Спаси меня, если сможешь (СИ) - Християнчук Ольга

— Бывает, еще помиритесь, — стараюсь разрядить девушку. Представления не имею, какой совет ей дать.

— Ты не понимаешь, — активно качает головой. — Он хочет, чтобы я осталась с ним. А я не Давид. Я не могу пойти против воли отца. Что мне делать?

До меня начинает доходить суть ее слов. Скорее всего, ее парень такой же, как я. Обычный и без денег.

Затаиваю дыхание от волнения. Алиса пошла по стопам брата. Что это будет? Представить боюсь реакцию свекра. Он с выбором Давида смирился сквозь зубы. А здесь любимая дочь творит то же самое.

Если ее чувства крепкие и серьезные, думаю, можно попробовать ей помочь. Хотя я не уверена, выдержит ли она жесткий напор отца, шаг за шагом теряющего контроль над собственными детьми.

Чувствую, что будет буря, и я опять окажусь в центре событий.

— Хочешь совета? Рассказывай все по порядку, — строго говорю ей.

Глава 42

— Мы с ним встретились на вашей свадьбе, — начинает рассказывать Алиса, вытирая высохшие слезы. Она немного успокоилась и уже не всхлипывает. — В тот вечер он работал барменом. И я сидела возле него, пила разные коктейли, говорила все, что придет в голову. А он молча слушал, кивал, и наливал все, что я попрошу. Мне понравилась его компания. Он не навязывался, не сыпал комплиментами, не пытался угодить, как это делают все мои потенциальные кавалеры. Мне было с ним просто. Поэтому на следующий день я снова захотела с ним пообщаться. Так мы и познакомились.

Она умолкает и тяжело вздыхает.

— Я не призналась ему, кто есть на самом деле, — шепчет, словно боится, что кто-то лишний услышит. — Сказала, что работаю учительницей, как ты. Это первое, что мне пришло в голову. Я боялась, что он иначе будет относиться, когда узнает, из какой я действительно семьи.

— Вы начали встречаться? — уточняю.

— Не сразу, — мотает головой Алиса. — Сначала общались. Он приехал ко мне. Мы встретились в центре города. Гуляли, разговаривали, но мне хотелось большего. Я ему намекнула, он наверняка того и ждал.

Девушка не меняется, получает все, что желает. Подозреваю, что к этому бармену она сильно привязалась и сама этого не ожидала.

— Но ведь уже прошло три года, — стараюсь сложить все в кучу. — И все это время ты ему лгала? И он ничего не подозревал?

— Разумеется, он спрашивал, почему я не знакомлю его со своими родственниками, — произносит Алиса таким тоном, словно до меня туго доходит. — Я врала, как могла. Но со временем пришлось признаться. Он возмущался, даже обиделся на меня, но мы помирились. И сейчас все знает.

— Как его зовут? — До меня доходит, что я даже не спросила имени ее парня. То, что он из бедной семьи интересовало больше.

— Саша, — ностальгически произносит девушка и тяжело вздыхает. — Я сильно его люблю.

— О, как твоего отца, — выжигаю не подумав.

Алиса стреляет в меня недовольный взгляд. Наверняка сравнивать со свекром ее парня нельзя.

— Он не такой как папа, — резко говорит, шмыгает носом. — Он добрый и нежный. И внимательный. И хочет, чтобы мы были вместе.

— Так в чем проблема? — пока, что я не услышала ничего трагического, из-за чего можно было бы волноваться.

— А в том, что он хочет, чтобы я жила здесь с ним. Даже о свадьбе заговорил. А я не знаю, как сказать все отцу. Он не позволит мне с Сашей жить и может нас разлучить. Я видела, что он вам делал и боюсь такого же.

И здесь она действительно права. Свекор человек жесткий и считает, что деньги рулят миром, а всех кто не поддерживает его мнение считает дураками. Возможно он прав, но людям хочется тепла и любви, а уже потом изысканных вещей.

Хотя Алисе дорогая жизнь нравится. Вообще не могу представить ее домохозяйкой в ​​обычной квартире. А возможно, это еще одна ее прихоть?

— Но ведь ты понимаешь, что рано или поздно отец все равно узнает.

Алиса расширяет на меня глаза. В них отчетливо читается страх. Наверное, все же тот Саша действительно ей дорог.

