Бог Боли (ЛП) - Кент Рина

Лэндон медленно кружит меня, не торопясь.

— Я думал, тебя больше не интересует боль, но, похоже, ты нашел постоянную отдушину. Как я и думал, Анника Волкова — причина твоего отсутствия во время нашего общения. Это интересно или как?

— Сотри все, о чем ты думаешь.

— О? Это гораздо хуже, чем я мог предположить. — Он постучал указательным пальцем по своим губам. — Послушай меня. Держись подальше от нее, ее брата и всей ее поганой свиты. Это только испортит тебе жизнь.

Если он думает, что все, что делают язычники, отпугнет меня, то он не имеет ни малейшего представления о том, на что я готов пойти, чтобы сохранить то, что принадлежит мне.

— Хочешь пойти в клуб? Разнообразить свои вкусы?

Я качаю головой. Мысль о том, чтобы прикоснуться к кому-то, кроме нее, вызывает у меня физическую боль.

Он пожимает плечами, направляется к двери, потом останавливается и говорит через плечо:

— Все еще не хочешь вступить в Элиту?

— Нет.

— В один прекрасный день ты передумаешь. О, и, возможно, тебе стоит проверить свой телефон.

Затем он вышел.

Я ложусь обратно на кровать и достаю свой телефон.

Обычно я делаю это только для того, чтобы узнать, не прислала ли мне Анника какое-нибудь сообщение. Она из тех, кто любит фотографировать всякие мелочи, с которыми сталкивается в повседневной жизни, и присылать их со словами «Разве это не мило?» или «Я бы хотела взять это с собой домой».

Обычно это кошки, собаки или любые другие маленькие существа.

Поэтому представьте мое удивление, когда я не обнаружил от нее ни одного сообщения за последние... два часа.

Это редкость.

Обычно она требует свидания или заманивает меня на разговор.

Но не сегодня.

Я прокручиваю групповой чат, в котором Реми настаивает, чтобы я оставался частью группы. Я отключаю их, когда они начинают заваливать мой телефон уведомлениями.

Ремингтон: Кто хочет на вечеринку?

Илай: Не устраивайте ее в доме, и вы можете делать все, что хотите.

Ремингтон: Но почему? У меня есть привилегии в доме.

Илай: Нет, если только ты не хочешь поставить под угрозу свои яйца.

Ремингтон: Черт возьми, приятель, не надо угрожать фамильным драгоценностям. У меня есть титул, который я должен сохранить.

Лэндон: Ты всегда можешь пойти в клуб.

Ремингтон: Сейчас вернусь. Позволь мне сходить за своим отпрыском.

Брэндон: Крейтон спит.

Ремингтон: Никогда не останавливало меня раньше.

Брэндон: Не буди его. Если тебе нужно, чтобы кто-то пошел с тобой, я пойду.

Ремингтон: О, у меня просто слезы на глазах. Я знал, что ты мой любимчик, Брэн.

Ремингтон: Не говори Крей-Крею.

Лэндон: @Крейтон Кинг

Ремингтон: Я убью тебя нахрен.

Какого черта Лэндон хотел, чтобы я увидел? То, что Реми — клоун? Или тот факт, что он решил потрахаться и успешно притащил Брэна в качестве помощника?

Вверху появляется уведомление.

Лэндон: Забыл, что ты отшельник.

Прилагается скриншот из Instagram Ремингтона.

Он опубликовал селфи, где Ава, Сесили и Анника стоят между ним и Брэном. И он обнимает Аннику за плечи, пока они ярко улыбаются.

«Мои любимые тусовщики. Хотите присоединиться к нам?»

Мои пальцы сжимаются вокруг телефона, и дикий огонь распространяется по моей груди, когда я продолжаю смотреть на нее. И рука Реми вокруг ее голых плеч, поскольку на ней платье без бретелек.

Так вот почему она не написала мне. Видимо, вечеринка способна стереть ее воспоминания.

Я пишу ей.

Крейтон: Где ты?

Ответа нет в течение... пяти минут. Которые я провожу, вышагивая по комнате.

Когда ее имя высвечивается на экране, я прислоняюсь к стене.

Анника: Эм, привет.

Анника: То есть приветики.

Анника: Привет :)

Анника: Так люди говорят, прежде чем задавать вопросы. Привет :)

Крейтон: Ты пьяна, Анника?

