Его другая - Элла Александровна Савицкая

совпадение. Не получается из-за учебы, или еще что-то, но потом поняла, что он меня игнорирует.

Наверное, это правильно, я не знаю. Умом понимаю, что это самый верный вариант, но глупое сердце плачет и требует тех коротких, ничего не значащих встреч, когда я могла хотя бы просто пересечься с ним взглядами.

— Зайдем к папе, ладно? — спрашивает Мари, когда мы выходим из школы.

Погода стала чуточку теплее, тот снег, который мы тогда застали с Давидом был последним, и вот уже несколько дней как греет весеннее солнышко.

— Давай, — соглашаюсь, не раздумывая.

Домой ехать не хочется. После поездки папы в другой город, он снова запил. Оказывается, все те несколько дней в нашем городе и в соседнем он пытался найти работу, но ничего не вышло. Куда именно он устраивался я не знаю, он с нами не делился. Просто вернулся, продал Алискин планшет с наушниками и на несколько дней ушел в запой.

Радует только то, что друзей домой перестал приводить. Или сам уходит куда-то пить, или напивается в одиночку.

— А зачем нам к Тиграну Армановичу? — интересуюсь, когда мы садимся в автобус.

— У него меню новое. Говорит нужно непредвзятое мнение, вот позвал нас с тобой, если ты не против?

— Я только за!

Отец Мариам держит свой армянский ресторан под красивым названием «Ахтамар». Я бывала там не раз и могу с уверенностью сказать, что блюда там отменные. Раньше мы с семьей часто обедали в дорогих ресторанах, поэтому мне есть с чем сравнить.

До места назначения мы добираемся довольно быстро. Людей в зале оказывается не так уж и много. Время послеобеднее, все на рабочих местах.

— Привет, девчонки, — официант по имени Павел давно знаком с нами, поэтому не слишком церемонится, — давно вас не было.

— Успели соскучиться? — широко ему улыбаюсь, забирая меню.

— А как же! Рад, что наконец, посетили нас, — он также расплывается в ответной вежливой улыбке, — Что будете заказывать?

— Папа сказал попробовать всего понемножку, — отвечает Мари.

— Понял. Он предупреждал нас о ревизии в вашем лице. Сделаем всё на высшем уровне, — подмигнув, парень улетучивается, а мы с Мари хихикаем.

— Не думаешь, что мы лопнем, если съедим всего понемножку? — спрашивает она.

— Я точно не лопну! Знаешь же мою слабость к вкусной еде.

— О дааа! Ой, Давид!

От внезапного оклика подруги я вздрагиваю и резко оборачиваюсь. В груди сжимается, а сердце подпрыгивает, как на батуте.

Идущий по дальнему коридору Давид останавливается и оборачивается. Спешно скользит по нам взглядом, лишь на долю секунды задержавшись на мне дольше, чем на сестре, а потом заложив руку в карман, направляется в нашу сторону.

Я еле дышу и машинально выпрямляю спину. Боже, две недели не видела его!

Жадно впитываю глазами любимую размашистую походку, слегка нахмуренные брови и серьезное выражение лица.

— Привет, — остановившись возле нас, он опирается ладонями на стол.

— Привет, — сиплю я, во все глаза разглядывая его.

— Приветик, — Мари широко улыбается, — ты папе помогаешь, да?

— Да. Разгребаем новый инвентарь. А вы перекусить заскочили? — переводит на меня взгляд.

В карих глазах дружеский интерес, который отдаётся болезненным уколом в моей грудной клетке.

— Да. Мари сказала нужна дегустация нового меню, — растягиваю губы в улыбке, надеясь увидеть у него хотя бы какую-то эмоцию, но их нет.

Просто нет. Он смотрит на меня, как смотрят на прохожих на улице.

— Да, отцу недостаточно моего мнения и мнения матери. Я уже и Саню с Демом приводил, все равно не то. Вас вот зазывал.

— Я с удовольствием. Люблю ваш гуляш.

Отчаянно жду, что он отреагирует на эту реплику, хотя бы как-то даст понять, что помнит ту нашу ночь в его спальне, но реакции ноль. Он просто вежливо улыбается, выпрямляется и дружелюбно подмигивает.

— Тогда приятного аппетита. Я пойду. Надо закончить в течении часа.

— Конечно. Папу позовешь, ладно? — трогает его за руку Мариам, — Надо же отчитаться о проделанной работе.

— Лады. Пока, девчонки.

Ещё раз коснувшись меня убийственно равнодушным взглядом, Давид разворачивается и уходит.

Смотрю ему в спину, а в груди так сильно ноет, что справиться тяжело. Первый порыв сослаться на поход в уборную, а самой догнать его и… что и? Ну догоню я его. И что спросить? Почему я вдруг стала пустым местом после того, что он узнал о моих чувствах? А с другой стороны Давид мне ничего не должен. Он сказал, что между нами ничего не может быть, и это только мои проблемы, что я никак не могу этого принять. Никак не хочу мириться с мыслью, что его ждет брак. Задвигаю её в дальний ящик, лишь бы не думать.

Сглатываю образовавшийся в горле ком, пока Мари что-то щебечет о том, что я просто обязана попробовать их гату (традиционный армянский десерт — прим. автора), и натянуто улыбаюсь.

Пока мы лакомимся принесенными блюдами, жду, что он еще хотя бы раз к нам подойдет, но этого не происходит.

Глава 25

Оля

— Пап, мы тут всё записали, — Мари протягивает отцу лист, на котором мы обозначили все наши предпочтения, — Два плюса — это прям ну ооочень вкусно, один — нормально, ну а минус сам понимаешь.

— Что-то минусов тут нет, дочь, — хмыкает Тигран Арманович, обводя нас с ней шутливым взглядом.

— Потому что и блюд, попадающих под эту категорию, в вашем ресторане нет, — отвечаю честно я.

— Ох, кажется не тех я ревизоров позвал.

— Мы были непредвзяты, — поднимаю руку в клятвенном жесте, — правда-правда. Просто, видимо, армянская кухня для меня. Мне прямо очень всё вкусно.

Мужчина громко смеётся.

— Ну ты в гости-то забегай, Оль, тогда, раз уж твоя. Мари тебе пахлаву испечет.

Улыбаюсь и уже собираюсь в очередной раз выдумать отговорку, как у меня начинает звонить мобильный.

— Извините.

— Конечно. Мы пока с Мариам побеседуем.

Выхожу из кабинета хозяина ресторана и выуживаю из сумки мобильный.

Миша.

Прохожу чуть дальше по коридору и отвечаю на звонок.

— Да, Миш?

— Привет, Оль, — звучит бодро друг, — Как дела твои?

— Всё хорошо. Ты как?

— Да пойдёт. Звоню в кафе тебя вытащить.

— Боюсь, откажусь. Я только что в себя запихнула столько армянской еды, что кажется от дополнительной хлебной крошки могу лопнуть.

— Ууу, это не честно, — возмущается Помазов, — Я тут голодный, специально не обедал, тебя позвать хотел, а ты уже поела, оказывается. Погоди, а почему армянской?

— Мы с Мариам в ресторане её отца сейчас. «Ахтамар» называется, возле центрального универмага, знаешь?

— Так я мимо него сейчас прохожу!

Удивленно округляю