрел на меня, отчего я непроизвольно сдвинулась назад, упираясь в эту злосчастную дверь. — Почему ты сомневаешься во мне? Ты бы ни за что не услышала от меня то, что я тебе люблю, если бы всё было иначе. Я ещё тогда, в наш самый первый раз, сказал тебе, что больше не отпущу тебя. Но ты с завидным упорством продолжаешь сомневаться во мне!

Он подошёл ближе, упираясь руками по обе стороны от меня.

— Антон, я не сомневаюсь…

— А что же ты делаешь? — он вдруг резко ударил кулаком в дверь и отошёл от меня в противоположный конец комнаты. — Ты сделала вывод по вырванной из контекста фразе и всё для себя решила!

Я вздрогнула от удара, но почему-то совершенно не испугалась его. Где-то внутри я точно знала, что он никогда не позволит себе ударить меня.

— Просто это прозвучало так двусмысленно, что я…

— Полина, я боюсь, что сейчас могу наговорить тебе слишком много лишнего. Платье тебе скоро привезут. Машина будет в семь, — и он вышел из комнаты, оставляя меня одну.

Медленно оседаю на пол. Внутри всё горит, болит и плавиться. А ведь он прав, я не слышала весь его разговор. И, кажется, про Валентина тогда в клинике говорил Дмитрий, когда они обсуждали найденный на мотоцикле отслеживающий положение маяк. Против воли изнутри вырвался первый всхлип.

Нужно пойти за ним. Я хотела подняться, но рыдания душили, мешая сделать полноценный вздох. Мне казалось, я выла, словно раненая волчица. Я была так счастлива с ним, а сегодня своими же действиями это счастье едва не разрушила. Не знаю, сколько в итоге я пролежала так на полу, пока не услышала стук в дверь.

Поднявшись, я, слегка пошатываясь, подошла и открыла её. На меня, не скрывая своего удивления, смотрели две незнакомые мне девушки.

— Мы пришли помочь подготовиться вам… — и почему-то она замолчала.

— У вас всё в порядке? — неуверенно спросила другая.

И мне так хотелось сказать им, чтобы они убирались от сюда, но я не могла снова подвести Антона.

— Да, конечно, проходите, — впустила их, отходя в сторону. — Я сейчас вернусь, мне нужно умыться.

Надо отдать им должное, они не торопили меня. Дождавшись, когда я, наконец выйду, в две руки быстро привели меня в порядок, учитывая, что им пришлось повозиться, скрывая следы недавней истерики. А когда они вытащили платье из чехла, даже я не сдержала восхищённого вздоха.

Длинное облегающее чёрное платье с расклёшенным и пышным подолом ниже колена на бретельках, притягивало к себе взгляд не только блеском, но и тем, что оставляло мою спину полностью открытой. Волосы крупными локонами спадали на плечи, а ярко-красный акцент на губы предавал образу изюминку. Финальным штрихом стали туфли лодочки на тонкой шпильке.

Когда я спускалась по лестнице, меня слегка трусило. Я очень боялась реакции Антона и в то же время безумно её ждала. Когда он увидел меня, в его глазах было столько восхищения и какого-то безумного желания, что я едва удержалась на ногах. Я также любовалась этим великолепным мужчиной в классическом чёрном костюме с бабочкой. Белоснежная рубашка, массивные золотые часы, начищенные до блеска ботинки, всё это подчёркивало его мужественность и высокий статус в обществе. Вот только стоило мне к нему подойти, как его лицо больше ничем не выдавало той реакции.

— Ты такой…

— Машина уже ждёт, — он не дал мне договорить, первым выходя из квартиры.

Лимузин, не спеша, ехал к месту назначения.

— Антон, я не хотела…

— Давайте лучше в объезд, — проигнорировав меня, сказал он водителю. — Сейчас там будет большая пробка.

После этого я ещё несколько раз пыталась начать разговор, но Антон делал вид, что он очень занят, что-то внимательно изучая в телефоне. Меня очень мучило произошедшее между нами, но я решила дать ему время немного остыть.

Загородная резиденция была украшена яркими огнями, мы ждали своей очереди, чтобы подъехать к главному входу. Машина остановилась практически у самых ступенек. Антон вышел первым, а затем помог выйти мне. Пройдя чуть вперёд, я услышала шумный вздох за своей спиной. Но буквально через пару секунд, Антон уже стоял рядом и предложил мне свой локоть, бесстрастно глядя куда-то вперед. Я робко вложила свою руку, и мы двинулись к входу.

Сорок шестая глава

Как только мы зашли внутрь, Антон уверенно повёл меня к женщине, стоявшей недалеко от входа и приветствовавшей всех гостей. В элегантном платье, с высокой причёской, украшенной диадемой, она явно считала себя королевой сегодняшнего