Босс, я, кажется, рожаю! (СИ) - Маар Чарли

Закончив с переодеванием, я повернулась к нему. Он смотрел на меня диким голодным взглядом, словно видел впервые. В его руках была бархатная коробочка, в какую обычно кладут ожерелье, но меня не особо интересовало, что в ней. Куда больший интерес вызывало то, с каким выражением муж смотрит на меня. Руслану всегда удавалось заводить меня, даже ни разу не коснувшись. Тело мгновенно отзывалось на его страсть, пульсировавшую в воздухе между нами.

Муж попросил распустить волосы, сильно отросшие за два года и ставшие теперь его фетишем, что я и сделала.

- Ты – мое вдохновение, Булочка… 

Я давно перестала обижаться на это прозвище. В какой-то степени оно стало мне нравиться, потому что звучало в самые сокровенные моменты нашей с Русланом жизни.

Он вдруг сделал шаг в мою сторону, потом второй, третий, пока не навис надо мной и не запустил одну руку в копну распущенных волос. Руслан стал поглаживать кожу на голове подушечками пальцев, вызывая электрические разряды, прошивавшие меня до самых пят. Я закрыла глаза от удовольствия.

- Кое-чего не хватает в твоем облике… - прохрипел он.

- Чего же?

Муж отпустил мои волосы, и через мгновение я услышала щелчок.

- Сердца океана.

Ч…чего? Сердца океана? Он про голубой алмаз??

Резко распахнув глаза, я уставилась на ожерелье, лежавшее внутри открытого футляра на черной шелковой подушечке. Это был действительно голубой алмаз, вставленный в виде кулона в колье. Его синеву оттеняли крохотные белые бриллианты по контуру.

- Как… это возможно?

Руслан загадочно улыбнулся.

- Повернись. Хочу одеть на тебя.

Я послушно повернулась и приподняла волосы, чтобы ему было удобнее. Холодный металл коснулся кожи, превращая ее в гусиную.

- Вот. Теперь все так, как надо.

Рука мужа обвилась вокруг талии и, прижав меня к себе, он нежно провел носом по изгибу шеи, поцеловал плечико и немного прикусил. Эти действия сладким томлениям отозвались внизу живота, будто котенок пушистой лапкой погладил меня изнутри.

- Пожалуй, приступим к рисованию, пока я еще в состоянии сосредоточиться… Ложись на диван.

Подойдя к дивану на нетвердых ногах, я сбросила с себя кимоно, демонстрируя мужу свое пышное тело. Затем плавно опустилась и легла так, как это делала Роза - закинула одну руку за голову, а второй слегка касалась лица.

Руслан уселся напротив, взяв в руки планшет среднего размера со вставленным листом.

- Постарайся не двигаться. Помни, что я всего-навсего ученик, а не мастер.

Я хихикнула, вспомнив самые первые работы Айвазовского, больше похожие на каракули трехлетнего ребенка.

- И не смейся. Ты меня сбиваешь. Мышцы лица расслабь и смотри только на меня…

Он начал двигать кистью руки, выводя карандашом линии на листе. Мне было до жути интересно, что в итоге получится, но я продолжала смирно лежать, не сводя с мужа глаз. Голубой алмаз тяжело лежал на груди и холодил кожу. Мне хотелось дотронуться до него и убедиться, что это не мираж; хотелось ущипнуть себя, потому что я никак не могла поверить, что это все происходит со мной наяву.

Точно не знаю, сколько именно по времени я позировала Руслану. Может, полчаса, может, час. Тело немного затекло лежать в одной позе, и я сгорала от нетерпения, когда смогу встать и размять мышцы. Но Айвазовский, очевидно, планировал вовсе не это.

Внезапно замедлив движение руки и откинувшись назад, Руслан бросил на меня свой горящий взгляд и тихо произнес:

- Теперь согни ногу в колене и подними ее повыше.

Кажется, сеанс рисования с натуры подходит к концу…

Облизнув губы, я согнула ногу, как он просил, и приподняла ее к груди, открывая обзор на свою влажную розовую киску.

- Вот так?

- Да…

Руслан положил планшет на стол, выставив ножку сзади, чтобы освободить руку. Одной он все еще чиркал что-то на листе. А вот вторая поползла к брюкам.

Звук расстегивающейся молнии ударил по нервам. Я вздрогнула, но позы не изменила, с предвкушением наблюдая, как Руслан спускает брюки и боксеры, вызволяя наружу напряженную плоть, увитую вздувшимися венами.

