В тени эмира. Шрамы на песке 1 - Ирэн Блаватская
глаз… чувственного голоса пространство вокруг было холодным и безжизненным...
— Она бежала… Ее нет во дворце, — раздался за спиной голос стражника.
Волна гнева мгновенно захлестнула Фалаха… Это дежавю… бесконечное дежавю… такое уже
было не так давно… и это снова повторилось… Неугомонная девица… что она с ним
делала? Всегда славившийся своим хладнокровием и выдержкой, он с трудом сдерживался,
чтобы не сорваться и не снести все, что попадется на глаза… всю ее комнату... и не
убить каждого, кто был виновен в ее исчезновении…
— Как сбежала? Когда?
— Прошлой ночью.
— А где в это время был ты? Твои люди? — нервно брякнул… ладони сжались в кулаки.
— Мой господин... — но сразу запнулся от грозного окрика.
— Я приказал сторожить ее денно и нощно, чтобы мышь не проскочила мимо вас! — и
устремил на него полные гневом глаза.
— Следуя Вашему приказу, мы никого, кроме служанки, к ней не пропускали, но… —
мужчина снова запнулся, немного замялся и опустил глаза.
— Что? Говори! — угрожающе шагнул к нему Фалах.
— Накануне… Поздно вечером... Ваша мать — шейха Фатма — посетила ее, — он с опаской
поднял глаза на своего эмира. — Простите, повелитель… Я не посмел ее остановить.
Услышав про свою мать, он крепко сжал зубы… сомнений не было: это ее рук дело.
— И что? Они ушли вдвоем? — терпение и так уже было на пределе, приходилось еще
выдавливать каждое слово из напуганного до смерти стражника. — Ты дал ей уйти?
— Нет, мой господин… Сайидати Шакра не покидала своих покоев.
— И где же она?
— Ее величество была вместе со своей служанкой, они недолго там пробыли… может,
полчаса… Потом так же ушли вдвоем. Ничего подозрительного не было, — он тяжело
глотнул. — А утром, войдя к ней в комнату, прислуга обнаружила там служанку Вашей
матери в наряде сайидати Шакры… а ее самой не было нигде… Видимо, она поменялась
одеждой со служанкой и еще вечером ушла вместе с шейхой Фатмой.
* * *
Рано утром королеве-матери сообщили, что эмир вернулся с охоты и отправился в свои
покои. Так рано? Что заставило его так рано вернуться? Обычно он возвращался поздно
вечером. Как будто почувствовал что-то. Встревоженный взгляд женщины застыл на
больших настенных часах… Значит, сейчас он уже там… Тяжело вздохнув, она мысленно
помолилась, снова и снова прокручивая в голове события прошедшей ночи:
— Значит, ни Салеху, ни мне больше ничего не угрожает? Значит, мы сможем быть
вместе? — Шакра с надеждой посмотрела на женщину, мечтая в глубине души найти в ней
поддержку.
— Послушай меня, девочка, — женщина тяжело вздохнула, оказалось, что не так легко
было начать этот разговор. — Это не может продолжаться вечно. Наш мир крайне сложен
и непонятен для чужаков, слишком закрыт и своенравен, может быть, даже в чем-то
жесток и беспощаден ко всему, что не соответствует нашим нормам и правилам,
традициям и порядкам. Но это наш мир, и мы вполне гармонично существуем в нем, а
тебе пора возвращаться в свой.
— Я не понимаю… Куда? В какой мир? — шепнула Шакра, почувствовав что-то неладное.
— Дело в том, что у тебя есть жених в Эр-Рияде, который все еще любит тебя и глубоко
страдает, считая погибшей. А может быть, твой отец в Англии, откуда ты родом, тоже
переживает, потеряв единственную любимую дочь. Возможно, попав в знакомую среду,
твоя память восстановится, и ты продолжишь жить своей жизнью, которая так внезапно
оборвалась с потерей памяти.
— Вы хотите, чтобы я уехала? — голос ее стал безжизненным, как будто в ней что-то
оборвалось.
— Тебе нужно бежать отсюда, и чем быстрее, тем лучше.
— Но я не хочу покидать Хафрак…
— Поверь мне, так будет правильно и лучше для всех. Ты сейчас проживаешь чужую, не
принадлежащую тебе жизнь, а твоя в это самое время проходит мимо где-то там… далеко…
на твоей родине... Тебе нужно вернуться домой и жить своей жизнью, или ты потеряешь
все, но тогда уже будет слишком поздно что-то менять… Решайся...
— Когда? — раздалось в полной тишине после некоторого молчания.
— Мои люди уже готовы тронуться в путь.
— Сейчас? — растерянно спросила девушка, поняв, что у нее нет шанса даже попрощаться
с Салехом.
— Да… Все готово для отъезда. Ничего не бойся. Тебя сопроводят до самого дома твоего
жениха в Эр-Рияде и передадут ему лично в руки. Он уже знает об этом и с нетерпением
ждет тебя.
— Но я не помню никакого жениха и ничего не чувствую к нему... Умоляю Вас, будьте
снисходительны, не отправляйте меня к чужому человеку.
— Девочка моя, Ты зря так волнуешься. Тебе ничего не угрожает. Это не чужой тебе
человек.
— Я боюсь уйти в никуда и обмануться. Пожалуйста, не гоните меня, не заставляйте
меня сделать то, о чем я буду жалеть всю жизнь…
— Ну что ты… Ты меня еще будешь благодарить за это, и не раз...
— Я очень люблю Салеха… Вы же тоже женщина и,
наверное, тоже любили когда-то. Прошу Вас, не разлучайте нас… Мы любим друг друга и
хотим быть вместе.
Шейха понимала, что сейчас самое главное — не поддаваться эмоциям. Либо она разрубит
этот узел и наконец привнесет мир и покой в свою семью, либо неизвестно чем в итоге
это все закончится, но другого такого удобного случая может уже не быть.
— Хорошо… Давай поговорим как женщина с женщиной, — внимательный пронзительный
взгляд застыл на лице девушки. — Несмотря ни на что, я не испытываю к тебе
неприязни. Больше всего я не хочу, чтобы ты сейчас совершила ошибку, о которой
будешь сожалеть всю жизнь, и хочу предостеречь тебя от этого. Салех — очень молодой
и любвеобильный парень. Это мой сын, и я знаю его как никто другой. С раннего
детства его влюбчивость была предметом постоянных шуток среди нянек. Он влюблялся
чуть ли не каждую неделю и успел перелюбить почти всех представительниц женского
пола во дворце и в его окрестностях, — она тепло улыбнулась, вспомнив его в детстве.
— Каждый раз влюблялся по-настоящему, ревновал, страдал, если ему не отвечали
взаимностью… но все очень скоро проходило, освобождая сердце для новой любви. И так
было всегда. Поверь мне, для Салеха ты не что иное, как очередное увлечение. Я знаю,
это больно слышать, но это правда. Очень скоро он пресытится тобой и увлечется
другой, а ты останешься одна, с разбитым сердцем, неприкаянная, в чужой стране, и
ничего уже не сможешь изменить... Сейчас у тебя есть шанс бежать отсюда и вместе со
своим женихом — по-настоящему
