Подаренная ему. На грани - Маша Драч

Невеста… Невеста Амирхана.

Глава 20

Я в два глотка осушила свой бокал с шампанским в наивной надежде затушить болезненно горящую грудную клетку. Не помогло. Никакой неловкой паузы не возникло. Были лишь удивленные взгляды, что приковывались то ко мне, то к прибывшей невесте. Многих, очевидно, интересовало, как именно я отреагирую.

Мой взгляд схлестнулся со взглядом Амирхана. Он выглядел рассерженным и напоминал грозовую тучу. Хасан явно никого не предупредил о своем стратегическом «наступлении». В эту секунду мне хотелось сделать лишь одно — ударить и Амирхана, и Хасана по голове пустым бокалом. Но в первую очередь мне бы хотелось разобраться именно с Амирханом.

Какие слова он мне говорил! Как кружил надо мной! Все эти взгляды и улыбки! Это была игра. И я знала! Я знала, что это дурацкая конечная игра. Но… На какую-то долю секунды, которая, как миллионы других, ничего не должна была значить, я поверила. Черт! Я поверила, как последняя дура. И за это я еще больше ненавидела и себя, и Амирхана. И именно из-за этой проклятой лжи мне захотелось разодрать ему лицо.

Но я, сжав зубы, приказала себе быть спокойной. Я не могла позволить Хасану почувствовать вкус победы и насладиться моим унижением. Не дождётся. Но свою карту он разыграл великолепно. Простое и точное попадание ножом прямо в спину. Да, мне стало больно. Я презирала себя за эту боль, но ничего не могла с ней поделать. Она расползалась по грудной клетке, забивала альвеолы лёгких и разрывала вены. Я не ожидала от себя подобного. Но еще больше не ожидала, что сумею остаться спокойной.

— Иди в дом, — процедил сквозь зубы Амирхан, подойдя ко мне.

Я так крепко стискивала пустой бокал в руке, что в кончиках пальцев даже закололо. В горле возник никому не нужный идиотский комок. Да, осталось только разреветься у всех на глазах. Вот это будет пища для сплетен! Плевать я хотела на сплетни! Просто… Я дура, вот и всё. А Амирхан… Разбалованный и жестокий подонок.

— Прошу тебя, — нетерпеливо добавил он и больно сжал мое предплечье. Взгляд полыхал. Глаза казались черными. Амирхан злился. Но не на меня. Чувствую, что его внутреннее солнце попало в продолжительное «затмение».

— Всё сделаю, как захочет хозяин положения, — я оставила бокал на столике и даже выдавила из себя улыбку. Ироничную и отдавшуюся где-то по центру груди уколом непередаваемой боли.

— Вика, пожалуйста…

— Ухожу, мой господин, — я не сумела отказать себе в сарказме. Это единственное, что осталось у меня.

Мне было плевать, кто там пялился мне в спину. Я просто хотела оказаться не здесь, а дома. Вот именно в эту самую секунду. И забыть обо всём, что со мной случилось в этой чертовой стране.

Быстро поднявшись к себе, я сорвала со своей руки браслет, сняла колье и швырнула всё это в гардеробную, громко хлопнув дверью.

Надо же… Невеста. Молодая, красивая, а главное — своя. И Хасан вряд ли захочет ее втаптывать в грязь. Он превосходно сдержал свое слово. Это я оказалась слишком самоуверенная и убеждённая, что меня некуда бить. Оказалось, что есть куда.

Это была ревность.

Самое гадкое, унизительное и абсолютно неконтролируемое чувство. Я не хотела ревновать. Мне ведь было всё равно. Да и собственницей я никогда себя не считала. Пусть Амирхан делает со своей невестой что хочет. Мне всё равно. Я уйду. Не буду ничего ждать. Нужно действовать.

Я ходила по комнате из одного угла в другой. Во мне всё клокотало от злости. Нужно было просто сесть и успокоиться, но я не могла и не хотела. Мне просто было болезненно интересно, почему Амирхан так любит ломать женщин? Это какая-то извращенная попытка самоутвердиться?

Определенный промежуток времени я провела наедине с собой и своими мыслями, что мелкими острыми осколками впивались в мозг. Я не знала, чего стоит ожидать, но совершенно точно определилась, что нужно решать, каким образом можно вернуться домой.

За дверью послышались быстрые уверенные шаги. К этому моменту в доме и на примыкающих к нему территориях, воцарилась тишина. Праздник подошел к концу. Меня эгоистично грызла обида за то, что Амирхан предпочел остаться на вечере, а не прийти и объясниться со мной.

Я тут же мысленно отругала себя. Он тебе ничего не должен, соответственно, и ты ничего не должна ему. Ну а даже если бы и пришел, что с того? Всё равно ничего не изменилось бы.

Звук шагов приближался. Я, подхваченная диким пламенем своих эмоций, подхватила тяжелую стеклянную вазу, что стояла на низеньком столике у окна. Никаких здравых мыслей. Я малодушно поддалась едкой отравляющей обиде.

Дверь открылась и как только показалось лицо Амирхана, я долго не раздумывая, бросила в него вазу. Она с оглушительным треском разбилась на сотню осколков, но Амирхана не задела. Я промахнулась.

— Пошел вон, — прошипела я тихим сдавленным голосом.

— Нам нужно поговорить, — тривиальность этой фразы вызвала острый приступ тошноты.

— Никаких объяснений, — я выставила руки вперед, будто защищаясь. — Мы друг другу никто. Не надо передо мной оправдываться, будто я твоя жена, а ты муж-идиот, который приволок домой любовницу. Любовница здесь я. Так что… Так что объясняйся перед своей невестой, — я рвано выдохнула и убрала с лица прядь волос.

— Дай мне сказать, — Амирхан шагнул в комнату и закрыл за собой дверь.

— Нет! Я не хочу тебя слушать. Просто отпусти меня и всё, — я вперила в Амирхана рассерженный взгляд.

— Что? Нет! — он быстро подошел ко мне и схватил за плечи. — Я тебя никуда не отпущу. Нет-нет.

Мне на секунду показалось, что в голосе Амирхана дрогнула паника.

— Я — не вещь, ты это когда-нибудь поймешь? — я вырвалась из его рук. — И не игрушка, — к горлу подкатил ком. — Я тебя ненавижу, Амирхан. Просто ненавижу. Почему ты такая двуличная сволочь?

— Никакой свадьбы не будет. Об этом браке еще мой отец договаривался, когда я ребенком был. Но я уже давно взрослый человек и жениться по указке не собираюсь. Просто этот вопрос не был еще до конца решен. Я понятия не имел, что Хасан выкинет нечто подобное, — Амирхан вплотную подошел ко мне.

Я слышала, как часто и тяжело он дышит. Зелень в глазах поглотил тёмно-коричневый пигмент. Брови неподвижно были сведены на переносице.

— Это не имеет значения: должен ты жениться или нет, — четко проговаривая каждое слово, прошептала я.

— А что тогда имеет?

— Только