Мой жаркий Марокканский роман (СИ) - Волкова Ольга

Лаская мое колено, он ненароком приподнимал подол длинного платья, проникая под ткань к запретным, но только не для него, местам. Я волновалась быть застигнутой за таким непристойным поведением, что не сказать об Амире. Дотронувшись до моего увлажненного естества, мой мужчина рвано выдохнул у моего плеча. Затем, продолжив его покусывать, бесстыдные пальцы Амира проникли под лоскуток ткани трусиков. Я застонала, прикрыв ладонью рот.

— Раздвинь бедра, — шепотом скомандовал он, облизнув мочку моего ушка. Я повиновалась, робко разводя ноги чуть врознь. Амир сразу надавил средним пальцем на мой клитор, и я чуть было не вскрикнула, вовремя вспомнив о присутствии охраны. От безысходности, запрокинула голову и закрыла глаза. Впитывая в себя моменты безупречного сексуального мучения и эротического истязания Амиром. — Умница, — словно змей-искуситель, Амир продолжал соблазнительно нашептывать. Выводя круги, он возносил меня к небесам и так быстро возвращал на землю, что я уже сбилась со счета во времени. Несколько пиковых моментов были им оборваны намеренно, чтобы усилить во мне желание и потребность в нем, в разрядке, в свободе…

— Ах… Амир, — протянула его имя, повернувшись к нему лицом, — или прекрати, или…

— Или это будет длиться вечно, — подхватил мужчина, проникая в меня увлажненным моим возбуждением пальцем.

— А-а-а, — мой стон был пойман поцелуем требовательных губ Амира. Он трахал меня, продолжая свои истязания. Сердце грохотало, отдаваясь учащенным импульсом в самых чувствительных местах. Каждый нерв был на пределе, как и то, что я пылала в агонии страсти и вожделения. Мне нужно было кончить, иначе это походило на бомбу замедленного действия – одна искра не в то время, и будет ядерный взрыв.

Машина так резко затормозила, что мы с Амиром подались вперед. Мой мужчина жестко вышел из меня, немного причиняя боль. Растерявшись, первым делом, я опустила подол платья, прикрывая свои коленки. Уперевшись рукой в водительское сидение, Амир предотвратил наше падение.

— Осторожнее! — рявкнул Амир, стукнув по креслу впереди себя. Я понимала состояние мужчины сейчас, потому что оба слишком увлеклись друг другом, и позабыли о скором приезде к месту назначения. Раздраженные, но мы могли скорее продолжить свою игру наедине в своем шатре. Мне понравилась та власть, с которой Амир захватывал мою душу и влюблял в себя еще сильнее. Оттого мне стало слишком волнительно, ведь любовь могла погибнуть в руках совета. С Аликой до сих пор неопределенность, и что-то мне подсказывает, ее коварные игрища – это только начало.

Охранник быстро затараторил на арабском, указывая в лобовое окно. В свете фар все мы увидели раненного верблюда, бездыханно лежащего прямо на дороге. Я испугалась. Не понимая речи мужчин, я напряглась и вцепилась в плечо Амира. Отдав какой-то приказ, наша машина объехала бедное животное, вновь выезжая на проезжую часть.

— Не волнуйся, дорогая, — Амир обнял меня, притянув к своей груди. — К сожалению, верблюд уже мертв, и хищники стали поедать его тушу. — Поцеловав меня в макушку, он гладил по плечу, вырисовывая круги.

Наконец, мы добрались до оазиса. И, когда внедорожники остановились, я с легкостью выдохнула. Готовые шатры уже располагались вдоль берега пресной воды. Выйдя из машины, холодный воздух обжег мое разгорячённое тело, и стало безумно прохладно, до дрожи. Амир рассмеялся, принимая из рук охранника теплый плед.

— Вот, укутайся, любимая, — с нежностью, мой мужчина сам встряхнул широким пледом и накрыл меня им, словно вуалью. — День согревает пески, а вот ночь…

— Здесь очень красиво, — воодушевленно промолвила я, завороженная красотой этой местности. Звёздное небо отражалось на спокойной воде оазиса, и лишь тихая рябь волн слегка оживляли мерцание звезд. Разведенные костры вокруг нашего импровизированного дома, искрили и издавали потрескивания сгорающих веток, служа музыкой для намечающегося шабаша. А барабанная трель нескольких местных жителей, еще больше гипнотизировала мой воспалённый разум и воображение, наталкивая на безрассудные поступки.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Идем, иначе ты околеешь совсем, — Амир повел меня за собой, увлекая от красоты и таинственности этого места. Искоса я заметила танцовщиц, которые вышли из своих шатров и двигались строго под мелодию, огибая кругом костер. Боже, как им не холодно? Хотя возле огня вряд ли они продрогли, что не сказать обо мне. Удивленная, я не могла оторваться от увиденного. И все же Амир победил мое любопытство, потянув за собой внутрь...

