Решения, принятые после полуночи - Рейчел Хиггинсон

мы больше не будем вместе. Я не могу просто начать встречаться с другими парнями.

— Прежде всего, вам с Оуэном обоим нужно осознать тот факт, что вы прошли весь путь. Все кончено, все, что раньше было между вами, было объявлено мертвым. Настолько мертвым, что похоронено и разлагается. И нет ни воскресения, ни загробной жизни, ни реинкарнации. Ничего из этого. Мертво, мертво, полностью мертво. Поняла меня?

Я кротко кивнула. Я знала, что она была права. Я хотела, чтобы она была права. В реальности всего этого было просто немного сложнее разобраться.

— Во-вторых, — продолжила она, — только потому, что ты влюблена в своего мега-горячего босса, это не значит, что ты должна завязывать с ним серьезные отношения и начинать планировать еще одну свадьбу или что-то в этом роде. Есть такая вещь, которая называется отвлечением, — она указала на меня, используя мою предыдущую фразу. — Или сексом по вызову. Он не должен быть таким большим, эмоциональным. Он может быть просто забавным. И чистым. И горячим.

Я пожала плечами.

— Легкий и непринужденный стиль на самом деле не мой конек.

Она закатила глаза.

— Расскажи мне об этом. Оуэн, по сути, был твоим первым парнем.

Я снова пожала плечами.

— И с ним даже не все улажено. Я не хочу причинять Уиллу боль. Хорошо?

— Возможно, — согласилась она. — Но я думаю, что ты больше беспокоишься о том, чтобы снова не навредить себе.

— И это так плохо? Я думаю, мне просто нужно отдохнуть от отношений и мужчин. И запутанных трудностей.

Она кивнула, но что-то похожее на надежду все еще светилось в ее глазах. Она хотела, чтобы я двигалась дальше. Я знала, что она это сделала. И теперь она разрабатывала план, в котором участвовал Уилл. Я хотела, чтобы она просто бросила это, но у меня также не хватило духу сказать ей, что это не имеет значения. Она могла сколько угодно пытаться заманить Уилла в ловушку этой случайной ерунды с отвлечением, но я не была готова. И ничто из того, что она могла бы сделать, или сказать, или покачать передо мной, не сделало бы меня готовой. Я бы не рискнула навредить Уиллу из-за недолгой интрижки. И даже более того, я бы не рискнула снова пострадать. Я все еще была хрупкой, с разбитым сердцем. Мне нужно было снова собрать свое сердце воедино, прежде чем я начну швырять его в кого-то другого, рикошетом или как-то иначе.

С этим мне нужно было разобраться самостоятельно. В свое время. Подальше от Оуэна. И подальше от Уилла Инглиша, его очаровательных, загадочных улыбок и модных напитков.

ГЛАВА 10

Я нервничала, когда вошла в «Крафт» в понедельник днем, и сама не знала почему. Прошлой ночью мы с Риз засиделись допоздна, болтая.

Итак, сначала мы зашли в кофейню в полумиле от фермерского рынка и восстановили свою трезвость за двойной порцией латте и фруктовым парфе. К тому времени, как мы вернулись к машине Риз, мы были в почти трезвыми, но сонными. Мы обе потеряли сознание в ее гостиной, когда смотрели повторы «Дом с подвохом». Она свернулась калачиком в глубоком кресле, в то время как я растянулась на уютном диване, точь-в-точь как в нашей квартире во времена колледжа.

Мы проснулись несколько часов спустя, заказали тайский завтрак и, сбившись в кучу на крыльце, стали наблюдать за заходом солнца. Потом мы просидели там несколько часов, обсуждая наши жизненные проблемы и потягивая имбирный эль и сладкий чай, последовательно.

Риз, спотыкаясь, отправилась спать задолго до того, как ей пора было ложиться спать, и я последовала за ней полчаса спустя после того, как решила, что луна не даст мне решения моих надоедливых проблем, на которые я надеялась.

Этим утром, когда я проснулась ближе к полудню, я поняла, что мой новый образ жизни, вероятно, очень негативно повлиял на Риз. Особенно когда ей с утра нужно было быть на работе.

Правда заключалась в том, что мы больше не учились в колледже и больше не могли гулять всю ночь и быть в основном в порядке на следующий день. Несмотря на то, что я смогла заснуть гораздо позже, я все еще ощущала негативные последствия слишком позднего бодрствования в своих костях, веках и клетках мозга. Сегодня я была половинчатой версией самой себя. Мои мысли стреляли, просто в замедленной съемке, а не работали.

Чарли стоял за стойкой бара. Все стаканы были вытащены и выстроены аккуратными рядами, под ними лежали полотенца. Через плечо у него тоже было перекинуто полотенце, а за ухо был засунут карандаш. Он посмотрел на меня и ухмыльнулся.

— Удивлен, что ты сегодня передвигаешься. Наверняка думал, что ты весь день будешь страдать от жуткого похмелья.

— Дело в том, что я так напиваюсь посреди дня, потому что я думаю, что похмелье будет где-то ночью, а не утром, — я остановилась на краю бара, чтобы поболтать с ним и посмотреть, что он делает. — Сегодня я все еще спала до полудня. Я не чувствую себя полноценной личностью. Я думаю, что этот рабочий график нарушает мой цикл сна.

— О, это определенно так, — согласился он со смешком. — Но к этому привыкаешь. Я имею в виду, в конце концов. А потом ты снова поменяешь работу и будешь в полной заднице. Но ты, вероятно, проведешь там добрых две-три недели, и все будет хорошо.

Я сердито посмотрела на него.

— Ну и дела, надеюсь, ты прав.

Он снова рассмеялся, затем наклонил голову, чтобы сосредоточиться на бокалах.

— Нет, с тобой все будет в порядке. Самое приятное в работе в баре то, что тебе не нужно вставать и куда-то идти утром. Спать до полудня — это нормально.

— Может быть, — согласилась я, хотя и знала, что он, вероятно, прав.

Как только я освоюсь с ночным расписанием, я уеду из Дарема, и мне придется перестраиваться заново.

— Что ты делаешь?

— Осматриваю бокалы. Наши посудомоечные машины очень горячие и отлично справляются с очисткой стаканов. Но со временем они также имеют тенденцию трескаться и скалываться. Мы не всегда улавливаем недостатки во время приготовления напитков из-за слабого освещения, поэтому каждый понедельник я просматриваю и вытаскиваю проблемные стаканы, повторно заказываю замену, если мне нужно, и провожу инвентаризацию.

— В этом есть смысл

Я знала все об инвентаре и должна была предположить, что у бара есть своя собственная версия этого процесса.

— Что ты здесь делаешь? — он спросил так, что я поняла, что на самом деле он не