Пепел (СИ) - Сью Ники

Ох, она удивилась. Глазки чуть из орбит не выскочили. Забавная все-таки.

– Ты… чего? – прошептала Рита, прикусив нижнюю губу.

– Ты, правда, наешься одной гречкой? А где котлета или типа того? – спросил, усаживаясь напротив. В те редкие минуты, когда у нас шли уроки физкультуры, я мог видеть Марго в нормальной обтягивающей одежде – она была очень худенькой. Неужели держала диету?..

– Витя, ты… – Рита оглянулась, сглотнув. Да, мы привлекли к себе взгляды многих, кое-кто даже перешептывался.

– Что?

– Почему ты не сел с друзьями или…

– А почему я не могу сидеть здесь, с тобой? – я поставил локти на стол, уперев в них подбородок. Вблизи Марго выглядела очень милой, она походила на ангела: такая робкая, нежная, скромная. Хотя я знал, помнил с детства – кое-кто умел показывать зубки. Порой мне хотелось увидеть эти ее зубки.

– Может, хватит на меня пялиться? – прошептала Рита, отводя взгляд в сторону.

– Ты вечером гуляешь?

– А?

– Говорю, вечерами ты гуляешь в будние дни?

– Шест! Витя! Шестаков! – разлетелось эхом по столовой. С неохотой глянул в направлении первого стола у стены: туда плюхнулись ребята с десятого и два наших защитника.

Я развел руками, намекая, что поговорить с ними сейчас не смогу. Однако Валера, коротко стриженый блондин, явно униматься не планировал.

– Иди к нам, – позвал он, выдавая улыбку от уха до уха. Ребята, что сидели с ним за столиком, в один голос завыли. Мне вдруг показалось, в столовой воцарилось молчание: все будто ждали, когда же я встану и отойду от Риты.

Бесит.

– Сорян, – отмахнулся, стараясь не выдать раздражения. Слепые они что ли, с башкой окончательно в разладе? Это их показательное приглашение выглядело неуважительно по отношению к Марго, словно ребята пытались указать ей на место.

– Да ладно, иди к нам. У нас тут пицца на всех, – шоу продолжалось.

– Я на диете, – улыбочка, очередной намек, который никто не понял или же делал вид, что не понимал. Раздражение нарастало с каждой гребаной секундой.

– Для диетчиков у нас есть компот, – крикнула блонда, которую я знать не знал. Нет, может, и знал, да только сейчас ни ее внешность, ни имя не имели никакого значения для меня.

И я уже хотел послать отборным матом дружный коллектив, как Марго вдруг поднялась из-за стола. Ее тонкие худенькие пальчики сжали основание красного подноса, на котором стояла тарелка с гречкой. В одну минуту Романова выскользнула из-за нашего стола, направляясь к окошку с грязной посудой. Не доела. Молча убегала. Ее зацепило их поведение. Вероятно, обидело.

Я сглотнул, смотря ей вслед. В груди кольнуло, руки сжались в кулаки.

Мне хотелось врезать по роже каждому, кто сидел за тем столом, но вместо этого я лишь последовал за Ритой, подобно верному стражу.

– Шест! – окликнул мужской голос. – Ты куда? Наш стол здесь.

В столовой воцарилось молчание.

– Включи мозги, хотел бы сесть к вам, сел бы. А я сидел с девушкой, – прорычал, голос мой звучал необычно громко, в нем мелькали не присущие нотки агрессии.

– Но…

– Без «но»! – с угнетающей враждебностью ответил я. И надо ж было – именно в этот момент на пороге столовой выросла Смирнова.

Девчонка посмотрела на меня затравленным взглядом, губы ее дрогнули, да и вся она, кажется, дрожала. За спиной Аленки появился Аким. Он наклонился, что-то шепнул ей на ухо, но она никак не отреагировала.

Ситуация начинала напрягать, мы были слишком ярким пятном на сером покрывале этого дня. Народ перешептывался, будто увидел невероятную новость в газете. И хотя я привык быть в центре внимания, но сейчас это знатно бесило. Да и Смирнова, которая подобно фарфоровой кукле замерла в проеме, напрягала. Неудобно вышло: наверняка наш разрыв обсуждали в мое отсутствие, наверняка Алену ранили эти бесконечные разговоры. Люди любят потрепать языком, им только дай повод. Пора заканчивать этот концерт по заявкам.