Анника: Нет, нет. Нет.

Крейтон: Ты уверена?

Анника: Ага. Хотя я выпила.

Крейтон: Только одну?

Анника: Может быть, две. Я люблю выпить. Я попрошу его принести мне еще одну.

Крейтон: Кто он?

Анника: Мой любимый собутыльник, конечно.

Крейтон: Имя.

Анника: Угадай сам :)

Крейтон: Реми или Брэн?

Анника: Может, и тот, и другой. А может, кто-то другой.

Я крепче сжимаю телефон, и мне требуется весь мой контроль, чтобы не швырнуть его об стену.

Крейтон: Где ты?

Анника: Нет, нет. Я не скажу тебе, чтобы ты пришел и испортил мне веселье. Ты все равно предпочитаешь спать. Спокойной ночи.

Я отправляю ей еще несколько сообщений, но она их даже не читает.

Маленькая блядь...

Я встаю, накидываю толстовку и пишу Лэндону.

Крейтон: Адрес.

Лэндон: Это было быстро. Можно я принесу попкорн и приду посмотреть?

Крейтон: Адрес.

Лэндон: Нам нужно поработать над твоими разговорными навыками, кузен. Вот, пожалуйста. Не убивай моего брата. Жизнь Реми, однако, полностью в твоем распоряжении.

У меня уходит пятнадцать минут, которых у меня нет, чтобы приехать в клуб. Я выхожу из машины и жесткими шагами направляюсь внутрь.

Громкая музыка, крики и этот гребаный шум похожи на то, как будто машина рыщет у меня в голове.

Я протискиваюсь сквозь извивающиеся, скрюченные тела, которые прыгают, раскачиваются, пьют и нюхают наркотики.

Через некоторое время, отпихивая людей с дороги, я оказываюсь на верхнем уровне клуба. Я хватаюсь за перила и бросаю взгляд на всех, кто прыгает внизу.

Разноцветные огни приглушают мое зрение, делая их похожими на пятна.

Среди этого хаоса мой взгляд привлекает девушка в светло-лиловом платье. Ее насыщенные каштановые волосы спадают на полуобнаженную спину.

Анника, Ава и Реми дружно прыгают под музыку и указывают на угол комнаты напротив них. Там сидят Брэндон и Сесилия, наблюдая за ними с улыбками и многозначительно покачивая головами.

Эмоции, пережитые ранее, усиливаются, и я практически бегом спускаюсь по лестнице туда, где они находятся.

Когда я прихожу, мне требуется все мое самообладание, чтобы не ударить Реми по его аристократическому носу и не начать драматическую сагу.

Но я все же врываюсь в их круг и отталкиваю его плечом.

Он шатается в сторону и едва избегает удара лицом о землю.

Ава замечает меня следующей, останавливает свои маниакальные прыжки и подталкивает Аннику.

Неистовая маленькая шалунья — единственная, кто продолжает раскачиваться и покачивать бедрами.

Я хватаю ее за руку и одним быстрым движением притягиваю к себе. Ее спина ударяется о мою грудь, и аромат фиалок наполняет мои ноздри.

Дрожь пробегает по ее телу и просачивается в мою систему. Не знаю, как мне удается не сжать пальцы на ее шее и не протянуть ей красное ожерелье.

Анника, должно быть, чувствует тьму, исходящую от меня. Ее зрачки расширяются, а ее трахательные губы раздвигаются в явном приглашении.

Она замирает в моих объятиях, и мне нравится, как ее внутренняя покорность знает, когда нужно притихнуть и не провоцировать меня дальше.

Возможно, это тоже инстинкт выживания, потому что она знает, что ничем хорошим это для нее не закончится.

Я мельком вижу, как Сесилия и Брэндон присоединяются к нам с напитками в руках.

— Отпрыск! — Реми кричит сквозь музыку. — Ты сделал это! Погоди, ты добровольно пришел сюда, без того, чтобы я выколачивал из тебя всю дурь? Кто ты такой и что ты сделал с моим любимым отродьем?

— О мой Бог! — Ава сцепила руки вместе, полностью игнорируя речь Реми. — Ты здесь из-за Анни! Это слишком сюрреалистично, чтобы охватить мой разум. Я не могу поверить, что предательница держала нас в неведении о ваших отношениях. Я так ранена.