Дрянная помощница для мастера (СИ) - Свободина Виктория

Уткнулась носом Марку в шею. Дышу им. Готова сидеть так бесконечно. Как же я попала. 

Когда принесли наш кофе и мое мороженое, Марк чуть отстранил меня, посмотрел в глаза и с улыбкой произнес:

– Предлагаю считать этот день официальной датой начала наших отношений. 

Не-ет. Ну зачем он это сказал? Я краснею, как помидорка. Вот прямо вся. 

– Марк, я не уверена, что стоит их начинать, – говорю осторожно. 

Начальник, кажется, не обиделся, взгляд веселый. 

– Уже поздно, Рита, отказа я не приму. Ты меня коварно соблазнила и теперь за этого в ответе. 

Это я-то соблазнила? А кто… со мной грибы мыл? Да я там чуть в лужицу не растеклась, и вот сейчас я просто уверена, что Марк это делал не из-за брата. Начальник в данный момент выглядит излишне довольным. Вот у кого нет никаких сомнений и неуверенности. 

– Мне нужно подумать, – нахожу в себе силы строго проговорить я, а вот чтобы отодвинуться – не нахожу. 

Марк резко наклоняется ко мне, его губы в миллиметре от моих, а взгляд… дьявольский. 

– В то время, пока ты будешь думать, я могу тебя целовать? 

– Ну… 

– Ты долго собираешься думать? 

– Не знаю. 

– Пока ты будешь размышлять, я могу за тобой ухаживать? 

– Марк, ну пожалуйста, перестань. 

– Я готов замолчать, но мое молчание должно быть оплачено поцелуем, – весело произносит начальник, бережно обнимает мое лицо и… 

У Марка звонит телефон.

– Возможно, стоит ответить, – предполагаю я, поскольку Марк телефон игнорирует. – Может быть что-то важное. 

– Один поцелуй, и я отвечу, – продолжает торговлю шеф. 

Фыркнула.

– Один поцелуй, и ты вообще забудешь про телефон.

– С этим трудно поспорить. 

Марк все же берет телефон, небрежно заглядывает на экран и замирает. 

– Надо же, отец. Просто так он обычно не звонит. 

Начальник сразу отвечает на вызов. Лицо Марка вмиг становится серьезным.

– Когда? Насколько серьезно? Да, сейчас позвоню. 

Марк сбрасывает вызов и вновь кому-то набирает. 

– Что-то случилось? – спрашиваю я. Шеф кивает и показывает рукой, чтобы немного подождала. 

– Богдан, привет, – говорит Марк, когда на его вызов ответили. – Как дела? Отец сказал, ты в аварию попал. Да, он передал, что ты говоришь, будто ничего серьезного, но он беспокоится, что ты можешь преуменьшить масштабы, чтобы его с мамой не волновать. Где ты стоишь? Тебе нужна помощь? 

Какое-то время Марк молчит, слушая ответы Богдана, потом отвечает, что подъедет, как только сможет. 

– Что там? – тут же спрашиваю я, когда босс заканчивает разговор. 

– Богдан попал в аварию, говорит, что ничего серьезного, но лучше я поеду проверю, ну и помогу по возможности. Ты не против? 

– Почему я должна быть против? 

– Наши планы на вечер меняются. Я могу отвезти тебя сейчас домой. Уже поздно, и неизвестно, как долго я буду занят. 

– А может быть вместе поедем? Не придется тратить время на то, чтобы меня отвозить. Мало ли, что там. Ну, или я возьму такси и поеду домой. 

– Такси не надо, – Марк подает знак официанту, чтобы тот нас рассчитал. – Ты такая сегодня опасно красивая, что я буду переживать, что таксист тебя похитит. 

Хмыкнула. 

– Может, там и правда ничего серьезного? Тогда это не очень надолго. Поехали вместе. 

Пока официант готовил расчет, сбегала до барной стойки и попросила одноразовые стаканчики для кофе. Мы ведь с шефом так и не попробовали местных напитков. Сейчас, конечно, не до кофе, но, может, потом. 

Спустя минут сорок доехали до Богдана – это было непросто из-за возникшей на пути пробки. А пробка оказалась из-за аварии. Как только подъехали к месту происшествия, невольно ахнула. Три машины, у авто Богдана почти полностью смята передняя часть, у второй машины сильно поврежден зад. Третья машина грустно мигает аварийкой возле обочины. На ней повреждений с моего места не видно. Тут и скорая, и полиция уже подъехала. Суворов-старший нашелся в третьей машине. 

– Богдан, и это ты называешь «ничего страшного не произошло»? – мрачно спрашивает Марк у вышедшего из машины брата. 

