Случайные дети для мажора (СИ) - Старлайт Риша

Дружной компанией мы прибываем аккурат к началу мероприятия. Денек сегодня хороший, теплый. Несмотря на то, что основное торжество произойдет в доме, фасад здания, деревья в саду, столы, стулья, качели, плетенные кресла и прочие садовые объекты уютно украшены гирляндами, китайскими фонариками и прочей праздничной атрибутикой.

Дети восторженно смотрят на украшения, пооткрывав от удивления рты.

— Нравится, пацаны? — берет Рустам за руки сыновей.

Он наряжен в дорогой костюм, бабочку, дети полностью копируют его стиль в одежде, а нашу «семью» дополняю я, в элегантном бежевом платье с широкой отрезной юбкой. У меня идеальная прическа, макияж, туфли на высоченной шпильке, дорогой клатч, украшения, стоимостью в небольшой самолет.

Света, одетая в крохотное платье с пайетками гордо выхаживает на километровых каблах чуть поодаль. Но за это я не переживаю. Если она все же благополучно доберется до дома, не переломав по дороге ноги, то каблы свои ишаченные она снимет, и будет бегать за детками в колготках.

Гости тоже потихоньку прибывают. У ворот скапливаются дорогущие автомобили. Тут и там слышен женский смех и мужская серьезная беседа.

Входим в дом.

— Не разувайся, — шепчет мне Рустам, забирая у меня норковую шубку, так же приобретенную исключительно для статусности.

Снимает пальто. Разоблачает детей от верхней одежды. Нянька пытается помочь ему, но угрожающе шатается на каблучищах, точно осина на ветру.

— А вот ты разувайся! — раздраженно рявкает мажор. — Совсем с ума сошла так обуваться! Ты же нянька! А если на детей свалишься?

Рустам такой злой, что я бы на месте Светки испугалась бы его агрессии. Но та лишь растерянно хлопает глазами.

— У меня не было другой обуви…

— Так, вон тапки! Хватай, переобувайся! И займись детьми! Не дай бог ты не доглядишь и с ними что-то случится! — сверкает он черными глазищами, — Я тебя урою! Клянусь!

Видно, что Рустам нервничает. Отсюда и его агрессия, и злоба на обслуживающий персонал, но нянька, вправду офигевшая. Ее давно пора на место ставить.

Проходим в гостиную. Мальчики с опаской оглядывают незнакомых взрослых. Те, в свою очередь, разбившись на группы, стоят с бокалами в руках около длинного шведского стола.

— Рустам! Вика! Детки! — приветливо подпархивает к нам Светлана Семеновна, — вы как раз вовремя! — лучиться она доброжелательной улыбкой. — Привет, мои любимые внучата! — наклоняется к ним вновь приобретенная бабушка.

Женщина целует их, от чего Миша и Гриша смешно морщат носики. Обнимает.

— Ты! — обращается она к тезке. — Забирай детей пока на верх. Там для них приготовлен стол, и развлекательная программа с аниматорами. Следи за детьми в оба, поняла?

— Да! Конечно, — подобострастно кивает Светка, — просто я думала, что надо тут быть, среди гостей…

Ага, и попытаться цепануть себе какого-нибудь молодого или не очень миллионера, — вдруг проносится у меня в голове.

— Вас позовут, когда будет нужно, — распрямляется моя будующая свекровь.

Мы все провожаем взглядом удаляющихся няню и деток.

— Виктория, ты просто великолепна в этом платье! — вполне искренне делает мне комплимент Светлана Семеновна. — Все же хорошо, что ты примерила все наряды, и послушала меня.

— Все это прекрасно… — негромко бормочу я, — только вот зачем вам понадобились мои фото в нижнем белье?!

— Что?! — вполне искренне переспрашивает женщина.

— Вы попросили Рустама…

На Громова-младшего резко нападает приступ коклюша.

— Пойду, кха-кха, чего-нибудь выпью, — быстро отходит от нас мой жених.

— Какие глупости! — раздраженно бросает женщина, — ничего подобного я не просила. Рустам небось, чего перепутал…

Вот ведь какашка! — доходит до меня наконец. — Ну и жопа хитрая! Развел меня как дурочку на фотки в белье, ну я ему сейчас устрою!

С пылающими от гнева щеками решительно направляюсь в сторону наглого мажора.

