Василий Коледин - Благие намеренья (СИ)

Иван суетился, и мы его практически не видели. Хотя, время от времени без него не обходилось, он мелькал на завтраке, кивал мне головой, потом исчезал. Возвращаясь после полудня с моря, я видел его растворяющуюся в пыльном облаке машину. Вечером мы были предоставлены сами себе, и я благодарил бога за такой подарок. Правда на второй вечер Иван пришел к нам и позвал нас к себе на «пять капель». Катя не возражала и мне пришлось принять его приглашение, хотя я не горел желанием пить, поскольку знал, чем всё может закончиться. Елена накрыла скромными закусками стол на веранде, вытащила туда к имеющимся трем креслам еще пару стульев из дома. Кроме нас никого больше не было. Пили мы водку. Но всё проходило тихо и как-то умиротворенно. Разговоров о политике я не услышал. Ни слова о предстоящем мероприятии произнесено никем не было. Разговор вообще особенно не клеился. То ли голова Ивана была занята другими мыслями, то ли он не желал вести дискуссии со мной и убеждать меня в том или ином своем взгляде на жизнь. Выпили мы немногим больше одной бутылки и разошлись по своим коморкам довольно рано. Правда, провожая нас, Иван сказал мне, что завтра начнут приезжать новые постояльцы. Я заверил его, что всех размещу и всё подготовил для их встречи.

Не сильно пьяные мы вернулись домой и сразу легли спать. Катя уснула, а я лежал, смотрел на нее и вспоминал свою жизнь. Отчего-то на меня нахлынули миражи прошлых лет. Случайно, не отдавая отчета в появлении мысли, словно я увидел ее краем глаза, мне подумалось, что, говорят, перед смертью у человека проносится вся его жизнь. Мне стало немного не по себе, и я стал отгонять вспышки из прошлого. Впрочем, я тоже скоро уснул.

Утром после завтрака на территорию отеля въехал старенький одиннадцатиместный микроавтобус Hyundai черного цвета. Водитель с трудом втиснул его на автопарковке, но перед сложными маневрами из машины вышло только пять человек. Мужчины все поголовно в шортах, маечках, подчеркивающих их бицепсы, трицепсы и даже кубики пресса. Они встали в сторонку и подождали, когда микроавтобус втиснется между малолитражками. Потом водитель открыл заднюю дверь, и крепкие парни стали выгружать спортивные сумки, какие-то приспособления в чехлах, что-то похожее на палатку. В общем создавалось впечатление, что в отель приехали либо альпинисты, либо дайверы, на худой конец барды, готовящиеся к своему фестивалю.

Я наблюдал за этой картиной стоя возле административного дома. Мы только что позавтракали, я задержался поговорить с Машей и стоял, курил на воздухе, ожидая окончания сдачи дежурства. Катя ушла домой готовиться к очередному принятию солнечных и морских ванн.

- Это наши люди, - услышал я сзади голос Ивана. Он незаметно подошел и стал наблюдать за процессом вместе со мной. – Есть сигарета?

Я достал почку и протянул ему. Он прикурил, и мы уже вместе продолжили наблюдение.

- С номерами проблем не будет? – спросил Иван.

- Нет, они забронированы. Сейчас скажу дежурному, чтобы размещал. Это все?

- Почти.

- Остается гарантированно три койки. Впрочем, если потребуется, в каждый дом можно вместить еще по два-три человека.

- Думаю этого не понадобится.

Группа туристов закончила выгружать свои вещи. Мужчина из группы прибывших критически окинул взглядом гору из сумок и оставив остальных курить возле нее, направился в нашу сторону.

- Скажите, а ресепшн здесь? – спросил он, подойдя к нам и махнув головой на дверь. Его голос был низким и с хрипотцой, мне показалось, что он только что хорошо прокашлялся.

- Да. Вы скажите, что бронировали через Booking на имя Иванова Иван Ивановича, - посоветовал я.

- Здорово, - ухмыльнулся приезжий. – а на сколько мест бронь?