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Тот пожимает плечами, он тоже мрачный, как туча. Лоб и одежда у него испачканы в крови.  

– Все живы-здоровы, а машины – это железо, тем более, все застрахованы. Неприятно, конечно. Я виноват. Уже перевел компенсацию всем, кто из-за меня влетел. 

– У вас лоб в крови, – говорю я, не удержавшись, и быстро достаю из сумочки маленькую пачку влажных салфеток. – Врачи вас осмотрели? 

– Рита, не надо мне выкать, – ворчит Богдан, забирая у меня из рук салфетки. – Смотрели, конечно. Ничего страшного, просто ссадина, от госпитализации я отказался. 

– Может, не стоило? – задумчиво произносит Марк.   

– Не смеши. С такой ерундой в больницу ехать? Это я стукнулся, чтобы мозги на место встали, – последнюю фразу Богдан говорит вроде бы насмешливо, при этом смотря исключительно на меня. 

– А где Юля? – спрашивает шеф, оглядываясь. – С ней все хорошо? 

– Да, все отлично, она домой на такси уехала, мы немного поругались. Я остался, чтобы бумаги оформить. Уже почти все. Скоро эвакуаторы приедут, и я тоже поеду. 

– Давай мы тебя подождем и подвезем? 

– Не надо. Я такси вызову. Вообще не надо было приезжать, я тебе говорил. 

Марк никуда не поехал. Мы дождались, пока все не утрясется. Я еще и Богдану свой кофе отдала. Гад противный, но все равно жалко. 

– О, какие тут у вас цветы красивые, Марк, неужели ты расстарался? – насмешливо спрашивает Богдан, сев на заднее сидение в машине шефа. – Раньше не замечал у тебя подобных романтических порывов. 

– Как бы ты их заметил, если ты не красивая, добрая и ласковая девушка. Ну и, знаешь ли, ты мой брат, – с усмешкой ответил Марк, заводя машину.  

Богдана до дома довезли быстро. Суворов-старший живет в частном охраняемом поселке. Вглядываясь в громаду его дома за забором, понимаю, что дача была всего лишь маленькой избушкой любителя рыбалки. У Суворовых точно гигантомания. 

– Хм. Что-то света в окнах нет, – задумчиво произнес Богдан, открывая дверь машины. 

– Может, Юля уже спит, – предположил Марк.

– Это вряд ли, – Богдан достает телефон из кармана. – Скорее так до дома и не доехала. Спасибо, что подвезли, и простите, если вам вечер подпортил. 

– Главное, что ты жив и здоров. Не попадай больше в такие ситуации, – говорит Марк. 

– Да, подобные случаи заставляют пересмотреть отношение к жизни, – ответил Богдан и захлопнул дверь. 

Домой к Марку едем в задумчивом молчании. Не знаю, о чем думает шеф, а я о том, говорить или не говорить Марку о поцелуе Богдана. Неловко ужасно. Особенно после того, как целовалась с боссом. Но если не скажу, получится, что скрываю что-то от Марка, с другой стороны, некоторые тайны, возможно, лучше так и оставить тайной. В общем, не знаю, разрываюсь в сомнениях. И страшно рассказывать, и понимаю, что буду переживать, если промолчу. 

– Когда мы были у твоих родителей, Богдан зашел за мной в ванную и поцеловал без разрешения, – выпалила я. Все, облегчила душу. 

Машина резко затормозила. Нам сзади недовольно засигналили. А могли бы и мы в аварию попасть. Зря я на дороге это сказала.

Марк крепко сжимает руль, и задумчиво смотрит на дорогу минуты две. Нас объезжают, постоянно сигналя. Я эти две минуты лишний раз боюсь вздохнуть. Наконец, шеф трогается с места. Неужели ничего так и не скажет? 

– Марк? 

– Мне очень жаль, Рита. Подобных ситуаций больше не случится, обещаю. Получается, ты из-за этого выглядела такой расстроенной? 

– Не расстроенной, я была очень зла. Очень-очень.

– А со мной целовалась в отместку? 

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– Нет! – помялась. – Захотелось забыть о плохом, перебив чем-то действительно приятным. 

Марк весело фыркнул.

– Помогло? 

– Да, очень. Ты бы не стал со мной целоваться, если бы узнал, что Богдан…

Не договорила. Стало очень грустно, и захотелось плакать. Ну и денек у меня сегодня. Марк плавно съехал с дороги на обочину, остановил машину, потянулся ко мне и ка-ак поцелует. Поцелуй пламенный, ревностный, уже через несколько мгновений я оказалась сидящей у шефа на коленях. Поцелуй был долгий и очень горячий.