Иллюзия любви (СИ) - Альшанская Снежана

— Идем со мной, — сказал он.

***

Мы смотрели друг в друга, будто бы пытались разглядеть за внешней оболочкой душу. Взгляд Люцифера казался чистым, незамутненным, живым и главное — честным, но я не знала верить ли ему. Застыла, будто обратилась в каменное изваяние, не в состоянии сделать даже малейшее движение.

Толпа тоже замерла. Прекратились вскрики и вопли, лишь вспышки фотокамер время от времени слепили глаза.

— Идем, — Люцифер поднял руку и взлетел, как супергерой.

Ковальски сделал шаг в сторону и наблюдал, облокотившись на стену. Он знал, что это его не касается и не влезал. Заров же приземлился на балкон рядом со мной, посмотрел мне в глаза. На сей раз он глядел именно в них, а не куда-то сквозь.

— Я докажу, что в той машине был не я.

— Почему? — спросила я, чувствуя, как сердце с каждым мигом наращивает ритм. — Зачем тебе я? В мире множество девушек, которые с радостью примут твое предложение.

— Потому что я выбрал тебя, — коротко ответил он.

Я повернулась, посмотрела на Михаила. Тот просто стоял и смотрел, вертел в пальцах сигарету. Может, и в самом деле не волновало, он был больше сосредоточен на трюках Зарова, чем на мне. Бабуля, впустившая нас на свой балкон, стояла с раскрытым от удивления ртом и смотрела. Будто бы хотела что-то сказать, но не могла найти слова.

— Если пойдешь со мной, мы вместе докопаемся до правды, — сказал Люцифер. — Или можешь уйти. Мы вряд ли когда-нибудь встретимся. Ты всю жизнь будешь обвинять не того.

Я опустила взгляд, всмотрелась в окаменевшую в ожидании толпу. Заров точно знал, что я не откажусь. Если скажу нет, его шоу получит немного горьковатое послевкусие. Мне хотелось отступить назад, сделать красноречивый жест головой, и посмотреть, как меняется лицо Зарова.

С другой стороны он столько всего здесь сделал ради этого момента. Собрал всех этих людей, вложил кучу денег, развесил рекламу…

Наверное, любая мечтала, чтобы ради неё сделали подобное. Я же…

Я просто ушла тогда. Убежала к другому, не дождавшись Зарова и не выслушав что он скажет. Если Зарова не было в той машине, если он не сбивал Вадика, то я поступила как сволочь, поверившая кому-то, кого ни разу не видела, принявшая за правду то. чего, может, и не было. Человека, написавшего ту заметку, вполне могло не существовать, а фотографию могли и вовсе сделать в другом месте. На ней не было ничего указывающего на конкретную улицу.

Все ждали развязки. Застыли в предвкушении моего выхода. Это ведь шоу. Здесь все написано и миллион раз отрепетировано. Они не догадываются, что этот выбор я делаю прямо здесь и сейчас.

И все-таки Зарова стоило выслушать. Если я захочу уйти после разговора, он точно не наденет на меня наручники и не закроет в подвале.

Я протянула руку к нему, увидела, как дрожат мои пальцы. Страх сковывал, но желание открыть правду и чувства к нему были сильнее. Он коснулся моей ладони мягко и аккуратно, будто она была сделана из стекла. я шагнула вперед и тут же оказалась в его объятьях.

Толпа разразилась аплодисментами, вспышки камер ослепили глаза. Наши губы сомкнулись и я ощутила, что лечу над бушующим океаном. Волны из криков и аплодисментов наращивали шум, казалось, что колышется пол, а в какой-то момент он вовсе исчез.

Когда я открыла глаза, увидела лицо аплодирующей старушки на медленно отдаляющемся балконе, не теряющее усмешку лицо Люцифера Зарова, Михаила, которому, то ли в самом деле было плевать, то ли он решил, что это не его дело, и миллионы витающих в воздухе цветочных лепестков.

Заров поднял меня на руки и медленно опускался вниз, а толпа, лицезревшая это, тонула в вихре эмоций.

