Линда Барлоу - Подарок на память

— Но это лишь фантазии, — мягко заметил Арманд.

— А вы циник! — Рассмеявшись, Эйприл несколько лукаво взглянула на него.

— Нет, реалист. Моя жена была идеалисткой. В чистом виде ее теория основана на чрезмерно оптимистической основе.

С такой точкой зрения Эйприл еще не приходилось сталкиваться.

Удивительно, но у всех, кто знал Рину, было свое, отличное от других, мнение о ней. Получалось, что она и сука, и ангел, и прагматик, и идеалист — суть личности Рины де Севиньи не укладывалась в одно определение. Каждый представлял ее по-разному…

Тут Эйприл вспомнила.

— Чарли спрашивал меня сегодня утром, не знаю ли я чего о книге, над которой работала мать перед смертью. Кажется, звонила ее редактор, она интересовалась дальнейшей судьбой рукописи.

— Я полагал, что последняя книга Сабрины по самопомощи была уже в производстве у издателя.

— Рукопись не предназначалась для серии «Горизонты власти». Это была автобиография. Вы, случайно, не знаете, Рина действительно писала такую книгу?

— Вполне возможно. Сабрина всегда что-нибудь писала: книги, речи, статьи. Компьютер был одной из любимейших ее игрушек.

— А я ненавижу компьютеры, — призналась Эйприл. — Порой мне кажется, что я единственная на земле, кто не знает, как с ними обращаться.

— Я такой же невежда. Мой сын постоянно язвит по поводу моей полнейшей компьютерной безграмотности, но я слишком стар, чтобы меняться. Сабрина мыслила более современно.

— Значит, среди ее вещей вам не попадалась автобиография?

— Нет. Хотя теперь я, кажется, припоминаю, что как-то Рина обмолвилась о своем намерении написать мемуары. Полагаю, она собиралась начать их после того как ее общественная жизнь станет менее активной. Не думаю, чтобы она уже что-то написала. Хотя я могу и ошибаться.

Чарли довольно уверенно говорил о существовании рукописи. Означало ли это, что между мужем и женой существовала определенная отчужденность? Какими на самом деле были их отношения? Как часто Рина «пряталась» от Арманда в своей квартире на Шестьдесят второй улице?

Вежливая беседа продолжалась еще некоторое время, затем Арманд встал, нежно расцеловал Эйприл в обе щеки и попрощался.

Когда Севиньи выходил из кабинета, то казалось, он вот-вот рухнет под свалившейся ему на плечи ношей — так сгорблена была его спина.

Эйприл с искренним сочувствием смотрела ему вслед. «Бедняга. Видно, без Рины старику совсем плохо», — подумала она и тут же устыдилась своей сентиментальности.

Все-таки сочувствовать человеку, укравшему у тебя мать, несколько нелепо. Еще не хватало броситься ему на шею.

Глава 12

Кейт осторожно положила трубку параллельного телефона и, юркнув в свою постель, свернулась калачиком. Итак, опять приезжает миссис Тулейн. Она только что позвонила отцу, чтобы сообщить номер своего рейса. И Кейт никоим образом не могла помешать этой встрече, потому что отец всегда все решал сам и никогда не считался с мнением дочери.

И почему он встречается с такой фальшивкой, как Дейзи Тулейн? Это отвратительно. Он просто безрассуден.

— Ненавижу ее, — пробормотала Кейт.

Необходимо найти способ избавиться от Дейзи! Если бы это удалось, Кейт нашла бы своему отцу кого-нибудь получше — моложе, интереснее, честнее. Надо во что бы то ни стало отвлечь мысли отца от этой политической леди, всегда улыбающейся, вечно воркующей и выдающей себя не за то, что она есть на самом деле.

Кейт запустила руку под кровать и вытащила оттуда бабушкин ноутбук. Вызвав нужный файл, начала быстро печатать.

«Я нашла своему отцу замечательную женщину. Ее зовут Эйприл, и некоторые люди считают, что она убила бабулю. Но я знаю, это сделала не она, несмотря на то, что бабушка бросила ее, когда ей было столько же лет, сколько сейчас мне. Вероятно, здесь я единственная знаю, каково человеку, которого бросила мать. Вы становитесь злым и печальным, но вы не становитесь убийцей.

Она очень спокойная, эта Эйприл, и, на мой взгляд, просто красавица. Волосы у нее густые и пышные (мои висят, словно пакли, и в хвост собрать их очень трудно, даже если взять самую большую заколку). У нее огромные глаза и приятная улыбка. Думаю, папа просто сумасшедший, если она ему не нравится. Конечно, я не знаю, понравится ли ей папа (лично я считаю, что он дегенерат), но бабуля находила его красивым мужчиной, мужчиной, который нравится женщинам.

О нем можно судить хотя бы по его поступкам. Отец стал встречаться с Дейзи Тулейн, а она абсолютная дрянь. Даже хуже. Она…»

Тут Кейт остановилась, на минуту задумалась и выключила ноутбук. Она собиралась написать больше, но в голову ей пришла гораздо лучшая идея.

Кейт спустилась вниз и разыскала отца, сидевшего за компьютером в библиотеке.

— Привет, папа!

Отец вздрогнул, и Кейт поняла, что испугала его. Ха-ха! Лишь бы он не разозлился на нее. Потому что последнее время они только тем и занимались, что кричали друг на друга.

— Привет. — Кристиан повернулся к дочери и взглянул на часы. — Довольно-таки поздно, а? Завтра у тебя занятия. Ты уже сделала все уроки?

— Да.

Кейт подошла к отцу и, облокотившись на стол, взглянула на дисплей. Как обычно, сплошные цифры. Компьютер был подключен к нескольким бухгалтерским сетям. Кейт видела рекламу такого подключения в своем журнале по компьютерам.

— Когда у тебя экзамен по математике?

— Не знаю. На следующей неделе. Получу, как всегда, «отлично».

— Не будь такой самонадеянной.

— Почему бы и нет?

Кейт была лучшей по математике среди седьмых классов. Ей даже не приходилось ничего зубрить — математика как-то сама собой входила в нее. С английским языком дела обстояли несколько иначе, особенно с чертовой грамматикой. Кейт была бы просто счастлива, если бы ее заставляли только писать, но нет, им, видите ли, необходимо знать, к какому классу относится данное предложение, сложносочиненному или сложноподчиненному.

— Даже если что-то дается тебе легко, ты не должна относиться к этому пренебрежительно.

— А я и не отношусь пренебрежительно.

Как всегда, он даже не знает, как много времени она тратит на математику… и на кое-что еще. Наверняка он даже не подозревает, как много ей приходится писать. Кейт запиралась в своей комнате, говоря, что делает уроки. На домашнее задание у нее уходило не больше часа. Все остальное время она придумывала истории. Порою просто прокручивала их в голове, порою записывала на дискеты.

— Пап?

— М-м-м. — Кристиан снова уткнулся в дисплей.

— Ты знаешь Эйприл? Ту, про которую говорили, что она убила бабушку.