Мама для двойняшек босса - Николь Келлер

и идет на диалог. Считаю, это успех! Но выдыхать рано, потому что моя дочь – самый непредсказуемый ребенок в мире.

– Мама мне постоянно говорит это!

– Мама правильно говорит. Правду, – киваю с серьезным видом, щелкая Ежика по носу. Она хихикает, шмыгая носом, и меня самого тянет улыбаться.

– Ты так и не сказал, зачем маме еще один ребеночек?

– Понимаешь, Кнопка, не все взрослые дяди и тети могут иметь вот таких вот замечательных Ежиков. Но им хочется. Очень. И тогда они просят кого-нибудь им помочь. Ты же знаешь, что у тебя очень добрая мама?

Оля кивает с серьезным видом и поправляет меня:

– Самая добрая.

– Согласен. Ты права. Так вот, у нас с моей женой не получалось завести вот такую крошку, как ты. И твоя мама предложила нам помочь. Поэтому внутри нее сейчас живет другая ляля. Но все равно ты для мамы – самая любимая дочка. И так будет всегда, Кнопка.

Ежик отстраняется от меня, не разрывая моих объятий, задумчиво прикусывает пальчик и о чем-то напряженно думает. И чем дольше она думает, тем страшнее становится…

– У тебя уже есть жена? – у Кнопки такой грустный голос, что в который раз за последние минуты сжимается сердце. И, черт, кажется, сейчас я буду тем, кто разобьет ее мечты, которые она уже успела настроить в своей маленькой, но такой умной головке.

– Да, Ежик, есть.

– И ты с ней живешь?

– Да, конечно. Муж с женой всегда живут вместе.

– Не всегда, – бурчит, складывая ручки на груди, – мама с дядей Платоном больше не живет.

И слава Богу! Иначе бы я сам его с лестницы спустил!

– И что, получается, у меня будет братик или сестричка? – киваю головой, а Кнопка продолжает свой допрос. – И мама родит ребеночка и…отдаст его твоей жене?

Снова киваю, но уже не так уверенно, боясь услышать продолжение. Потому что, как я уже выяснил, с моей дочерью вообще никак нельзя предугадать развитие событий.

– И ты будешь жить со своей женой и со своим ребеночком? А как же мы с мамой? Я думала, раз ты нашел меня, то будешь жить с нами!

Отвожу взгляд в сторону, крепче прижимая дочь к себе. Почему-то мне становится стыдно и неудобно перед ребенком. Как будто…я предал ее. Рассеянно глажу по волосам Ежика, мысленно подбирая слова для ответа, который в любом случае ее не устроит, но хотя бы не ранит так сильно.

– Кнопка, понимаешь…Я уже давно живу со своей женой. И не могу просто так ее бросить. Даже ради такой замечательной девочки, как ты. Это будет, как минимум, нечестно и некрасиво. Но то, что мы с тобой и с твоей мамой не будем жить вместе не означает, что я тебя не люблю. И мы не будем видеться. Нет. Мы будем встречаться, общаться, гулять, ходить в кино. Ты будешь играть с братиком или сестричкой, если, конечно, сама захочешь. Просто иногда складывается все не так, как мы того хотим…

Сам произношу эту пламенную речь, и ловлю себя на неожиданной мысли, что…хотел бы семью в уютной и маленькой квартирке с Радой и Кнопкой: живыми, эмоциональными и такими домашними. А не с Алисой – незнакомой и …пустой. Фальшивой.

И Кнопка в очередной раз крепко задумывается. Рассматриваю ее, не таясь, и понимаю, что она в этот момент чертовски на меня похожа. Схожие черты, даже жесты. И такая гордость распирает изнутри, что вот такая маленькая, но не по годам умная, мудрая и рассудительная малышка – моя дочь.

– Обещаешь? – снова поднимает свое кукольное личико и смотрит с надеждой, уже без грусти и тоски во взгляде. Кажется, кто-то одержал сегодня победу в нелегких переговорах «отец – дочь». Могу гордиться.

– Даю слово, Ежик.

– Хорошо, – серьезно кивает. Но снова хмурится, как будто вспомнила что-то важное. – А мама сильно заболела? Она не умрет?

– Нет, конечно! – снова закипаю, вспоминая глупые разговоры медсестер, которые довели моего ребенка до истерики. Я этот момент еще обсужу с руководством клиники, так просто не оставлю! – Забудь об этом вообще! Никто не умрет! Я обещаю! Но для этого надо лечиться, а не капризничать! Для начала пройти процедуры. Тебя доктор с самого утра ждет. Пошли? – протягиваю ладонь, с волнением ожидая ответа и реакции моей вредной дочери.

– Пошли, дядя Лука, – Ежик вкладывает свою маленькую ладошку и спрыгивает с койки, даже не представляя, какой болезненный удар нанесла моей душе, отправив ее в нокаут.

Дядя Лука.

Вместо папа.

Черт, моя дочь настолько требовательна и строга, что гордое звание «папа» мне еще только предстоит заслужить…

Глава 35

Рада

Просыпаюсь и не сразу понимаю, где я нахожусь. Незнакомый потолок, стены…Мне снилось, что Лука нес меня куда-то на руках, шептал какие-то нежные слова, обещал, что не оставит и будет рядом…

Пытаюсь встать, но руку обжигает болью от иглы капельницы, и я понимаю, что все произошедшее не сон. Вспоминаю адскую боль, от которой теряла сознание, вспоминаю кровь, много крови…

Приподнимаюсь на локтях, пытаясь встать, но очень вовремя входит медсестра.

– Проснулись?

– Да,– голос охрип ото сна и волнения. Пытаюсь принять хотя бы сидячее положение, – позовите врача, мне нужно с ним поговорить…

– Не вставайте, вы что! – медсестра заботливо меня укладывает обратно, подправляя подушки. – Тем более, у вас капельница еще не закончилась. Ваш врач еще на операции, освободится не раньше, чем через час. Что случилось? Вас что-то беспокоит? Снова вернулись боли? Кровотечение?

Прислушиваюсь к своим ощущениям, и понимаю, что чувствую себя вполне сносно. Болей нет, крови, по ощущениям тоже. Только волнение за малышей.

– Нет, я чувствую себя нормально. Просто волнуюсь и хотела уточнить у врача состояние малышей. Ну…

– Все в порядке, – успокаивает меня медсестра, похлопывая по руке. – Беременность удалось сохранить, но угроза все еще остается. Поэтому вам надо лежать и капаться. Возможно, до самого утра.

Боже, да я готова всю беременность так пролежать, лишь бы с малышами все было в порядке!!

– Спасибо, что успокоили! Я буду лежать, обещаю!

– Вот и славно. Если я понадоблюсь вам, нажмите на кнопку, – женщина берет мою ладонь и кладет ее на боковую панель кровати, дав нащупать кнопку вызова персонала, – и я сразу же прибегу. Сейчас вам что-нибудь нужно?

– Да, вы не могли бы подать мне мой телефон? Мне нужно позвонить.

Медсестра передает мне телефон, проверяет еще раз капельницу и оставляет меня одну. Подрагивающими руками, волнуясь, я набираю Луку. Он отвечает мне буквально на