Мира Хьюстон - Сладкоежка

— А сейчас?

— Тоже… Немного.

Роза задумалась.

— Шоколад не поможет?

— Ха! Ни за что. Эндорфины мне определенно больше не нужны.

— Зато будет заряд… ну, на потом…

— Твои идеи иссякли, да?

Роза улыбнулась, но в голосе, когда она заговорила, не ощущалось особого энтузиазма:

— Знаешь, я немного завидую тебе.

— Ты тоже встретишь кого-нибудь.

— У меня был Паоло.

— Паоло это не тот, кто тебе нужен. Ты найдешь мужчину, который заставит твое сердце биться в десять раз быстрее.

— Девочки, идите сюда! — Тереза махнула им рукой. — Нас зовет фотограф.

— Да-да. Конечно. — Франческа повернулась к сестре, поправляя ее волосы и платье.

— Быстрее! — поторопила их Тереза.

— Мама немного переволновалась, — заметила Франческа с улыбкой.

— Это еще не самое страшное. — Роза закатила глаза. — Она хочет работать здесь. Я сказала, что с ее диетой и всем прочим это не совсем благоразумно, но…

— Просто помни, что ты здесь главная.

— Хорошо, — ответила сестра. — Постараюсь.

Они позировали, стоя на лестнице. После нескольких фотографий Франческа вспомнила о Джо. Он стоял в стороне у стены. Одинокий мальчик на чужом празднике. Внезапно она поняла, что должна сфотографироваться с ним.

Вполне возможно, этот снимок будет тем, что останется у нее, после того как они… как они… О боже! Об этом было даже страшно думать!

— Постойте, — сказала Франческа. — Можно мы сфотографируемся с Джо? Эй! — крикнула она молодому человеку. — Иди сюда!

Он подошел, но покачал головой.

— Нет, вы одна семья. Я здесь лишний.

— Ничего подобного. Ты, похоже, всерьез решил перевоспитать мою девочку, не так ли? — вмешался Серджио с доброй улыбкой.

— Приложу все усилия, синьор Дзеви.

— Папа, никаких провокационных замечаний. — Франческа взяла Джо за руку. — Наши отношения не настолько серьезны.

— Напротив, наши отношения очень серьезны, — возразил Джо.

Франческе осталось только улыбнуться перед камерой. Ее поймали. Рука отца лежала на плече дочери, а Джо с другой стороны крепко сжимал ее пальцы. Любящий отец… и любимый мужчина.

— Где ты пропадала весь день? — спросил Джо у молодой женщины, когда неделю спустя они лежали на ковре в ее тесной квартирке.

Никакой реакции.

Стояла жуткая жара. Вентилятор работал на полную мощность, но не приносил желанной прохлады. Франческа чувствовала себя раскисшей. Было лень говорить, не то что двигаться.

— Ты встречалась с Феличе?

— С ее помощником.

— Что он сказал? — поинтересовался Джо.

— Им все понравилось. Еще он расспрашивал о тебе, уточнял, обслуживаешь ли ты частные заказы. Кажется, у них намечается еще одно мероприятие.

— А…

— Тебе не интересно?

— Могу согласиться, чтобы подработать.

Франческа уставилась в потолок. Джо стал таким таинственным. Всю неделю он продолжал намекать на серьезность их связи, на переезд, на воскресные ужины с ее родителями, но она упорно хранила молчание. Однако в душе чувствовала, что нуждается в нем, что разделяет его планы на будущее, что готова жить другой жизнью.

— На что?

— На новое жилище.

— Я видела у тебя рядом с телефоном бумажку с координатами риелторской компании.

Он произнес нечто нечленораздельное в ответ. Франческа пошевелила рукой.

— Мне жарко.

— Около воды было бы прохладнее.

Ага! Зацепка!

— Ты прилично зарабатываешь, но только очень богатые люди могут позволить себе дом на побережье.

— Ммм…

Франческа обиделась. Ладно, она тоже не будет разговаривать. Воцарилось молчание. Раздражение ее нарастало со скоростью ртутного столбика в жаркий полдень. Через десять минут она не выдержала.

— Я и сама знаю, что комната слишком маленькая.

Джо раскинул руки.

— Да. Смотри, я могу дотронуться до стен руками и ногами одновременно.

Лимонный запах его дезодоранта повис в воздухе. И Франческа с наслаждением потянула носом.

— Поздравляю.

Если она хоть на чуточку захочет уступить Розе кольцо, то станет свободной и сможет уехать, куда захочет. Туда, где дует прохладный морской ветер… и живут горячие парни.

Франческа лежала не двигаясь. Казалось, каждая капелька солнца растворилась в ее коже.

— Мне надо выйти на воздух.

— Голой? — спросил Джо. — К тому же там тоже душно.

Она медленно подняла руку и снова уронила ее.

— Тогда позже.

Он провел пальцами по ее бедру.

— Хочешь, я сделаю тебе холодный душ?

— Вода слишком ржавая.

Джо продолжал водить рукой по ее влажной коже. Ей это нравилось. Она бездумно уставилась в окно. Сквозь сумерки пробивался свет фонарей. Джо пальцами выводил узоры теперь уже на ее животе. Франческа закрыла глаза, пытаясь не вздрагивать.

— Сколько надо проработать, чтобы получить отпуск?

— Год. А куда ты хочешь поехать?

— Возможно, в морское путешествие…

— Я тоже, — ответил Джо хрипловато.

Она положила ногу на его горячий живот. И Джо шумно выдохнул.

— Если, конечно, выдержу столько… — Франческа задумалась. — Я имею в виду город, работу…

Пальцы Джо танцевали на ее коже, доставляя ни с чем не сравнимое удовольствие. Она тихо застонала.

— Останься со мной, — попросил он.

Что именно он имеет в виду? Сейчас или потом? Или навсегда?

— Мы могли бы поехать вместе… — Ее голос дрогнул.

Джо не ответил и склонился над ней. Франческа поцеловала его в плечо.

— Ты соленый на вкус.

— А ты скользкая.

— Так держи крепче.

— Именно это я и намерен делать.

Рано или поздно всем женщинам приходится решаться на это, подумала было Франческа, но Джо отвлек ее. Он вошел в нее, как лезвие из раскаленной стали в масло, и она изогнулась от острого наслаждения, граничащего с потерей сознания.

Да, похоже, эта бессмысленная, дурацкая любовь все же существует и приходит даже к тем, кто ею беспечно пренебрегает…

Эпилог

Франческа кружилась, раскинув руки, и веселилась как ребенок. Ее волосы и широкая красная юбка развевались на ветру.

— Эй, мы сделали это! Ты звезда!

Джо шел сзади, засунув руки в карманы белых полотняных штанов и поддавая песок босыми ногами. Рубашку и ботинки он оставил в машине. Время от времени он проводил рукой по непривычно коротким волосам. На вопрос, почему он постригся, Джо отвечал, что решил этим ознаменовать период перемен в своей жизни. Но, пожалуй, только Франческе дано было догадываться об истинном смысле его слов.