Глава 30

Полина Стасина

Первое наше путешествие для меня осталось, как в тумане. Я не запомнила детали убранства в шатре, в котором все время находилась. Стресс и страх в тот момент сковали мой разум, и потому все осталось вне моего сознания. Сегодня же все было иначе. Как только Амир завел меня вовнутрь, я мигом ощутила аромат благоуханий давно заправленного бахура. В центре уложенный камнями вокруг костер вовсю тлел, и разносил по шатру тепло. Чуть поодаль были разложены толстые пледы, обращенные в импровизированную постель, и много подушек самых разных размеров. Сверху прикрепленный балдахин укутывал место, превращая его в колыбель для наших снов и жарких, неспокойных ночей. Из-за стен фоном доносилась мелодия, под которую танцевали девушки. Кажется, я попала в параллельную вселенную, ощущая на себе таинственность пустынных ночей.

Амир обнял меня из-за спины, притянув к своей крепкой и разгоряченной груди. Приникнув к моему затылку своим носом, он со свистом втянул воздух, смешанный с запахом моего шампуня.

— Богиня…, — на выдохе произнес Амир, поворачивая меня к себе лицом. Я все также крепко держалась за свой плед, в который была укутана, хотя стоя тут от силы пару минут, уже достаточно согрелась. Мы смотрели друг другу в глаза, неотрывно наблюдая за воспламеняющей искрой в наших душах.

— Амир…, — промолвила я, ослабив хватку на ткани, и мой теплый плед упал на пол. Мой незнакомец провел своими сильными ладонями по моим предплечьям, поднимаясь выше.

— Хочу заняться с тобой любовью, — тихо проговорил, параллельно своим словам он стянул с меня рукав платья, оголяя плечо. Я чуть дернулась, когда ощутила его ласку. Мужчина стал вести ладонью еще выше, огибая своей широкой кистью мое горло. Он обхватил его и немного сдавил. Но я не испугалась. Голодный взгляд Амира только воспламенял во мне желание, и я отчаянно хотела большего. Сердце бешено колотилось, и, наверняка, Амир почувствовал, как запульсировала моя сонная артерия. Облизнув свою нижнюю губу, он немного склонил голову к моему лицу, и обдал его горячим дыханием. Я глубоко вздохнула, касаясь своей грудью твердой груди мужчины. Немного откинув голову назад, я буквально провоцировала Амира поцеловать мою шею. — Сегодня я не хочу быть нежным с тобой, Полина, — в черных глазах моего незнакомца отразился желтый блеск тлеющего костра, а на деле казалось, будто его взгляд вдруг стал гиеной огненной… опасной. Амир будто превратился в самого дьявола, и теперь пытался искусить меня на более откровенные поступки. И… я хотела этого.

— Что это значит? — осторожно задала вопрос, все также находясь в плену его взгляда.

Амир томительно молчал, намеренно заставлял меня испытать внутреннее волнение. Наша опасная близость лишала меня рассудка, и я постепенно уплывала в эйфорию. Сняв с меня платье до пояса, я оказалась перед ним обнаженной наполовину. Он смотрел на мою вздымающуюся грудь, а свободной рукой стал массировать одну из них, сдавливая мой нежный сосок. Я простонала, когда почувствовала первый импульс внизу живота, и, чтобы не рухнуть от его интенсивности, схватилась за руки Амира.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Это значит, — раздался его могущественный, хрипловатый голос, — что я намерен любить тебя всю ночь… Так, как давно того хотел. Полина, я немного зол из-за ситуации с Аликой…

— Прошу, не напоминай о ней, — прервала его, нахмурившись. В такой момент я не желала разговоров о его фактически будущей невесте. Я прекрасно понимала, что однажды моя сказка закончится, что совет не отстанет от Амира, либо они только навредят моему любимому. Все-таки я не была эгоисткой, и хотела добра для него. Моя любовь для короля, как капля в море, и все же я была его, и он это знал.