Александра Поттер - Мечтай осторожнее

— Ты, мерзкий бабник! (Узнаю блондинку в очень мини-платье.) Думаешь, ты кто? Жеребец-мачо? Если бы! Только языком трепать горазд, а у самого член размером с…

Глава 17

— … Зубочистку? — высказывает предположение Джеймс. Он сидит напротив меня за столиком в ресторане и внимает моему рассказу.

Черт тебя побери, Хизер.

А ведь начиналось все как нельзя лучше. В кои-то веки я не мучилась, выбирая наряд, сразу остановилась на темно-фиолетовом атласном платье, купленном несколько месяцев назад в секонд-хенде. Оно идеально подошло к новым розовым туфелькам. Ансамбль я дополнила маленькими блестящими заколочками, которые валялись в ящике комода целую вечность — до сих пор никак не могла решиться их нацепить.

Я не любительница экспериментов с волосами. Обычно все, что мне нужно, — это фен и тонна-другая бальзама, но сегодня вечером захотелось чего-то особенного. Захотелось почувствовать себя другим человеком, увидеть в зеркале не хорошо знакомую Хизер в джинсах и футболке, бывшую подружку Дэниэла, у которой тяжеловатые бедра и на голове воронье гнездо, а сногсшибательную Хизер, новую девушку Джеймса, в потрясающем платье и с замысловатой прической. Поэтому я взяла за образец одну фотографию в «Вог», и — вы представляете? — у меня получилось. Абсолютно все, вплоть до завитушек на висках.

Пунктуальный Джеймс зашел за мной ровно в восемь, и мы доехали на такси до очаровательного итальянского ресторанчика в Сохо. Метрдотель провел нас к столику, где уже горели свечи, — причем наше место оказалось в стороне от остальных, в самом романтичном потаенном уголке садика, — официант налил шампанского, охлажденного именно так, как я люблю, и Джеймс рассыпался в комплиментах относительно моего внешнего вида. Затем наступила пауза.

Я имею в виду не долгую неловкую тишину, а скорее молчание «со смыслом». Предполагалось, что в этот момент наши взгляды как бы невзначай встретятся, он улыбнется, я покраснею, — словом, идеальный флирт.

Но вместо этого я сделала то, что делаю всегда, когда чувствую себя не в своей тарелке. Стала заполнять паузу. И все бы ничего, если бы не предмет, который первым пришел на ум. Джек — начинающая рок-звезда и его член.

Смотрю на Джеймса сквозь пламя свечей, и от стыда мне хочется забраться под стол.

— Э-э… да я уж и не помню.

Я ухожу от ответа и делаю большой глоток шампанского. Хизер, быстренько соображай, что сказать. Что-нибудь остроумное. Покажи, что ты не идиотка, у которой только члены на уме. Найди тему, интересную вам обоим. Ну давай, давай, думай!

— Я как раз читаю отличную книгу.

Джеймс с любопытством наклоняет голову к плечу:

— Правда?

— Восторг! — Глядя ему прямо в глаза, я выкладываю козырную карту: — Называется «Жизнь Пи»!

Изо всех сил стараюсь сдержать победоносную улыбку, но это нелегко. Я в таком экстазе от собственной смекалки, что почти готова «дать пять» самой себе.

— Да, рецензии были прекрасные…

Это еще что такое? Он морщит нос?

— Но я, признаться, только первые две главы осилил.

Сердце у меня падает.

— Вот как?

— Да. В конце концов сдался и забросил. Должно быть, я узколобый обыватель… — Потянувшись через стол, он погладил мою ладонь. — А чем она тебе так нравится?

Я как раз делаю очередной глоток шампанского, пузырьки ударяют в нос, и я изо всех сил пытаюсь сдержать чих.

— Э-э-э…

Оторвать бы мой длинный язык.

— Ну-у-у…

Что сказать, что сказать? Уж лучше бы мы по-прежнему обсуждали размеры пенисов.

— Она как раз подходящего размера, чтобы сунуть под ножку кухонного стола! — выдаю я и нервно хихикаю. — Чтобы не шатался.

Но Джеймс абсолютно серьезен. Ни проблеска улыбки. Похоже, он в замешательстве. Наступает новая пауза. Это уж точно — неловкое молчание, и на этот раз мне решительно не хочется его нарушать. Опять во что-нибудь вляпаться? Благодарю покорно.

Спасает официант. Он подошел принять заказ и скороговоркой перечисляет фирменные блюда. Курица, говядина, кролик, паста на любой вкус, ризотто, больше десятка разновидностей салатов…

— М-м, все это так заманчиво звучит… — мурлычет Джеймс. — Чего бы хотелось тебе, милая?

Милая?

Он произносит это слово как бы мимоходом — так естественно и в то же время так нежно, будто и сам не заметил, что сказал.

Зато я заметила.

Вся моя неловкость испаряется. Нет, вы только подумайте! Некоторым парам требуются годы, чтобы сблизиться до такой степени, — и посмотрите на Джеймса, который называет меня «милая» на первом же свидании.

— Все это звучит неплохо… — отвечаю как ни в чем не бывало, хотя в действительности мне хочется пулей метнуться в туалет и звякнуть Джесс. Но она сейчас тоже с кавалером. С другой стороны — мне тридцать лет, и пора бы уже вести себя как искушенная, зрелая женщина.

Выпрямившись на стуле, улыбаюсь Джеймсу так, как, в моем представлении, должны улыбаться искушенные, зрелые женщины. И произношу несколько надменно:

— Я вегетарианка. То есть, как говорит мой жилец, «пескетарианка», поскольку ем рыбу.

— Серьезно? — У Джеймса от удивления брови ползут вверх. Ну что, что я опять не так сказала? Но он поднимает свой бокал и прикасается к моему. — Я тоже вегетарианец.

— Вот это совпадение.

Силы небесные, он и впрямь Тот Самый? Джеймс смотрит на меня так, что у меня начинает кружиться голова, — и шампанское, заметьте, ни при чем.

— А скажи-ка, ты из тех вегетарианок, кто носит мохеровые свитера и готовит ореховое рагу с чечевицей? Или из тех, кто разогревает в микроволновке макароны с сыром?

— Точно второе, — хмыкаю я. — А на орехи у меня вообще аллергия.

— Не может быть! У меня тоже.

— Правда?

— Нет, — ухмыляется он. — Но ради тебя могу и подцепить.

— Да нет, не надо, — смеюсь я. — Ты меня очень даже устраиваешь такой, как есть.

Он легко касается моих пальцев, обвивших бокал. Теперь его очередь переспрашивать.

— Правда? — тихо произносит он.

Его рука накрывает мою. По телу растекается восхитительное сладкое покалывание, источник которого находится где-то внизу живота.

— Да…

Официант покашливает.

— Вы что-нибудь выбрали? — деликатно интересуется он.

Джеймс захлопывает свое меню и, не отпуская мою руку, демонстрирует свою неотразимую ленивую улыбку:

— Будьте любезны две порции макарон с сыром.

Чудный вечер, чудный! И с каждой минутой все прекраснее! После ужина — Джеймс наотрез отказался взять с меня половину суммы — мы пьем кофе и делим на двоих тирамису в баре «Италия», открытом кафе в Сохо. А потом ловим такси до дома. Хорошо все же встречаться с соседом: вам всегда по пути.