Эстер Браун - Маленькая леди и принц

– Я, думаешь, хочу? – воскликнула я. – Так или иначе, праздник устраивают благотворители Нельсона. Так что все будет под контролем и в должном виде.

– Нельсону ты оказываешь услугу,– сухо отметил Джонатан. – И бабушке тоже. И этому Ники. Но очень скоро мы заживем только друг для друга, правильно?

– Да,– ответила я.

– А теперь,– гораздо более ласково произнес Джонатан,– расскажи поподробнее о своей пижаме…

ГЛАВА 8

В среду вечером я примчалась домой после нелегкой консультации по обновлению гардероба (у Фредди Маркхема аллергия на все подряд материалы, за исключением спандекса и кевлара) и бросилась переодеваться. В семь за мной должен был заехать водитель Александра.

Нельсона уже не было. Он обожает суматоху накануне больших торжеств. Если бы ему позволяли всякий раз организовывать толпу при помощи свистка и громогласных команд, он так бы и действовал.

Араминта сейчас наверняка заполошно перепроверяет свои записи, раздумывала я, надевая новый наряд – малиновое атласное коктейльное платье с широкой юбкой и шнуровкой на спинке. Оно так утягивало мой живот, что более двух бокалов выпивки в него не могло войти.

Над шнуровкой пришлось попотеть, однако результат превзошел все мои ожидания: молочно– белый бюст приподнялся на зависть самой Марии– Антуанетте. Красные туфли на высоких каблуках и жемчужные серьги – подарок Джонатана на прошлое Рождество – прекрасно дополнили картину. Я на миг замерла, готовясь добавить последний штрих.

Светлый парик Милочки.

Когда я впервые в жизни заколола шпильками собственные волосы и превратилась в блондинку, я почувствовала себя настолько небывало красивой, особенной и смелой, что освободилась от массы проблем и комплексов, с детства методично внедряемых в меня родственниками. Когда я полюбила Джонатана, а он полюбил меня – старомодную Мелиссу, скрывавшуюся под париком,– комплексы, по крайней мере частично, оставили меня по– настоящему. Но втайне я и теперь гораздо больше нравилась себе блондинкой.

Парик менял не только мою внешность. Он придавал мне некоторой дерзости, а она защищала от грубиянов вроде Ники. Я опять на мгновение замерла, хоть и была полна решимости. Раз уж отважилась пойти огнем на огонь, вооружись добрым старым огнеметом!

Надев парик, я стала поправлять его и, пока он не сел в точности как надо, умышленно не смотрела на свое отражение. Потом затаила дыхание и повернулась к зеркалу.

Вот это да!

Мои глаза заискрились, кожа засветилась бледно-золотистым сиянием, тело как будто чуть изменило форму, удобнее устраиваясь в новом платье. А лицо озарила улыбка.

Обычно я не кручусь перед зеркалом подолгу чтобы не особенно расстраиваться по поводу выпуклостей и округлостей, однако сейчас, когда я накрасилась с особой тщательностью, мое лицо будто очнулось от спячки. Темные линии, проведенные по краю верхних век и чуть загнутые у внешних уголков, подчеркнули золотистые пятнышки в моих карих глазах. А благодаря ярко-красной помаде я вдруг заметила, что моя нижняя губа полнее верхней.

Отойдя на шаг назад, чтобы увидеть в зеркале всю себя, я настолько обрадовалась, что улыбнулась шире. Занятая работой, поездками к Джонатану, мыслями о грядущей совместной жизни с ним и о переезде, я давным-давно не выглядела так здорово.

Настолько преображал меня в основном, конечно, парик. Неужели Джонатан правда хотел выбросить его в Ла-Манш? Зачем? Неужто мы могли прикинуться, что истории с Милочкой у нас никогда и не было?

Не успела я углубиться в не слишком приятные думы, зазвенел дверной звонок. Окинув свое отражение в зеркале последним взглядом, я схватила пальто и сумку и помчалась вниз по лестнице. На крыльце стоял седоволосый мужчина в зелено-золотистой ливрее и форменной фуражке.

– Мисс Ромни-Джоунс? – спросил он, протягивая руку, чтобы взять мое пальто.

Мы весьма неловко спустились по ступеням крыльца. У меня возникло чувство, что он не привык забирать людей из подобных домов. Прямо посреди дороги, царственно преграждая путь другим автомобилям, нас ожидал симпатичный «бентли».

– Сразу отправимся на место? – спросила я.

– Сначала заедем за принцем Николасом, мисс,– ответил шофер.

– Что ж, прекрасно! – Хотя бы не придется гадать, явится он или нет, мелькнуло в моей голове. – Надеюсь, он уже собрался! – пошутила я.

Водитель благоразумно промолчал.

Мы тронулись в путь, и я, чтобы не томиться в тишине, заметила: дескать, вы, верно, прекрасно ориентируетесь в городе. Шофер почувствовал себя свободнее и поведал мне о том, что его зовут Рэй, что он работает на Александра «с самой молодости», тридцать семь лет, и о том, что его самое нелюбимое занятие – забирать «этого парня» из ночных клубов.

– Порой приходится ждать его до четырех утра,– проворчал он. – Наконец гуляка вываливается, покрытый черт знает чем – простите за выражение,– и почти всегда с хорошенькой глупышкой, а то и с двумя…

Бедняга резко замолчал. Я взглянула в зеркало заднего вида – на его лице отражалась растерянность.

Не знаю, с чем это связано, но люди нередко открывают мне личные тайны, хотя я даже и не пытаюсь ничего у них выведать.

– Успокойтесь, Рэй! – быстро проговорила я. – Я не подруга Николаса. Я просто… сопровождаю его. Моя бабушка – давний друг их семьи.

Дайлис Бленнерхескет. Не знаете ее?

Лицо Рэя озарилось широкой улыбкой, напряжение тотчас ушло.

– Я так и подумал, мисс! Вы на нее похожи!

– Серьезно? – Я просияла. – Спасибо!

– Точная копия! О! Ваша бабушка – истинная леди. Представительница старой школы, если позволите так выразиться. Подобного мнения о ней,– он подмигнул,– далеко не один я.

– Я бабушку обожаю,– сказала я. – Таких, как она, на свете раз-два и обчелся.

Рэй явно хотел что-то добавить, но, очевидно, передумал. Его лицо вновь помрачнело.

– Знаете, если принцу Николасу повстречается женщина вроде вашей бабушки, принц Александр наверняка будет крепче спать по ночам.

– Ммм,– максимально нейтральным тоном согласилась я. – Далеко еще? Может, позвонить ему и спросить, готов ли он?

На три звонка Ники не обратил внимания, но, когда мы подъехали к его дому на Итон-сквер, он, наконец, соблаговолил ответить.

– Если скажет, что его нет, не верьте, мисс,– прошептал Рэй. – Мой приятель Джим час назад привез его из аэропорта. Вместе с дорожной сумкой и девчонкой – ну, как обычно.

– Николас, это Мелисса,– произнесла я. – Мы возле твоего дома. Ты собрался?

– О! Нет,– выдохнул Ники. – Я совсем забыл! Мелисса, ты не поверишь, но я сейчас на космической станции…