Проблема по соседству (ЛП) - Пенелопа Уорд

class="p">— Вы надолго приехали, Джастин?

— На столько, на сколько понадобится.

— Амелия говорила, что ваша девушка играет Бродвее.

— Все верно.

— Крутяк.

— Крутяк? Что это еще за словечки?

— Роджер, не обращай на него внимания. Большое тебе спасибо за крабов.

— Крабы… какой интересный выбор, — насмешливо вставил Джастин.

— Ну, я пойду. Приятного ужина.

— Поговорим позже, — улыбнулась я.

— Всего хорошего, Амелия. Приятно было познакомиться, Джастин.

Джастин отсалютовал ему:

— Пока-пока!

Когда Джастин захлопнул за спиной Роджера дверь, я повернулась к нему.

— Ты вел себя как полный придурок.

— Да ладно. Я просто шутил.

— Тебе смешно, но здесь он мой единственный друг, а ты отпугиваешь его. Когда ты вернешься в Нью-Йорк, мне будет нужен хоть кто-то, с кем можно просто поговорить. Здесь довольно-таки одиноко.

— Тебе не нужен этот болван. Зачем он тебе сдался? Ты все равно живешь в Провиденсе.

Я закусила губу.

— Вообще… я собиралась кое о чем поговорить с тобой.

— О чем?

— Я собираюсь… на год взять отпуск. Меня выселили из квартиры, потому что владелец продал здание. Мне больше негде жить в городе, и не думаю, что в конце лета буду готова отдать Би в детский сад. Я хотела спросить, не будешь ли ты против, если я останусь здесь и на зиму.

— Конечно, не буду. Этот дом твой. Можно было даже не спрашивать.

— Хорошо. Теперь, когда я это проговорила, мне стало легче. Спасибо.

— Ужин готов. Положи ее, чтобы ты могла поесть.

Джастин налил нам обоим вина.

— О… Джастин, мне нельзя алкоголь.

— Черт. Я не подумал.

— Ну, говорят, бокал вина выпить можно, но я все равно сомневаюсь.

— Все нормально. Вино не пропадет.

Джастин приготовил рисовую запеканку. Мы съели половину, когда Би захныкала в своем кресле. Я начала подниматься, чтобы взять ее, но Джастин остановил меня.

— Доедай. Я подержу ее.

Он взял ее на руки и принес к столу. Стоило ему обнять ее, она немедленно успокоилась и подняла личико, чтобы смотреть на него. И на сей раз протянула ручку к его небритому подбородку.

— Эй, намекаешь, что мне надо побриться?

Когда я смотрела, как он общается с ней, у меня всегда бежали мурашки.

Амелия, не заходи туда.

Би начала лопотать. Словно пытаясь поговорить с ним.

Джастин притворился, что понимает ее.

— О, правда?

Когда она пустила газы, он даже не дрогнул. Только сказал:

— Ну извините!

Все это было ужасно смешно.

Поев, я взяла Би на руки и пошла на диван кормить ее, а Джастин прибирался на кухне. Подкрепившись, дочка уснула.

Когда Джастин вышел в гостиную, я вспомнила, что он собирался уходить.

— Разве ты не должен был встретиться с Томом?

— Не. Перенес на следующий раз. Завтра вечером я играю. После этого мы, наверное, и сходим выпить.

У него завибрировал телефон, и он ответил:

— Да?

Я не была до конца уверена, с кем он разговаривает, пока он не повернулся ко мне и не сказал:

— Джейд передает привет.

— Ей тоже передавай.

Я улыбнулась, хотя внутри начала ощущать старую знакомую ревность. Может, и хорошо, что она позвонила. Это помогло мне вернуться в реальность.

Затем он ушел в другую комнату, чтобы договорить с ней.

А вернувшись, сказал:

— На выходных я должен уехать в Нью-Йорк.

У меня оборвалось сердце.

— О. Только на одни выходные?

— Может, немного дольше.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Был вечер пятницы, и Джастин уже ушел в «Сэндис». Завтра утром он возвращался в Нью-Йорк. Изначально я сказала ему, что не приду на концерт, но потом задумалась, не изменить ли решение. Кто знает, когда он вернется и вернется ли вообще? В конце концов, он приехал, чтобы побыть в одиночестве, но застал здесь нас с Би, а мы превратили его жизнь в хаос. На его месте я бы не стала возвращаться сюда.

Внезапно я повернулась к Би.

— Хочешь пойти посмотреть, как дядя Джастин поет? Только пообещай быть паинькой.

Я положила дочку в кроватку и быстро разделась, боясь, что если не потороплюсь, то струшу и останусь дома. Я надела красное платье, которое не носила с тех пор, как обнаружила, что беременна, и вставила в лифчик подкладки, чтобы избежать мокрых пятен. Потом завила волосы в мягкие кудри и нанесла макияж. Через несколько минут мы с Би были готовы и сидели в машине.

Меня немного трясло. Я не была в «Сэндис» с прошлого лета. Еще я необъяснимо нервничала из-за того, что Джастин увидит меня среди публики, когда я сказала ему, что не приду.

Он исполнял песню, которую я не знала. Толпа, как всегда, не отрывала от него глаз, а женщины пробирались поближе к сцене, чтобы лучше видеть его красивое лицо. Когда Джастин пел, я всегда становилась ужасно эмоциональной. К счастью, Би сидела в переноске спокойно и позволяла мне наслаждаться каждой секундой пребывания там.

Я пробралась к бару из красного дерева, чтобы поздороваться с барменом Риком, который угостил меня содовой. Расслабившись на табурете, я закрыла глаза и стала наслаждаться голосом Джастина, который запел «Wild horses» Rolling Stones. Эта волшебная песня была словно создана для его голоса. Почувствовав, как глаза защипало от слез, я отругала себя. Почему, слушая, как он поет, я всегда становилась настолько сентиментальной? Мне вечно казалось, будто каждое слово имело потайной смысл и описывало наши с ним отношения.

На середине песни Би, конечно же, начала плакать. Тихая музыка не могла заглушить детский плач, и люди начали оборачиваться на нас и шептаться — видимо, спрашивая, зачем я вообще принесла в такое место ребенка.

У меня вспыхнули щеки. Джастин продолжал безупречно петь, но его взгляд переместился в мою сторону. Наши глаза встретились. Я была в ужасе из-за того, что мы мешали ему исполнять эту чудесную песню. Когда она кончилась, я начала пробираться к комнате для персонала. Но меня остановил его голос.

— Ребенок, плач которого вы все слышали, — для меня особенный. Ее зовут Би. Ее мама Амелия — тоже особенный человек. Она мой давний друг. Вы