(Не)случайный сын доктора Громова - Оливия Стилл

часа. Сделай, как договорились».

Сердце пропустило удар.

Я не хочу этого.

Но назад дороги нет.

Познакомились мы с ним случайно.

Хотя сейчас я понимаю, что никакой случайности не было. Он нашёл меня. Проклятый арабский пёс, с его хищными глазами и льдистым голосом, который звучал так, будто его прокатили по наждачке.

Я помню, как впервые увидел его. Мы сидели в одном из дорогих ресторанов, я думал, что встречаюсь с потенциальным инвестором, но когда он сел напротив, улыбнувшись уголком губ, я понял: этот человек опасен.

– Сергей Светлов?

– А вы кто?

– Друг. Враг. Это зависит от тебя.

Я помню, как по моей спине пробежал холод.

Он не стал ходить вокруг да около. Сказал, что знает обо мне всё. О том, что я развёлся с Катей, но так и не смог её забыть. О том, что я хочу вернуть её. О том, что на моём пути стоит Громов.

– У нас с тобой есть общая цель, – сказал он тогда.

– Какая?

– Уничтожить Громова.

Сейчас, сидя в машине и стискивая зубы, я понимаю, что в тот момент должен был встать и уйти. Но я остался. Я слушал его, кивал, соглашался, уверяя, что мне нужен только шанс.

Но Карим никогда не играл в полумеры.

Для него не было серых оттенков – только чёрное и белое.

Он не говорил мне сразу, что планирует убийство. Нет, он просто подводил к мысли, что Катя должна быть моей, а Громов – страдать.

Но я-то дурак.

Думал, что контролирую ситуацию.

Сейчас, сидя в машине, я знал одно – я был не прав.

– Сергей, – голос Каримова был ровным, спокойным, как всегда. – Ты ведь не думаешь сдаться?

Я сжал челюсть.

– Нет, конечно.

– Тогда в чём проблема?

Я не знал, как объяснить.

Я мог бы сказать, что понял, какой он псих.

Мог бы сказать, что хочу спрыгнуть с этой чёртовой лодки.

Но Карим видел насквозь.

– Я не хочу её убивать, – выдавил я, наконец.

В трубке повисло молчание.

– Ты думаешь, у тебя есть выбор? – голос Каримова звучал как ледяной скальпель.

– Ты думаешь, я позволю тебе развернуться и уйти?

Я сглотнул.

– Ты сказал, что тебе нужна только месть. Что Кати это не коснётся.

– Да? – он хмыкнул.

– Тогда почему ты до сих пор сжимаешь телефон, как будто я держу тебя за яйца?

Я промолчал.

Каримов усмехнулся.

– Я не просто так тебя выбрал, Светлов.

– Что ты имеешь в виду?

– Ты слабый.

Я сжал кулаки.

– Ты жадный.

Где-то внутри меня заполыхала злость.

– Ты думаешь, что у тебя есть власть, но на самом деле ты – никто.

– Заткнись.

– Ты надеялся, что я просто уберу Громова, а ты сядешь на трон, верно?

Я чувствовал, как зубы стиснулись так, что заболели.

– Но Катя тебя не выбрала, Светлов.

– Заткнись!

– Она выбрала его.

Я ударил по рулю.

– И знаешь, что меня в тебе больше всего раздражает? – голос Каримова стал низким, скользким, почти змеиным.

Я молчал.

– Ты боишься запачкать руки.

– Мне не нужны грязные методы.

– Тогда почему ты до сих пор со мной разговариваешь?

Он меня прижал.

Я ненавидел это.

Каримов вздохнул, будто разочаровавшись.

– У тебя есть выбор, Сергей.

Я закрыл глаза.

– Ты можешь просто отправить ей сообщение. И она сама приедет.

Я сглотнул.

– Сама.

– И что потом?

Он усмехнулся.

– Ты не переживай, я сделаю всё чисто.

Я почувствовал, как в груди что-то оборвалось.

Он хочет её убить.

Он хочет убить Катю.

Я этого не хочу.

– Я должен подумать.

– Думай быстрее, – голос Каримова вдруг стал ледяным.

– Потому что у тебя осталось всего несколько часов, Светлов.

Я не ответил.

Каримов оборвал звонок первым.

Я сидел в машине, глядя в телефон, а потом тяжело выдохнул и открыл мессенджер.

«Если ты хочешь, чтобы мама жила, приезжай одна».

Господи.

Что я творю?

Я нажал на отправку.

А вот теперь… Теперь я просто обязан успеть! Иначе и правда получу на руки свою любовь без признаков жизни… Лишь бы успеть…

Глава 32

Катя .

Я знала, что это ловушка.

Каждой клеткой ощущала, как всё идёт не так. Как только прочитала сообщение Светлова, поняла – назад дороги нет.

Если я не поеду, моя мать умрёт.

Если поеду… вероятно, меня убьют.

Но ведь если бы они хотели меня просто убить, они бы не стали звать меня одну. Каримов слишком долго играл в эту игру, чтобы просто поставить точку. Ему нужна была месть. Настоящая, громкая, с кровью и болью. И Громов должен был это увидеть.

Я сглотнула, глядя в экран телефона. «Если хочешь, чтобы мама жила, приезжай одна».

Боже, как же страшно.

Я сжала кулаки, закрыла глаза, пытаясь собраться. Максим спал, свернувшись клубочком под боком у Игоря, который тоже уснул, видимо, так и не успев прийти в себя после своей попойки. Но как ни странно, он всё же принял душ, привёл себя в относительный порядок, даже поел и успел найти общий язык с моим сыном… С нашим!

Удивительно, насколько Максим рядом с правильными мужчинами преобразился. Вроде бы ему чуть больше трёх, но он за последние пару недель стал вести себя гораздо осознаннее… Будто разом вырос.

Я очень надеюсь, что он будет равняться на своего отца. Брать с него пример… Да и с друзей его можно тоже. Может, Стрельцов не идеален, но мужчине качества у него присутствуют,