Между нами тает лед (СИ) - Лайт Лада

-Это было бы удобно, - добавляет Кирилл. – Ты не высыпаешься, а я бы мог смотреть за Даней, помогать тебе. Не так, как сейчас. Когда я приезжаю на полчаса. А постоянно. И мои родители могли бы приезжать. Чаще видеться с Даней. Мама будет помогать тебе во всем.

Удобно, хм. Вот почему он это предложил. От этих непонятных противоречивых чувств внутри меня я и отвечаю то, что никак не вяжется с моими желаниями и мечтами. Не хочу казаться жалкой в глазах Кирилла.

-Не думаю, что это хорошая идея. Я справляюсь, Кирилл. – я даже пытаюсь улыбнуться, мол «у меня все под контролем», - Ты напрасно думаешь, что мне нужна помощь. Мне помогает мама и этого вполне достаточно.

-Да, я как раз сегодня видел, как ты справляешься. Ищешь совета в Инстаграме. Очень хороший способ.

-А что в этом такого? Я хочу искать совета у тех, кто уже сталкивался с подобными проблемами. Мама сказала, что у нее такого не было. А насчет твоих родителей… мы ведь сейчас едем их навестить.

Какое-то время Кирилл задумчиво на меня смотрит, но ничего не говорит. Но мне кажется, что он сдержал себя. Я точно видела, он хотел что-то сказать, но, видимо, передумал.

А я начинаю анализировать его слова: удобно? А ведь и в правду удобно. Я могу не беспокоиться, что мы с Даней доставляем дискомфорт моим родителям. Но… я могу начать беспокоиться, что мы доставляем дискомфорт самому Кириллу.

Мы уже подходим к его машине, и он помогает мне усадить Даню в детское кресло. Я замечаю, что Кирилл мимолетно касается меня: прихватывает за талию, придерживает за руку. Возможно, он даже этого не замечает. А у меня каждый раз замирает сердце. И когда наши взгляды встречаются, я опять задерживаю дыхание. Ну не могу я спокойно смотреть Кириллу в глаза, а когда его рука тянется ко мне и нежно проводит по щеке, я слабовольно закрываю глаза, стараясь впитать в себя так нужную мне сейчас ласку.

-Хочу, чтобы мы вместе решали твои проблемы. Хочу, чтобы твои проблемы стали нашими, совместными.

Вот и все, что говорит мне Кирилл. Быстро убирает руку, закрывает дверь и садится за руль.

До родителей Кирилла мы доезжаем за десять минут – наши квартиры находятся в одном районе. Мы не успеваем переступить порог, как нас выбегает встречать Лидия Павловна.

-Ну наконец-то, - радостно восклицает она, а потом тянется ко мне с объятиями и целует в щеку. Я ощущаю дикое смущение. Но она настолько располагает к себе, что противиться ей невозможно. По крайней мере, у меня насчет нее сложилось именно такое мнение. Она была бы отличной свекровью… для кого-то, - Даша, Кирилл, раздевайтесь. Я наготовила много вкусностей. Марш мыть руки, и бегом на кухню. Сережа, - кричит она, - дети приехали.

В этот момент выходит Сергей Владимирович, который более сдержанно приветствует меня, а вот к Дане, который уже давно находится на руках у его жены, он выказывает более теплое приветствие. Я ухожу в ванную, а они все проходят в гостиную.

Когда я захожу в комнату, все вдруг обращают свое внимание на меня. Я чувствую смущение, смешанное с неловкостью – я тут явно чужая. Не знаю, куда мне сесть, и поэтому стою посередине комнаты, теребя пальцами по бедрам. Невольно кусаю губы. Идиотская привычка.

-Даша, проходи, садись, - жестом указывает мама Кирилла на диван, на котором сидит Кирилл. Кто бы сомневался. Все-таки для них мы пара.

Не заостряю внимания на ее предложении и послушно сажусь возле Кирилла. Думаю, им хватило того спектакля, который мы с Кириллом разыграли перед ними в нашем доме. Не хотелось бы устраивать что-то подобное еще раз.