- Поласкай себя, - приказал он твердым голосом.

Пальчиками я скользнула вниз, неспешно обвела пупок, погрузила в него один пальчик, затем вынырнула и направилась к заветному местечку. Наконец, коснулась чувствительно бугорка между складочек, и, закусив губу, прикрыла глаза.

- Нет! Открой. Хочу, чтобы ты на меня смотрела, - захрипел Руслан.

Я слушала его шумное дыхание и представляла, как он сейчас сжимает свой эрегированный член и водит по нему вверх-вниз, как кожа собирается, закрывая головку, а потом снова открывает, позволяя увидеть капельку, которую так и хочется слизнуть. Застонав, я ритмичнее стала водить пальчиками по клитору, размазывая влагу.

- Открой глаза, Мия, немедленно! – сказал муж уже более настойчиво, и мне ничего не оставалось делать, кроме как повиноваться. Картина, которая только что была лишь частью моего воображения, обернулась реальностью.

Я облизнула губы и еще громче застонала, потому что ласкать себя, когда на тебя смотрит любимый, и не просто смотрит, а делает то же самое со своим телом, невероятно сладко и обостряет ощущения. В какой-то момент пламя внутри меня сделалось нестерпимым. Я выгнулась, откинула голову назад, скользнув пальцами ниже и проникнув глубже, уже практически хныкала в неистовом желании привести себя к разрядке.

Неожиданно меня накрыло тепло. Кожа прикоснулась к коже, а носом я уткнулась в твердую как камень грудь. Аромат любимого мужчины заполнил легкие и окончательно затуманил мысли. Одна его рука легла на мой затылок, и он, рывком притянув меня к себе, властно запечатал губы поцелуем.

Я застонала ему в рот, задыхаясь от непередаваемого наслаждения, а перед глазами все завертелось с бешеной скоростью, словно я уселась на аттракцион, и смесь абсолютного восторга и радости взбудоражила мою кровь.

Вторая рука Руслана поползла вниз к моей киске и ласково убрала мою руку. Я с нетерпением ждала его прикосновений к своей разгоряченной плоти. И вот он скользнул в меня двумя пальцами, задев чувствительную точку у входа. Он проникал в меня осторожно, потом скользил наружу и возвращался обратно. Из-за этих неторопливых движений удовольствие становилось похожим на тянущуюся нугу. Ноги сводило, а бедра непроизвольно поддавались навстречу пальцам. Тело будто умоляло: « Еще, быстрее, не томи!».

Я скулила и хныкала, извиваясь в руках мужа, но Руслан продолжал мучить меня, не спеша ускорять темп, хотя бедром я прекрасно чувствовала его твердую как камень плоть, и знала, что он тоже изнемогает от желания оказать внутри меня и двигаться с той скоростью, которую любили мы оба.

- Руслаан… Пожааалуйста…

Вынув из меня пальцы, он поднес их ко рту и облизал.

- Сладкая…

Вцепилась в его плечи и стала судорожно покрывать поцелуями грудь любимого.

- Руслааан… перестань меня истязать…

Он усмехнулся, приподнимаясь и переворачивая меня.

- Думаешь, мне легко, Булочка?

Послушно встав на колени, я оперлась руками и грудью о спинку дивана. Бедра горели, а внутри нестерпимо ныло, подмывая взять все в свои руки, опрокинуть Руслана на спину и сесть сверху на его великолепный член. Но муж крепко зафиксировал мою задницу ладонями, не давая пошевелиться. Я почувствовала, как он опустился вниз, и теплое дыхание прошлось сначала по одной моей ягодице, затем по другой.

За дыханием последовало горячее шершавое прикосновение языка. Руслан лизал меня, не переставая гладить руками, мять и шлепать, подводя к пику наслаждения, которому никак не удавалось вырваться наружу.

Наконец, он не выдержал… Выпрямившись и дернув мои бедра на себя, он приставил толстую головку к входу и слегка надавил, проникая в жаркую влажную глубину, медленно растягивая меня, позволяя привыкнуть к своему размеру. Я оттопырила попу, протяжно застонав.

- Я люблю тебя…

Мой стон и эта фраза сорвали предохранители в голове Руслана. Зарычав, он вошел в меня полностью, вырвав крик удовольствия смешанного с болью. Его движения перестали быть плавными и осторожными. Он яростно вбивался в меня сзади, заполняя комнату хлюпающими звуками и шлепками повлажневшей кожи о кожу.