Снежинка для доктора. Исцеление любовью. - Наталья Одинцова

Уже подходя к его авто, он оборачивается ко мне и тихо произносит:

– Свет, поехали со мной.

Затем подходит и, притянув меня к себе за края пальто, обнимает за талию.

– Уже поздно. Мне завтра на учёбу.

– Я отвезу. — осматривается по сторонам, словно боится, что нас услышат и продолжает, – И ответь мне, где ты нашла это «прекрасное» платье?

Я опускаю взгляд на своё платье.

– Я его.

Не давая возможности мне ответить, он наклоняется к моим губам и, немного помедлив, словно изголодавшийся хищник, набрасывается на мои губы снова и снова. Нежность пропала, её смела страсть, с которой он набросился на мои губы. Он сминал их, покусывал и ласкал языком.

Ноги подкосились, внизу живота всё скрутило в сладкой истоме, я понимаю, что теряю опору под ногами, от такого горячего поцелую и не замечаю, как он подхватывает меня на руки и усаживает на переднее сиденье, рядом с водительским. Закрывает дверь с моей стороны и обойдя автомобиль, запрыгивает в салон, и мы срываемся с места.

Подъехав к высотке, мы выходим из автомобиля. Он вновь нападает на мои губы, как хищник, придавливая своим телом к машине. Его страстный поцелуй обжигает, его язык жадно исследует мой рот, поглощая каждый мой вздох. Наше дыхание становится единым. Я ощущаю его запах и вкус. Словно сумасшедшие, мы упиваемся поцелуем, не в силах оторваться друг от друга.

Подходя к подъезду, мы то и дело вшибаемся спиной то в одну стену, то в другую. Эта страсть сносит всё на своём пути. Он целует меня везде: в шею, в губы, кусает за подбородок, потом за мочку уха. И обдаёт моё ухо горячим дыханием:

- Света, я не железный. Останься со мной. Умоляю. Иначе мне трындец будет, и я сорву с тебя это чёртово платье. Где ты только его нашла.

Он продолжает жадно целовать мои губы. Я ощущаю, как в моих трусиках становится мокро. Ноги вновь подкашиваются. Ещё чуть-чуть и меня просто возьмут на руки и утащат в свою берлогу. И оттуда я уже не смогу выбраться.

- Фридрих, пожалуйста, остановись. Давай ещё повстречаемся. Пожа-а-а-алуйста-а-а-а...— начинаю стонать от бессилия в его объятиях. Он ещё сильнее прижимает меня к себе и опускает свои ладони на мою попу, сжимая её. С моих губ срывается стон. Он пробирается под платье и начинает сминать мои ягодицы. Начинаю стонать громче, будто мы уже занимаемся сексом. Боже, что делает со мной этот мужчина. Если он не прекратит, я отдамся ему прямо здесь.

Выйдя из лифта, он прижимает меня к холодной стене и, вытащив ключи из кармана своего пальто, пытается открыть дверь.

Отворив её, он вновь подхватывает меня на руки и заносит в квартиру.

Закрыв дверь на замок, он берёт моё лицо в руки и, упираясь своим лбом в мой, хрипло произносит прямо в губы:

– Больше тебя не отпущу. Устал я без тебя.

И вновь впивается в мои губы с такой звериной страстью, что нет сил сопротивляться нахлынувшему желанию. Он мой мужчина. А я его безумие.

Он скидывает моё пальто, которое безжалостно падает на пол и прижимает к себе сильнее, впиваясь в мои губы и блуждая руками по моему телу уже без всякой скромности. Придавленная к его телу, ощущаю его стояк своим бедром. От этого ощущения у меня сносит башню. Возбуждённая до безумия, пытаюсь расстегнуть его пальто, и он мне в этом помогает. Оно падает на пол. Освободившись от него, стаскиваю с него пиджак, не отрываясь от его губ. От возбуждения внизу живота всё пылает.

Фридрих.

От возбуждения в брюках становится слишком тесно. Впервые в жизни я потерял контроль над собой. Это всё она и её чертовски сексуальное мини-платье.

В порыве страсти, не разрывая поцелуя, мы сшибаем всё на своём пути. Приближаясь к постели, я разрываю поцелуй и толкаю Свету на постель. Она падает на неё и приподнимается на локтях, блуждая по мне своим затуманенным взглядом от страсти. Её грудь вздымается, она тяжело дышит, вся вспотевшая и раскрасневшаяся. А её ножки это пиздец...мне точно конец.

Расстёгиваю рубашку и, сняв её, бросаю на пол, расстёгиваю брюки и стаскиваю их вместе с боксёрами, откидываю в сторону. В глазах Светы загорается огонь. А я чертовски хочу сгореть в нём.

Забираюсь на постель и накрываю её хрупкое, изящное тело своим, нависая над ней, впиваюсь в её губы.

Обнимаю её за талию и толкаюсь языком ей в ротик. Какая же она сладенькая....ммммм

Больше не сдерживаюсь и скольжу рукой по её телу вверх, кладу ладонь на её грудь и сжимаю. Она издаёт протяжный стон прямо в губы. Продолжаю ласкать её грудь круговыми движениями, нащупав сквозь ткань платья выпирающий сосок. Ммм, она без лифчика.

Она прогибается подо мной от возбуждения, а я вновь сжимаю её грудь, и, прикусив её нижнюю губу, оттягиваю её. Чёрт, это безумие. Отрываюсь от её губ, проделывая дорожку поцелуев к шее и ключице.

Хочется сорвать с неё это платье. Но торопиться не хочу. Я хочу, чтобы она хотела меня так же сильно, как хочу её я.

Отрываюсь от её груди и спускаюсь. Попадаю прямо между ножек моей девочки. Приподнимаю голову и вижу, как её ведёт от возбуждения. Она привстаёт на локти и смотрит на меня всё ещё затуманенным взглядом. Щёчки румяные-румяные.

Я аккуратно задираю её и без того короткое платьице и покрываю нежную кожу поцелуями.

Затем целую её в лобок, она краснеет, прикрывает лицо руками и опускается на постель. Неужели засмущалась?

– Фридрих, пожалуйста...не надо там целовать.

– Я хочу сделать тебе приятное.

Ещё какое-то время она сопротивляется, но потом соглашается.

Я встаю на колени между её ножками и аккуратно снимаю с неё насквозь промокшие трусики. Моя девочка, уже сильно возбуждена. Значит, не я один на пределе.

Помогаю ей присесть на постель и снимаю с неё платьице. Кидаю его на пол, и моему взору открывается её пышная, вздымающаяся от возбуждения, с набухшими сосками, грудь. Боже, как она прекрасна. Только какие-то неведомые силы останавливают меня от того, чтобы наброситься на неё как зверь и сделать навсегда своей.

Поэтому я отпускаю её на постель и начинаю неистово целовать, не давая возможности сказать ни слова. Она моя!

Она обвивает своими ручками мою шею и отвечает на мой поцелуй, да с такой страстью, что решаюсь больше не