— Лучше позже, — едва выдавливает из себя, пышные красные от помады губки немного дрожат. — Сейчас я не готова к этому. Отец разлучит нас, я уверена. А Саша тоже больше тянуть не хочет. Говорит, или мы вместе, или…

Она не договаривает, только всхлипывает. Никогда не думала, что она может действительно полюбить кого-то. Ее превосходство и самолюбие всегда были основными чертами.

— Ну тогда остается вариант солгать отцу, — не верю в то что сама это предлагаю. Я навлекаю на себя проблемы. Но смотреть на несчастную Алису не могу. — Скажешь отцу, что живешь у нас, а сама будешь со своим кавалером.

Девушка смотрит на меня с надеждой и легким колебанием.

— А как же Давид? — неуверенно спрашивает. — Он меня выдаст. Он не захочет участвовать в обмане. Он упрям.

— Давида оставь на меня.

Просыпаться с утра довольно тяжело. Долгий разговор с Алисой украл у меня пару часов драгоценного сна, которого наверстать невозможно, в отличие от моей гости. Давид нежно целует в щеку и встает первым. Я заставляю открыть свои глаза, на автомате поднимаюсь с кровати, надеваю халат и иду к Соне. Она у нас ранняя птичка и уже ждет завтрака.

Быстро одеваю ее и несу в кухню. Мужчина уже одет сидящий за столом и пьющий кофе. Решаю долго не затягивать и во время завтрака рассказываю ему ситуацию с Алисой.

Давид хмурится после моего рассказа.

— Я не хочу, чтобы ты ввязывалась в эту историю, — наконец-то говорит он после долгой паузы. — Не ведись на Алисины интриги.

— Давид, она действительно сильно любит того парня, — стою на стороне девушки. Я знала, что именно такова будет его реакция. — Нам ничего не нужно делать. Просто подтвердить, что Алиса погостила у нас.

— Не думаю, что это хорошая идея, — качает головой муж. — Она играет в независимую. Но это не так. Она даже не может себя обслужить.

— Ты слишком строг к ней. Не так давно ты поступал так же. Освободился от родительской опеки. Дай ей шанс, — пытаюсь говорить убедительно.

Он задумывается. Я встаю, сажаю Соню в детское кресло и начинаю готовить ей завтрак. Молчу, больше ничего не говорю. Даю ему время все обдумать.

Наконец слышу, как Давид поднимается, когда я стою у плиты. Он подходит сзади, обнимает за талию и прижимается к спине. Его тепло окутывает меня, отдаюсь моменту, клонюсь к нему. Давид целует шею, я от удовольствия закрываю глаза.

— Возможно ты права, — его теплое дыхание согревает кожу. — Делай как знаешь. Но не надейся от моей сестры большой благодарности за помощь.

— Я не ожидаю ее признательности. Мне просто стало ее жалко.

Разворачиваюсь к Давиду. Он сильнее сжимает в объятиях и дарит поцелуй.

— Мама, — напоминает о себе Соня.

Я отстраняюсь от мужа и обращаю внимание на дочь. Она внимательно наблюдает за нами. В утреннем свете ее черные волосы сверкают, на личике играет веселая улыбка. Все же ее сходство с Давидом со временем проявляется все больше.

— Хорошо, нужно накормить нашу вредину.

Муж смеется и подходит к дочери, целует ее в лоб.

— Веди себя хорошо, — придает наставления отец и малая не отводит от него глаз. — Ты ведь у нас хорошая девочка.

Соня смеется своей щербатой улыбкой.

— Я сегодня немного задержусь. Много клиентов, — извещает Давид прежде чем выходить из кухни. — Надеюсь, наша гостья не принесет проблем.

— Я тоже надеюсь, — знаю, что Алиса не проста и с ней иногда тяжело.

Давид уходит на работу, а у меня начинается обычный обыденный день. Через несколько дней приедут мои и его родители на день рождения, любимой и пока единственной внучки.

Девушка просыпается поздно, я уже успеваю закончить все свои домашние дела. Одеваю Соню на прогулку в то время, как Алиса быстро собирается и прихорашивается. Удивленно наблюдаю за ней.

— Встречаюсь с Сашей, — объясняет, заметив мой назойливый взгляд. — Я хочу быть с ним и об этом ему скажу. — Она замолкает и на миг замирает, переводит на меня голубые взволнованные глаза. — Что с Давидом? Ты говорила с ним?