Инспектор, спасите сына! (СИ) - Чарли Маар

— Да, — мальчишка улыбается сквозь слезы. — А вы наш спаситель?

— Ну, можно и так сказать, — тепло улыбается Ярослав, как вдруг Егорка кидается к нему на шею и обнимает.

Савельев обнимает сына одной рукой, а второй прижимает меня к себе. Я закрываю глаза и полностью отдаюсь этому ощущению. Рядом с ним я чувствую себя спокойно. Я в безопасности.

Ярослав помогает мне и Егору выбраться из подвала. Когда мы выходим из дома, я вижу, что весь дом оцеплен машинами. Повсюду мигалки. Я даже не услышала их сперва. В нескольких метрах от нас скрученного преступника запихивают в машину, чтобы доставить в отделение. Я прижимаюсь ближе к Ярославу, второй рукой крепко обнимая сына.

— Василина! — окликает меня Саид, выходя из-за угла дома. — Это не твоя машина?

Мы с Егором и Ярославом проходим за дом и я вижу, что в кустах и правда стоит моя машина, вся закиданная срубленными ветками.

— Да… Моя, — выдыхаю я.

— Проверить надо, — говорит Саид. — Мало ли, какие улики найдем.

Мужчина достает ключ из замка зажигания, проверяет заднее сидение, после чего все мы слышим какой-то странный стук. Я аж вздрагиваю от неожиданности. Мне снова становится страшно. Саид осторожно обходит машину и подходит к багажнику. Тихо вставив замок, он открывает багажное отделение, как тут же оттуда появляется нога. Резкий удар прилетает Саиду прямо между ног. Мужчина издает тихий звук и сгибается пополам, прижав руки к причинному месту.

Следом за ногой из багажника вылезает Алина! Я поверить не могу, что с ней все хорошо! Она жива!

Не успеваю я кинуться к ней навстречу, как она тут же собирается удрать в сторону леса, но ее останавливает Саид.

— Не тронь меня! — верещит Алина, намереваясь снова ударить Саида, но тут на помощь прихожу я.

— Алина!!! — кинувшись к ней, я крепко прижимаю к себе подругу. — Ты жива!!!

— Не женщина, а катастрофа, — бормочет Саид, все еще с тяжестью перенося удар туфлей промеж ног.

— Васька? — удивленно восклицает Алина. — А Егор, Егор как? — спрашивает она первым делом.

— С ним все в порядке! Алина! Я так рада! — я стискиваю крепче подругу.

— Васяяяяя! — Алина пытается выпутаться из моих объятий. — Это, конечно, не то, что я должна сейчас говорить, но, не сжимай меня так, я щас обоссусь!!!

Глава 33

Василина

— Мне было бы спокойнее, если бы вы остались у меня.

Тяжело выдохнув, поворачиваюсь к Ярославу, сжав ручку входной двери квартиры, которую мы снимаем вместе с Алиной. Сегодня был тяжелый день, но, слава богу, все закончилось. Правда, мне и Егору еще, наверное, долго придется заниматься с психологами и педагогами для того, чтобы помочь Егорке справиться с произошедшим стрессом.

Сейчас он уснул, и Алина уложила его спать, но Ярослав все никак не хочет уходить. И я прекрасно понимаю, почему.

— Яр, Егор так много пережил, и я тоже. Я не думаю, что хорошая идея сегодня остаться у тебя.

— Тебе вовсе не обязательно говорить сегодня, что я его отец, Я не об этом. Ты понимаешь, Вась?

— Да, я все прекрасно понимаю, но, наверное, сегодня будет спокойнее, если мы переночуем в квартире. А потом уже решим, что делать дальше, Ярослав.

Поджав губы, спустя несколько минут молчания Ярослав все же кивает.

— Хорошо. Я тебя понял. В любом случае, здесь будут патрулировать полицейские, поэтому боятся вам больше нечего. Преступник пойман. О дальнейшем ходе расследования я сообщу.

— Ты сейчас домой?

— Нет, в отдел, нам еще, наверное, до утра со всем этим дерьмом разбираться. Работы теперь непочатый край.

— Понятно…

Прикусив губу, я смотрю на мужчину, который фактически спас моего ребенка и мою подругу, он сделал это, несмотря на то, что я обманывала его, скрывала сына. А он ни разу не усомнился в том, что Егор действительно его сын, ни разу не задал лишнего вопроса.

— Спасибо тебе, Яр, за то, что помог.

— Я не мог иначе, — отвечает Савельев.

Затем резко разворачивается и спускается по лестнице вниз.

— Я так понимаю, теперь Ярослав знает, что Егор его сын?

Закрыв дверь, поворачиваюсь на голос подруги.

— Да, знает, — выдыхаю и прислоняюсь спиной к стене.

— И что теперь? Что думаешь делать?

— Честно говоря, я пока еще ничего не думаю. Подожди немного… Мне сначала нужно смириться с тем, что пришлось пережить моему сыну и тебе. Как вообще вести себя дальше… Мой малыш пережил такой стресс. Да и ты, наверное, перепугалась до смерти.

— Даже не представляешь, насколько, — кивает Алина, покачав головой. — Но, слава богу, всё обошлось. Знаешь, почему-то я каждую минуту думала о том, что ты наверняка обратишься за помощью к бывшему, и он поможет тебе отыскать нас.

— Да, Яр сделал все возможное, чтобы как можно быстрее разрешить ситуацию. И ведь он ни разу не усомнился в том, что Егор его сын. Хотя Егорка совсем на него не похож.

— Нууу, знаешь ли, в такой ситуации вряд ли женщина стала бы лгать о подобных вещах.

— Да… ты, наверное, права.

Мы с Алиной проходим на кухню, она ставит чайник, после чего мы усаживаемся за стол и на какое-то время замолкаем и просто молча сидим, обдумывая произошедшие события. На нас обрушивается вся тяжесть последних дней. Весь тот ужас, который пришлось пережить и мне, и ей. Странно, что она никак меня не обвиняет даже после того, как я рассказываю вкратце, кто именно был этот человек, похитивший их с Егором, и что конкретно ему было нужно. Алина наоборот успокаивает меня и говорит, что это вовсе не моя вина.

— Лучше скажи, ты собираешься позволять Ярославу общаться с Егором?

— Знаешь, наверное, теперь, даже если бы я не хотела их общения, то это было бы невозможно. Яр бы настаивал. Да и кроме того, он столько сделал, чтобы найти сына. Наверняка он будет хорошим папой. Он теперь не отпустит нас так просто…

— Ну а что насчет измены в прошлом? Вы поговорили об этом? Почему он так поступил?

— Поговорили, — я киваю, отпив чай. — Ничего не было. Как оказалось, все это было подстроено моей тогда еще подругой.

— Вот дела… Хорошая подруга, ничего не скажешь, — присвистывает Алина.

— Да уж… Теперь я чувствую себя мерзавкой. Я ведь сбежала, забрала общие деньги, скрыла ребенка… А если бы мы тогда нормально поговорили и выяснили правду, то всех этих лет разлуки не было бы вовсе. У Егорки всё это время был бы папа, который любил бы его. И похищения никакого не было