За то время, что я провожу в гостиной, сидя на диване, у меня создается такое впечатление, что маму Кирилла интересует все на свете. Поток ее вопросов сыплется на меня со скоростью света. А что самое интересное – я рассказываю ей все, как на духу. Сейчас, она знает обо мне и моей каждодневной жизни едва ли не больше своего сына. Хочу ли я ей понравиться? Да! И это обескураживает. Я как будто на смотринах, и смотрят как раз именно на меня.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Лидия Павловна передает Даню своему мужу, а потом зовет всех нас на кухню. Я отказываюсь от еды, мотивируя тем, что я поела дома, но она так настаивает, что я сдаюсь. А Кирилл молча ест, лишь иногда принимая участие в разговоре. Он вообще какой-то тихий с того момента, как мы зашли в квартиру. Дает возможность проявить мои коммуникабельные способности? Так он уже давно должен был в них усомниться. Наше с ним общение в основном сводится к спорам и недомолвкам. Хочу, чтобы все было по-другому, но почему-то всегда сама все порчу. Но что Кирилл все внимательно слушает, у меня сомнений не возникает.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Мама Кирилла разрешает нам встать со стола лишь тогда, когда мы пробуем все, что она приготовила. А приготовила она очень много. Чувство, что я съела слона.

Не дав мне прийти в себя после допроса, Лидия Петровна кидает в меня еще одну «бомбу».

-Даша, я сшила тебе пижаму, - наверно, я выгляжу слишком удивленной, потому что Кирилл начинает немного раздраженно говорить:

-Мама, я же говорил, что не надо. Наверняка, Даша не носит такое.

Лидия Павловна смотрит на нас поочередно, а я пытаюсь сгладить эту неловкую ситуацию. Блин, хочет, чтобы его мама думала обо мне, как о какой-то гламурной девице?

-Нет-нет, все нормально. Спасибо Вам. Просто… это было неожиданно. Даня носит все распашонки, которые Вы подарили нам в прошлый раз. Спасибо, - я пытаюсь вложить в свои слова всю искренность, на которую способна. Все-таки никто не виноват, что у нас с Кириллом сложились такие непонятные отношения. А обижать маму Кирилла не входило в мои планы. Она уж точно не виновата.

-Ох, тогда я могу взять сегодня с тебя мерки и сшить тебе платье, летнее. Ты сможешь в нем ходить на прогулки с Даней. Ты же не против? – энтузиазм из нее так и прет. Говорит она очень воодушевленно.

-Дда…можно, но совсем не обязательно.

-Даша, это мне не трудно.

-Мама, лучше послушай и помоги Даше. У нее груди болят.

Я бросаю на Кирилла испепеляющий взгляд, но он непробиваем. Смотрит так, как будто это я виновата, что молчала все это время.

-А что случилось? – обеспокоенно смотрит на меня Лидия Павловна. – У тебя мастит?

-Я не знаю, похоже на то. Я нащупала пару комочков, но они совсем маленькие. Но очень болят, - чувствую, как жар приливает к щекам.

-Значит слишком много молока. Нужно сцеживать лишнее.

-Я сцеживаю.

-А комочки, так, с ними надо бороться. Сцеживать нужно не все, а лишь, чтобы грудь не была тяжелой. Нужен массаж груди. Чтобы рассосались те комочки, которые есть.

Я жадно слушаю маму Кирилла, боясь пропустить хоть слово.

-Но это очень больно. Я даже притронуться боюсь.

-Я знаю, Даша, как это больно. И самой делать себе массаж, от которого больно, очень сложно. Мне делал массаж Сережа.

Я улавливаю направление ее взгляда, который она переводит на Кирилла. Мне даже гадать не приходится, на что она намекает и о чем думает. А Кирилл смотрит на меня. Я знаю, каким он бывает настойчивым, если ему что-то взбредет в голову. А ему точно что-то взбрело. От его взгляда к щекам приливает жар. Опять.

Я благодарна Лидии Павловне за то, что она переводит разговор на другую тему. Но когда понимаю, о чем она меня просит, то сомневаюсь, что эта тема лучше. Потрясений на сегодняшний день мне итак хватает, но…нет. Следующее, что говорит мне мама Кирилла, заставляет меня запаниковать.

-Даша, у дедушки Кирилла через месяц юбилей. Мы сказали, что у него родился правнук. Даша… он очень хочет увидеть своего правнука. Он живет за городом, это всего час езды отсюда. И еще. Он очень сильно болен… у него рак. Пожалуйста, съездите втроем к нему. Все родственники едут. Необязательно быть там долго, можно и пару часов. Просто, чтобы он увидел нашего Даню. Он так хочет увидеть…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Я растерянно смотрю на Кирилла, и он смотрит на меня. Думаю, он понимает, что я загнана в угол таким упорством Лидии Павловны. А отказать на такую просьбу… как я могу? Не могу.