Опустившись, он поставил меня на ноги, поднял мою руку, словно демонстрируя, что я настоящая, не подделка. Мы стояли на крыше подъехавшего под балкон автомобиля. Люк рядом с моими ногами был открыт. наверняка туда мне с Заровым предстояло спуститься. Только как он планирует выводить машину с переполненной людьми улицы?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Люцифер прижал меня к себе, впился в губы поцелуем. Не рановато ли он? Да и ладно. Эйфория толпы понемногу передавалась мне, пронизывала тело и душу. Я просто расслабилась, не думала ни о чем: ни о людях вокруг, ни о том, что произошло, ни о том, что будет.

На мгновенье показалось, что Заров опять заколдовал меня. Загипнотизировал, превратил в управляемую куклу, и дергал за ниточки, вызывая ту или иную реакцию. Но эта мысль быстро растворилась в голове.

Люцифер поднял меня, опустил в люк машины, опустился следом, и открыл дверцу в полу. Внизу слышался плеск воды, виднелся тусклый свет от фонарика и блестящая лестница, ведущая вниз.

— Это что, канализация? — вслух подумала я.

— Нет. Когда-то тут хотели сделать искусственное озеро, но создали только канал. Потом проект закрыли, — объяснил Заров, ступая на лестницу. — Осторожно. не поскользнись.

Я с опаской ступила вниз, мысленно благодаря Бога, что Михаил не притащил мне обувь на каблуках. Внизу нас ждала лодка и её водитель — мужчина, разглядеть лицо которого в потемках не получалось.

— Поехали, — скомандовал Заров, послышался гул мотора, лодка начала разгоняться по подземному каналу.

Люцифер не терял времени. Усмехнулся, снял с себя пиджак и принялся целовать меня в губы, щеки, шею, везде, где не мешала одежда. Но возбуждение не приходило, будто внутри перещелкнулся выключатель. Я легонько оттолкнула Зарова, посмотрела вперед. Канал заканчивался и лодка выплывала к озеру Онтарио. Наконец-то я смогла рассмотреть лодочника. Самый обычный мужик лет пятидесяти с легкой сединой в висках. Надеюсь, его зовут не Харон.

— Ты сперва хочешь поговорить, — усмехнулся Заров. — Ладно. Спрашивай.

— Ты сбил Вадика? — дрожащим голосом пробормотала я.

— Нет, — он выдержал паузу, вздохнул. — Да, я был в Киеве в тот день. Был пьян. И был за рулем той машины. Но я никого не сбил. Фото было сделано в другом месте и в другое время.

— Как я могу тебе верить? — посмотрела в его глаза и увидела, что он нервничает. Заров пытался это скрыть за отчужденным взглядом и маской холодности, но получалось у него плохо.

— Доказать прямо сейчас я не могу. Но если ты останешься — обязательно узнаешь кто и почему это сделал.

— А если не соглашусь?

— Просто уйдешь, — Заров наклонил голову вниз, будто не хотел смотреть в глаза.

Не в его это привычках что-то не знать, что-то недопонимать. Зато так он выглядел человечнее. Может, дело было не в его окутанном тайнами ремесле, не в том, что он пытался оправдать свое имя, а в том, что он постоянно пытался скрыть настоящего себя, человека, преподнося вместо него Люцифера.

Я отвернулась в сторону, посмотрела на светящийся миллионом огней город, почувствовала легкий ветер, развевающий мои волосы, и совершенно внезапно увидела небольшую надпись на своем запястье. Она была крохотной, размером с ноготь, и я как-то умудрилась не заметить когда мне её сделали.

На ней малюсенькими буквами был выведен номер телефона и имя — Михаил.

***

Мое отражение в воде озера Онтарио выглядело измученным. Под глазами нарисовались заметные круги, лицо исхудало, волосам требовался срочный уход… Веки весили по тонне каждая и грозились в любой момент сомкнуться. Люцифер легонько гладил меня по волосам, отчего спать хотелось еще больше, но из-за качки начало легонько подташнивать.

Город отдалялся искрясь в отражении воды и сверкая мириадами огней. Над головой низко пролетел пассажирский авиалайнер. Показались и исчезли несколько рыбацких лодок.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Куда мы плывем? — поинтересовалась я.

— Неподалеку стоит гидросамолет, — ответил Заров. — а дальше — в Бразилию.

— И как насчет того, что ты говорил? Что мы разберемся в том, кто сбил Вадима? — слегка повысив голос, спросила я. На мгновенье закралось сомнение, что выбор был неправильным. Что стоило остаться и разбираться во всем вместе с Михаилом.