- На всех и с излишком. Скажите, что еще трое подъедут чуть позже.

- Документы нужны для регистрации?

- Вам нет. Оформят на одного.

- На Иванова? – засмеялся он

- Ага.

Мужчина вошел внутрь. Иван докурил сигарету, бросил ее в урну и пошел к группе прибывших туристов. Они его шумно приветствовали, он пожал всем руки и о чем-то негромко заговорил. Я не уходил, ожидая выхода регистрирующегося «Иванова». Минут через десять тот вышел, держа в руке три ключа.

- Все нормально? – спросил я.

- Да, вполне, - бросил тот и направился к своим.

Я представил, как всё это выглядит со стороны и, прокрутив все действо с самого начало, не нашел к чему придраться. Все выглядело так, словно группа туристов-спортсменов приехала в отель, забронированный одним из них заранее. Ни меня, ни Ивана они раньше в глаза не видели. А поскольку Иван мужчина дружелюбный, общительный и открытый, он сразу свел с ними знакомство, став расспрашивать их о том куда, почему и зачем те здесь.

Удовлетворенно кашлянув, я спокойно вошел в помещение. Татьяна Сергеевна уже собиралась уходить. Я пожелал ей хорошего дня и, проводив взглядом до двери, заговорил с Машей. Заступившая на дежурство администратор доложила, что прибыла группа, ранее забронировавшая номера и она их разместила. Я знал это и без нее, но сделал вид, что был в неведении. Наверное, во мне заговорил ребенок, играющий в шпионов. Таким образом, выполнив свое основное задание, я со спокойной совестью вернулся домой.

Катя ждала меня, лежа на кровати. Из одежды на ней были только трусики. Девушка лежала на животе, подняв согнутые в коленях ноги, которыми болтала. Весь её вид говорил и беззаботном настроении. Её не волновало приближение часа икс.

- Приехала «группа захвата», - сообщил я ей, между прочим. Катя не отреагировала. – Тебя это не волнует?

- Нет.

- Значит, скоро начнется…

- Да.

- Ну, и нервы у тебя! – восхитился я. – А вот мне что-то не спокойно.

- Это потому что ты впервые участвуешь в таком деле, - все также спокойно объяснила девушка.

- Судя по твоей реакции, на твоем счету таких «дел» было не мало.

- Угу.

- И вот ты нисколечко не волнуешься? – усомнился я.

- Милый, - она перевернулась на спину, ко мне лицом, показав свою чудесную грудь, - я тебе советую не думать о всех. Думай только о себе и о своей части работы. Выполняй её на отлично и всё будет в порядке. В такого рода делах каждый выполняет строго определенные обязанности. За всех думает Иван. Он волнуется за всю операцию, за каждого участника, за последствия, просчитывает, продумывает и волнуется. Если ты будешь брать на себя его обязанности, ты можешь рехнуться!

- Ладно, постараюсь успокоиться, - пообещал я.

- Иди ко мне! Я тебя успокою.

- Ты скорее не успокоишь, а измотаешь меня.

- Иди, идти ко мне…

Я, не раздеваясь, сняв только мокасины, залез к ней на кровать и лег рядом. Она провела рукой по моему лицу, потом взяла мою голову обеими руками и стала целовать. Мгновенно я забыл обо всём на свете. Действительность замерла вокруг меня, как показывают в некоторых музыкальных клипах. Знаете, вроде тарелка подает и вот-вот должна разлететься вдребезги, но внезапно замирает, повиснув в воздухе. Все застывает, деревья не колышутся, посторонние люди не движутся, автомобили замерли, а главные герои полны жизни и движений. Вот приблизительно такое чувство возникало у меня, когда физическая любовь обуревала нами. Я чувствовал Катино дыхание, ощущал теплоту ее рук и жар влажных губ. Сорвав с себя рубашку и каким-то совершенно непонятным образом стянув джинсы, я сравнялся с ней в количестве предметов, одетых на тело.