Подари мне свет - Кристина Лин

во время интернатуры. При этом старшая не упускает случая вставить реплику о том, какие мы тупые и ничего не знаем. А поэтому, главный закон — не знаешь, не лезь! Самодеятельности она не потерпит. И только через месяц она решит, кому из нас можно доверить хоть что-то.

Наша стройная шеренга интернов безропотно терпит ее властный тон. Каждый понимает, что успех следующих месяцев напрямую зависит от ее мнения о наших скромных персонах. И я — не исключение. Годы института позади, впереди — практика. И мне, как и каждому из нас, хочется не облажаться в самом начале карьеры.

Хорошо еще, что я равнодушна ко всяким современным примочкам красоты, и мне не придется снимать накладные ногти и отказываться от каблуков, поскольку я их не ношу. Да и накладные ресницы мне носить никогда не приходилось. Старшая медсестра долго распалялась о том, что ногти должны быть аккуратно острижены, а волосы убраны. И все это, глядя на Василису, которая всем своим видом демонстрирует противоположную сторону этого мнения.

— В общем, осваивайтесь, — подытожила старшая медсестра, улыбаясь нам так, что сразу понимаешь — она нам искренне сочувствует, салагам.

Я облегченно выдыхаю, позволяя себе расслабиться. А зря. Она подходит ко мне и говорит прямо в лицо:

— А вам нужно подойти к главврачу. И поторапливайтесь, он ждать не любит.

Киваю и выхожу из ординаторской. Кабинет главного врача нахожу очень быстро, ведь я не впервые в этой больнице.

— Можно? — стучусь в двери.

— Да-да, — отвечает мужчина.

Я захожу в кабинет, подхожу к главврачу.

— Вы меня вызывали? — спрашиваю.

— Ага, — говорит Игорь, быстрым движением сгребая меня за талию и усаживая к себе на колени.

— Что ты делаешь? — возмущаюсь, а самой смешно. — Сюда же могут войти!

Мужчина прижимает меня к себе и целует пульсирующую венку на шее.

— Как прошло собрание? — спрашивает он, обжигая дыханием нежную кожу.

— Хорошо, — отвечаю, отгоняя прочь образ старшей медсестры, так некстати возникший перед мысленным взором.

— Не волнуйся, тебя никто не посмеет обидеть, — шепчет мужчина мне в ухо, разгоняя табун мурашек по коже.

Да, я и не волнуюсь. Конечно, жену главного врача больницы никто не станет обижать, дабы не портить отношения с начальством. К слову, я хотела проходить практику в другой больнице, но Игорь был непреклонен. Сказал, что только здесь я могу получить нужный мне опыт. Ага, я так и поняла. Просто тут я буду под его защитой, и моя практика пройдет гладко и легко.

Игорь нежно обнимает мою талию, а потом тянется к краю халата, подтягивая его повыше, чтобы иметь доступ к бедру.

— Совсем с ума сошел, — одергиваю край халата и встаю с его колен. — А, если кто-то войдет?

Он рычит что-то гневное. Это выглядит довольно смешно, у меня невольно рот расползается в улыбке.

— Дожил! — возмущается он. — Уже жену обнять нельзя.

— Ты же только вчера мне читал лекцию о том, что больница — это не место для разврата.

Я посмеиваюсь, глядя на него. Еще вчера я поняла, что его долгая тирада на эту тему касалась только его ревности, и больше ничего. Конечно, он не имел в виду себя лично.

— Ну, говорил, — бухтит он себе под нос. Смешной такой.

— Вот и соблюдай приличия, — заключаю я.

Он тоже встает с кресла, подходит ко мне.

— Как ты себя чувствуешь? — спрашивает с беспокойством в голосе.

— Хорошо, — отвечаю.

Беременность протекает легко, токсикоза нет. У меня и в прошлый раз все прошло легко и просто. Только Игорь все сомневается и по каждой мелочи бьет тревогу. А ведь срок еще совсем маленький, в халате даже не видно ничего.

— Как там моя девочка? — спрашивает мужчина, прикладывая руку к животу.

— А если там мальчик? — еще рано, и пол на узи определить не удалось.

— Глупости! Конечно, там девочка! Я чувствую, — говорит он, поглаживая живот.

— Ты и в прошлый раз так говорил, — напоминаю ему.

Да-да, точно то же самое. Слово в слово. А получился Никита.

— В этот раз точно девочка будет, не спорь.

Он опускается на колени и целует живот.

— Объясни своей мамке, — говорит животу, вызывая у меня приступ смеха, — что папка всегда прав.

— Что ты делаешь? Ребенок еще совсем маленький, — говорю, с трудом подавляя смех.

— Много ты понимаешь, — заявляет будущий отец, конечно, она меня слышит. Правда, малышка?

Похоже, он окончательно сошел с ума. Можно подумать, живот ему может ответить.

— Игорь, не смеши меня, — говорю мужчине, вытирая слезы от смеха.

Он поднимает взгляд к моему лицу, улыбается по-мальчишески счастливо. Встает с колен и снова меня обнимает.

— Я для чего тебя позвал, — говорит он, с трудом отрывая меня от себя и заглядывая в глаза. — Ты только не волнуйся. Я отыскал твоих родителей и рассказал им о тебе, и о нас.

Я замираю, ожидая самого страшного. Все еще помню, как они выгнали меня из дома в тот момент, когда я отчаянно в них нуждалась.

— Только не сердись, — добавляет он. — Так вот, они хотят встретиться с тобой. Подумай. Если не захочешь, я не стану настаивать.

Мысли начинают лихорадочно метаться от одного решения к другому. С одной стороны, я уже привыкла обходиться без них. С другой — они ведь бабушка и дедушка моих детей.

— Я подумаю, — отвечаю, понимая, что быстро я решение не приму.

Мне нужно время. Быть может, день. А может, и год. Теперь, когда время не подхлестывает меня, напоминая о том, что час платежей за квартиру приближается, а от зарплаты почти ничего не осталось, я могу позволить себе думать столько, сколько мне нужно.

— Хорошо, малыш. — Говорит Игорь, снова прижимая меня к себе. — Как скажешь, так и будет.