Не найдя лучшего решения, я обошел ребят, скрываясь в шумном коридоре.

Глава 33 - Витя

Забежав в кабинет, я буквально сразу наткнулся на Романову, она сидела, подперев ладошкой подбородок: читала книгу. Такая спокойная, обыденная, казалось, этот мир и его порядки ее совершенно не волновали. Она отличалась от всех девушек, с которыми мне довелось познакомиться.

– Что насчет субботы? – спросил, усаживаясь рядом. Рита кинула на меня пустой, безэмоциональный взгляд, словно намекая, что у нее нет никакого желания отвечать на вопросы.

– Суббота – день уборки.

– Хорошо, – я повернулся, поставив локти по обе стороны от себя. А она как склоняла голову над учебником, так и продолжала склонять. Обычно девчонки реагируют иначе. – Как насчет воскресенья?

– Воскресенье – день домашки.

– Ты серьезно? – хмыкнул, поддев прядь каштановых волос пальцем. Откровенно говоря, я не помню, чтобы видел ее с распущенными: либо косы, либо хвост, ну и очки, конечно, дополняли Рите загадочности. Романова походила на тот Святой Грааль, который я пытался отыскать среди тысячи подделок. Она была для меня закрытой, но в то же время манящей книгой.

Рита тут же отодвинулась ближе к стенке, словно мое присутствие ее напрягало. Игры в недотрогу продолжались. А ведь как хорошо все начиналось утром, и надо ж было походу в столовую расписаться черной краской.

Я закатил глаза, раздражаясь на себя и пацанов за тем столом. Умеют же испортить настроение, идиоты.

– Ты меня отвлекаешь, можешь помолчать? – спросила Романова сухо, будто обращалась к постороннему человеку, а не ко мне.

– Слушай, ну они болваны, что ты из-за них обижаешься на меня?

Девчонка подняла голову, прищурившись: взгляд ее полыхал огнем, таким и убить можно. А говорят еще, девушки – милейшие существа. Хотя задор в глазах Марго мне однозначно нравился, подначивал, даже искушал в какой-то мере.

– У меня к тебе безумно много вопросов, – чуть наклонившись, прошептал практически ей в губы. Она робко опустила ресницы, старательно избегая моего взгляда. Попыталась в очередной раз создать между нами дистанцию, да только куда здесь двинешься или убежишь? Позади стена, впереди я.

– У меня нет на них ответов, – сказала Рита, с ее губ слетел грустный вздох.

– Или ты не хочешь мне их давать, – прошептал, заправляя прядь волос за ушко девчонке.

Мне до чертиков хотелось снять с нее очки, приподнять подбородок и как следует рассмотреть все то, что упустил за эти годы. Например, ямочки на щеках или маленькую родинку на мочке уха. Сердце и без того ныло, а сейчас, когда мы находились столь близко, окончательно провалилось в пропасть. Я вернулся в детство, в наше бесконечное лето, когда для счастья достаточно было свободной качели на площадке или карамельного петушка на палочке.

Почему же ты тогда меня оттолкнула?

– У-у, – завыли за спиной знакомые голоса. Я громко цокнул, совершенно не радуясь появлению друзей. Неужели нельзя было погулять еще минут десять?

Рита увернулась от меня, нервно проводя ладонью по шее. Я же откинулся на спинку стула, смущать Романову интересней наедине, в иных случаях она покрывается непроницаемым панцирем.

– Мы вам помешали? – пропел Раевский, вальяжной походкой проходя на свое место.

– Мы можем погулять, – усмехнулся Юрка Конев, он учился не в нашем классе, но входил в число моих близких друзей. Не очень общительный, но довольно компанейский парень, а еще хороший защитник. Всех нас объединял баскетбол.

– Вы бы так на поле гуляли, – буркнул я, старательно переводя тему.

– А что не так на поле? – удивился Миша, попадаясь на крючок.

– А кто, поджав хвост, пропустил два очка в последнем периоде?

– Да, Михась, это было отстойно, – поддержал Юра.

Разговор плавно перешел в обсуждение игры, комбинаций, соперников. В кабинет начали возвращаться одноклассники: кто-то втиснулся в наш диалог, а кто-то с любопытством слушал истории великих «Воронов». Иногда я поглядывал боковым зрением на Риту, пока в один момент не заметил улыбку на ее губах.