Нас с Рустамом разделяет всего несколько шагов. Я уже заношу руку для хорошенькой такой оплеухи, но, движение на периферии зрения заставляет меня остановиться, а потом и вовсе встать, как вкопанной.

Препод! Из универа, куда я уже две недели носа не кажу! Даниэль Александрович Волков, собственной персоной!

А разодет как! Не хуже Рустама. Во фраке, в бабочке, весь напомаженный, гладковыбритый, прическа — волосок к волоску! Нет, препод и в универе всегда аккуратным был, даже эдаким франтом, но сегодня, он переплюнул сам себя.

С ним под руку, и под его стать, вышагивает роскошная брюнетка. Молодая, а элегантность зашкаливает! Дорогое, совсем не пошлое платье, каблуки, стильный макияж, улыбка на все тридцать два зуба! Волосы длинные, густые, уложены голливудской волной. Просто не девушка, а настоящая дива!

Рустам лишь мельком глядит в их сторону, и сразу переводит взгляд на меня.

— А… Волков? — тут же забываю я и о фотографиях, и об оплеухах. — Что он тут делает?

— Даник? Приперся со всеми. — отмахивается Рустам, будто от назойливой мухи.

— Даник? — удивляюсь я, — Как-то ты слишком по-свойски называешь нашего препода.

— Он мой брат! — сообщает мне обыденным тоном Рустам.

— Э-э-э…

— Двоюродный. — тут же поправляется Громов. — по материнской линии.

— Но… вы никак не показывали свое родство в универе.

— А зачем? — вполне искренне интересуется мажор, — да мы не так уж близки, так, приятельствуем.

— А что за девушка с ним?

— Какая девушка?

Или Рустам прикалывается, или слепой. Ведь не заметить звезду вечера невозможно.

— Ну вон, с Волковым! Под ручку.

— А, это Ленка. Эллен, вернее — пропевает он имя незнакомки. — Короче, она его сводная сестра по отцу. Там, хрен разберешь их хитросплетения, но в общем, мы с ней не кровные родственники.

— Ты так пренебрежительно о ней отзываешься, — удивляюсь я.

— Давай не будем о ней, — решительно берет меня за руку Рустам.

Я пытаюсь вырваться, но он держит меня хоть и мягко, но настойчиво:

— Не дергайся. Даник сюда прется со своей сеструхой. Думаешь, я не замечаю, как он на парах раздевает тебя и взглядом того самого?

— Ты что, ревнуешь? — усмехаюсь я, переводя взгляд на Громова.

— Да! — просто отвечает он. — Нечего всяким на мою невесту пялится!

Ух! Почему-то от его слов захватывает дух, а еще щипает уши, и щеки. Волков и его сестра, заметив нас немедленно направляются в нашу сторону.

— Вика, как я рад тебя видеть! — Волков смотрит на меня, как заблудившийся путник на ручеек в пустыне, с вожделением, то есть. — Давно не посещаешь занятий.

— Думаю, весь универ в курсе, почему я не посещаю. — мрачно отвечаю я, почему-то здороваться с Волковым у меня нет никакого желания.

— Дамы и господа! Сегодня мы с вами собрались по наиважнейшему поводу для нашей семьи! — мама Рустама слегка стучит вилкой по бокалу шампанского, привлекая всеобщее внимание высокопоставленных гостей.

Все постепенно замирают, разговоры стихают, а вот мое сердце начинает колотиться как бешенное. Сейчас все взоры гостей обращены на меня. Смотрят, изучают, оценивают. Еще одно испытание.

Но рука Рустама крепко сжимает мою руку, и это придает мне уверенности. Хорошо, что он поддерживает меня в этой ситуации.

Рустам

— Как вы все знаете, по условиям завещания Ильи Викторовича, наш сын Рустам обязан жениться и родить ребенка уже меньше чем через полгода. — толкает речь мама.

Я сжимаю холодную ладошку Кудряшкиной и победоносно гляжу на всех родственничков с презрением. Выкусите, мол! Ишь чего решили, на кусок моего пирога позарились. Фиг вам, а не наследство. Громовы не сдаются!

— Так вот, спешим поделиться с вами огромной радостью!

Волков, сволочь глаз не сводит с Кудряшкиной. Так и вьется около нее, чем злит меня неимоверно. Она тоже на него поглядывает и в этот момент я вскипаю от ревности. Привязался к ней за то время, что мы живем под одной крышей и воспитываем наших сыновей.