Первые (СИ) - Иоланта Палла

— Кри-и-ис, с огнем играешь, — перед глазами темнеет от того, как я хочу придушить эту дуру. — Я тебе выставку с рук спустил. Больше не повторится.

— Пф-ф-ф, и что ты мне сделаешь, Тоша?

Сражаемся зрительно. Без слов пытаюсь передать ей весь ужас, который устрою, если обидит Лизу. Сейчас внутренняя буря разрастается. Цепкими когтями рвет мягкую плоть. Я понимаю, что сделаю все ради Кирьяновой, а вот она… Чувствую, доверие не восстановил. На это время нужно, и Кристина может глобально подосрать. Предсказуемо, конечно, только не нужно вовсе.

— Я предупредил, — разжимаю пальцы ровно в тот момент, когда мама выглядывает в коридор. На ее лице тут же отражаются эмоции. В шоке от того, что я применял силу к ее излюбленной девочке.

— Антон? — в голосе испуг. Приходится отстраниться от Кристины, которая тут же маскирует сучью натуру за маской наивной овечки. — Что ты делаешь? Он обидел тебя? — тянет руки к Руслановой, а та всхлипывает и прячет лицо у мамы на плече. — Боже, сынок, что с тобой творится?

Сука! Сжимаю кулаки и улыбаюсь. Серьезный разговор откладывается на неизвестный промежуток времени.

— Говорю инструкцию Крис, чтобы ты не траванулась опять, — мать охает, услышав мои слова, — попробуй ничего с собой не делать, пока я не вернусь. И эта, — указываю на Русланову, — пусть свалит отсюда, иначе меня в квартире больше не увидишь.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Ответа от нее не жду. Запихиваю ноги в кроссы, хватаю куртку с ключами от тачки и сваливаю в закат. К моей Лизе.

39

Милые Ушки

Я настроена на Антона помимо своей воли. Просто в какой-то момент тело решило устроить бунт и закрыть мозги в клетку, ведь они отключались в те минуты, когда Маршал оказывался поблизости. Про его нежные прикосновения стоит промолчать. Стоило ловким пальцам добраться до открытого участка кожи, и меня прошибало током. Клетки вибрировали от желания вкусить новых ощущений, и моя оборона осыпалась пеплом. С каждым разом все сильнее. Оставляя Антону плацдарм для совершения маневров.

Я бы могла сопротивляться ему напору долгое время, но в какой-то миг поняла, что не буду ни с кем другим. Даже если он меня обманет снова… Свой первый раз хочу с ним. С Антоном. Очень хочу, чтобы он целовал меня, чтобы ласкал, как делает это каждую секунду, когда мы остаемся наедине. Несколько дней пребываю будто в прекрасном сновидении, и желание продлить удовольствие становится отчетливее, сильнее, ярче. Его поцелуи жаркие, оставляющие следы на губах. Вспоминаю о них перед сном, на парах, во время прогулки и разговора с Инной. Схожу с ума. Ем сладости, которыми Маршал меня пичкает, и позволяю себе побыть немного счастливой.

Я получаю от Антона максимум внимания и в какой-то момент ловлю себя на мысли, что отдаю слишком мало. Кажется, готова отдать больше, но боюсь… Последствий. Того, что может быть после яркого и впечатляющего полета. Уделяю внешности достаточно времени, чего раньше не делала. Ушки с моей головы не исчезают. Маршал сам пробует их соорудить. В этот вечер так же. Он приехал поздно. Был с матерью. Источал напряжение, а потом мы начали баловаться. Вот только игра сменилась тем, что Антон прижал меня к кровати и пристально всматривался в глаза.

Его грудная клетка ходуном ходила. Дыхание было прерывистым, а мое будто исчезло вовсе. Полумрак в комнате добавлял поленьев в пожар между нами. Кажется, что дрожь разбрелась по всему телу. Концентрация желания зашкаливала и отдавала пульсацией внизу живота.

— Лиз… — Маршал медленно приблизил свое лицо к моему, потерся кончиком носа о мой и невесомо коснулся губами моих дрожащих. Провела руками по его широким плечам, шее, к затылку, и сжала короткие волосы, издав стон, потому что поцелуй из нежного превратился в жадный. Пальцы Антона двигались по талии к груди, и я отстранилась от него, хватая ртом воздух. — Прости… Не сдержался… — виновато улыбнулся, а я проглотила ком в горле вместе со страхом. — Что ты делаешь? — спросил, когда я потянула футболку вверх и бросила на пол. — Лиза…

Сердце споткнулось от его взгляда, который сфокусировался на груди, прикрытой простым спортивным топом. Но он не спасал от того, что соски горошинами упирались в тонкую ткань, и Маршал видел. Еле сдержалась, чтобы не прикрыться. Он уже трогал мою грудь, и мне чертовски нравилось. Теперь эмоции были острее. Намного. Еще никогда я не ощущала себя настолько уязвимой. В буквальном смысле голой.

— Ты не представляешь, какая ты красивая, Лиз, — шепотом оглушил Антон прежде, чем податься вперед и впиться в мои губы. — Нереальная просто… Моя… Лиза… — его голос манил и пробуждал во мне жгучий трепет, разливающийся по телу приятным теплом.

Мне не хватало воздуха. В эмоциях топило. Слышала, как стучит сердце в груди. Чувствовала невыносимую пульсацию между ног. Меня всю пробивала дрожь от предвкушения предстоящей близости с Антоном, вот только он не спешил переходить границу. Ласкал. Пожирал. И не переступал черту, поэтому я сделала это сама. Стянула топ под его ошарашенный взгляд. От волнения перехватывало дыхание. Маршал рассматривал меня, продолжая бездействовать, и я невольно провела языком по пересохшим губам.

— Лиз, — Антон нервно сглотнул, глядя на мои губы, — не смогу остановиться, если продолжим…

Замираю. Сердечный ритм резко меняется. Лицо горит от стыда, но я киваю. С кем, если не с ним? Я ведь… По уши в него… Просто по уши… Маршал одним движением стягивает с себя толстовку вместе с футболкой и нежно целует в губы, откидывая одежду в сторону. Боже… Мне так жарко… Невыносимо…

— Твою же… — бормочет под нос Антон, спускаясь от губ ниже, целует шею, а когда добирается до груди, то я понимаю, какая она у меня сверхчувствительная. Горячие влажные движения его языка вокруг сосков, и я готова стонать в голос, что и делаю. Вгоняю ногти в покрывало и выгибаюсь навстречу долгожданным ласкам. Зажмуриваюсь и кусаю губы, пока каждая клеточка тела откликается на Маршала и его энергию.

— Антон… — выдыхаю еле слышно, когда он стягивает с меня остатки одежды и вклинивается между моих ног. Сердце в панике устраивает гонку по грудной клетке. Стучит так сильно, что вот-вот разобьется о ребра.

— Лиз… Хочу тебя… — тихо ругается мне в губы, исследуя пальцами низ живота, проводит ладонью по лобку и врывается между кладок, размазывая по ним влагу. — Охренеть… Охренеть, Лиз… — снова впивается в мои губы, ласкает меня ТАМ и рычит в губы, кусая их. — Уверена? — очередной убийственный взгляд,